Чтение онлайн

По крайней мере, человек, у которого есть четкий план и к нему парочка запасных, совершенно точно выглядел бы по-другому. И от этого мне стало не по себе. Кажется, вообще никто больше в этом мире не мог сказать, что теперь будет, и с какой стороны ждать следующий удар.

Я не успела всерьез проникнуться тем обстоятельством, что у моего всезнающего куратора нет никаких идей, потому что как раз в этот момент зазвонил телефон. Мама. Ну надо же, как не вовремя. Или вовремя?

Может, пока мы будет общаться, Демьен одумается и что-нибудь да сообразит. В конце концов, это его работа – присматривать за такой неопытной мной. Так что я ответила.

– Сашенька, деточка, что там у тебя случилось? Ты в порядке? Где ты? – посыпался на меня град вопросов.

– Да вроде все нормально, а что?

– Ой, мамочки, – всхлипнула она, неужели и правда плачет. – Мне тут такого понарассказывали, что тебя в полицию забрали. И что ты ведьму эту и ограбила, и чуть ли не убила.

Я едва могла разобрать ее слова, потому что теперь родительница не просто всхлипывала, а рыдала.

– Никого я не грабила и не убивала. Все хорошо. А в полицию да, вызывали, вопросы задавали. Да тут же и отпустили.

– Какие вопросы? – насторожилась мама.

– Да ерунда. Сын Ангелины Генриховны, похоже, с ума сошел от горя, вот и несет ерунду всякую.

– Ангелина Генриховна! – сказала вдруг мама с обидой. – Ведьма она натуральная! Зачем я только с ней связалась.

И тут же прекратила рыдать, запнулась, словно поняла, что сказала лишнее.

– Что значит – связалась? – медленно проговорила я.

– А я сказала «связалась»? – проговорила мама самым невинным голоском. – Нет-нет. Просто оговорилась.

– Мама! – я сама удивилась, насколько строго прозвучал мой голос, – если ты что-то знаешь, рассказывай! У меня тут такая ерунда творится.

– Какая? – обеспокоенно спросила она.

Ну уж нет, этот фокус не сработает. Вопросы буду задавать я. Мне нужнее.

– Рассказывай сейчас же, что у вас там с ведьмой вышло.

Мама вздохнула и заговорила. И мне уже не приходилось вытаскивать из нее каждое слово клещами. Стоило ей начать, и информация хлынула, как из прохудившегося ведра. Похоже, непросто ей было столько времени хранить такую тайну. Так что не прошло и десяти минут, как я была в курсе всех подробностей этой истории.

Оказывается, Ангелина Генриховна явилась в нашу маленькую квартирку почти год назад и сразу же обескуражила маму сообщением о том, что я, оказывается, какая-то ей то ли тооюродная, то ли четвеюродная правнучка или внучка. Мама так обалдела от этих новостей, что степень родства так и не запомнила. Старушка рассказала, что собирается оставить внезапно обретенной родственнице наследство, и единственное, что для этого требуется, организовать кое-что: чтобы в нужный день и час я явилась в дом бабки.

Мама, разумеется, перепугалась до смерти и сообщила ведьме, что никакого наследства не надо и мы живем в достатке. Та оглядела нашу квартирку и захихикала. Достатком там, конечно, и не пахло. А потом и говорит:

– Ты женщина красивая, а вот личного счастья нет. Согласишься – будет. И достаток, и личное счастье. А главное, что Александре твоей от всего этого одна только польза будет. И муж хороший, и работа, и сила. Как сыр в масле будет кататься.

Мама выставила ее за дверь, а потом ей то и дело казалась, что видит старушку то в очереди, то возле дома. Может и правда следила, а может и наваждение какое наслала. Не зря говорят, то она ведьма. А тут как раз подвернулся тут в Италию. В другое время ни за что бы не согласилась: дорогое мероприятие. Но ведьма ее совсем доконала. Так что она поднапряглась, что-то достала из кубышки, где-то сэкономила, схватила меня и полетела. И уже там встретила своего великолепного итальянца. Не успели мы вернуться домой, а старушка тут как тут.

– Ну, – говорит, – как тебе жених? Угодила?

Тут мама просто потеряла дар речи.

В общем, не один раз еще бабулька к ней приходила. Все рассказывала, какая у нас жизнь прекрасная будет. И в конце концов она сдалась, дала согласие. Хотя к тому времени уже и понимала, про какое такое наследство ведьма говорит.

– Прости меня, Сашенька, – всхлипывала мама, – но она так хорошо рассказывала, что ты большим человеком станешь, если захочешь. А еще что кавалер у тебя появится – красавец редкостный, и состоятельный, и до конца жизни пылинки с тебя сдувать будет. Никогда в жизни на сторону не посмотрит.

Я покосилась на Демьена, который напряженно прислушивался к нашему разговору. Да уж, с приворотом куда он денется. Будет сдувать пылинки как миленький, пока песок не посыплется.

Я тяжело вздохнула.

– Если все так прекрасно, что ж ты сама в ведьмы-то не пошла? – спросила я с обидой.

– Да я бы и пошла, – всхлипнула мама. – Да только родственница она не мне, а папаше твоему. Чтоб ему пусто было.

Я пожала плечами. Не то чтобы я хорошо относилась к отцу, но справедливости ради в данном случае он вообще ни при чем.

– Прости меня, Сашенька. Если бы я знала, что оно так обернется! Я же как лучше хотела…

Я не стала говорить, куда ведет дорога, выстланная благими намерениями. И вообще ничего говорить не стала, только спросила:

– А как же ты устроила, чтобы я в нужный день к ней в избушку явилась?

Не то, чтобы это было важно, просто любопытно. Раз уж теперь я могу получить ответы хоть на какие-то вопросы, надо пользоваться случаем.

– Заказ сделала по интернету, большой. Ведьма предупредила, что, если маленький, Лизавета может и разрешить на другой день перенести.

Вот тут-то я возмутилась как следует.

– Заказала бы что-нибудь дорогое, но маленькое! Я эти пакеты чуть дотащила!

– Это да, – сказала мама. – Но у меня руки как затряслись, и я тыкала куда попала, пока сумма нужная не вышла.

Мне стало ее жалко.

– Да ладно уж, вышло как вышло. Быть ведьмой не так уж и плохо, – попыталась я ее успокоить. Хотя, говоря откровенно, ничего хорошего из своего ведьмовства и вспомнить не смогла, как ни пыталась. Разве что кот. Он хоть и зараза редкостная, но я к нему уже как-то привыкла.

Я снова покосилась на куратора. А про него так не скажешь, потому что зараза он похлеще кота, и привыкнуть к этому невозможно.

– И я баб Веру просила за тобой присмотреть, звонить мне в случае чего, – все еще пыталась оправдаться мама.

– А вот это ты зря, – строго сказала я. – Шпионов мне не надо. Так что ты ей скажи, чтоб прекращала присматривать. А то в жабу превращу.

– А ты можешь? – испуганно ахнула мама.

– Надо будет, смогу.

Мы поговорили еще пару минут, в течение которых я как могла ее успокаивала. А потом, сославшись на важные дела, закончила эту тягостную беседу, нажала на отбой и тяжело вздохнула.