Чтение онлайн

— Он сказал, что не спал с тобой.

— И ты ему веришь?

— Не знаю…

— Тебе рассказать, как он называл меня, когда брал? А причиндал у него какой, ух. Если мне не веришь, посмотри на его спину. Я вчера ее, как следует, расцарапала. А граф довольно хорош в постели, такой темпераментный.

— Хватит.

— Я это говорю для твоей пользы. Уезжай и не думай ни о чем.

В залу на бал я так и не вышла, зато Миена выпорхнула с улыбкой на лице. Как она может радоваться, когда мне так горько? Хотя, я просила ее о побеге, она его устроила. А балы всегда были слабостью брюнетки. Так что, я не должна была на нее злиться. То, что подруга переспала с Кристофом… История повторилась, как с моей сестрой. Графу предложили себя, и он не стал отказываться. Типичный мужик.

Я уложила свои пожитки, на кухне собрала немного еды, попрощалась с Солом и отправилась к старым воротам. Рассвет еще не наступил, и я передвигалась очень медленно, но Фабричи меня уже ждал. Его конь нетерпеливо пофыркивал на холоде, но подчинялся хозяину. Увидев меня, мужчина расплылся в улыбке.

— Красавица Элидия, сколько лет, сколько зим.

Фабричи спрыгнул с коня и распахнул для меня объятия. Я упала в них и горько зарыдала, не сдерживаясь, не боясь, что нас обнаружат.

— Тише, тише, девочка. Почему твои слезы льются рекой? Я думал, в этом замке живет приличный народ. Тебя обижали?

— Откуда знаешь, что приличный? — я отлипла от мужской груди, чтобы задать вопрос.

— Миена сказала, что тебе требуется помощь, и я приехал. Ведь долг платежом красен. Я спрятался в пещере. Но замковая челядь меня обнаружила. Думал, что меня вздернут. Но хозяин замка распорядился накормить меня и разместить вон в том сарае. Не хоромы конечно, но лучше, чем в пещере. Особенно на сытый то желудок.

Я заревела еще горше.

— Да в чем дело то? — удивился Фабричи, отдирая меня от своей груди. — Граф этот, надругался над тобой что ли?

— Нет, — я мотнула головой.

— Но он тебя обидел, раз ты уехать хочешь?

— Далье переспал с Миеной.

— Да ты что? — хлопнул себя по коленке Фабричи. — А ты их прямо в постели и застукала?

— Нет.

— А как тогда?

— Миена сказала.

Фабричи на меня смешливо посмотрел.

— Что? Я верю ей. Это моя подруга, — начала оправдываться я.

— У нас на родине говорят "не пойман — не вор". А мужик этот, судя по всему, хороший, вот твоя подруга и старается вовсю. Я говорю, глаз на него Миена положила, если ты не поняла, — выразительно приподнял черные брови Фабричи.

— И что мне делать? — всхлипнула я.

— Я так понимаю, что граф в курсе нашего побега?

— Угу.

— Тогда иди, убедись в правоте или неправоте своей подруги. И если граф тебе все же изменил, то я увезу тебя к себе на родину. Будешь у моей сестры жить. Она рано овдовела, вместе вам будет веселее вечера коротать. А еще там теплее, чем здесь, и море есть.

— А если, Кристоф все же спал с ней? — я опустила глаза, мне будет больно. Очень.

— Хотя бы будешь знать. Если сейчас уедешь, так ничего и не прояснив, то всю жизнь будешь мучиться вопросом.

Я оставила узел со своими вещами с Фабричи, и направилась обратно в замок. Начал заниматься рассвет, а это означало, что бал был окончен, и все расходились по спальням. Нашу сцену с графом могли услышать все обитатели замка. Ну и пусть. А если я войду в его спальню и увижу там Миену? Я тряхнула головой. Сердце затаилось за грудной клеткой в ожидании приговора.

Не видя и не слыша ничего вокруг, я долетела на крыльях яростной решимости до графских покоев. Дверь была закрыта — плохой знак. Значит ли это, что Кристоф прямо сейчас не ждет моего ответа, а кувыркается с Миеной?

После требовательной очереди ударов о несчастное дерево, приправленной отборной бранью, дверь все же отварилась.

— Эли? — робко спросил Кристоф, он был немного шокирован моим поведением.

— Почему дверь заперта? — накинулась я.

— Прятался от твоей подружки.

— Покажи спину, — потребовала я.

— Что?

— Спину, — скрестив руки на груди, повторила я.

Далье расстегнул рубашку, глядя прямо мне в глаза. Эти мгновения показались мне самыми длинными в жизни. Почему он так тянет? Я была готова сорвать эту несчастную тряпку с него и разорвать в клочья.

Наконец, граф повернулся ко мне задом.

Страшась увидеть багровые полосы, оставленные хищной брюнеткой, я металась взглядом по широкой спине блондина. Словно не доверяя самой себе, я приподняла волосы мужчины и проверила даже шею. Но и этого мне было не достаточно, мои руки прошлись по гладкой коже мужчины, будто бы он мог додуматься замазать царапины косметикой.

Он был чист. А я чуть не уехала.

— Кристоф, — позвала его я.

— Что? — блондин развернулся, озадаченный моим обыском.

В ответ я крепко поцеловала его. Как мне казалось, в свой поцелуй я вложила все свои чувства. Я любила его, но всегда одергивала себя. Я верила кому угодно, но только не Кристофу. Во всех историях он казался мне злодеем. И вот теперь, возможно неумело, я пыталась показать Далье, что верю ему. И люблю.

— Значит, ты оставляешь меня? — сдавленным тоном осведомился граф, убирая мои руки со своей шеи. — Тебе лучшей уйти сейчас. Иначе, я не уверен, что смогу отпустить.

— Что? — моргнула я.

И только теперь, я вспомнила о своем обещании. Кристоф просил о прощальном поцелуе, если я надумаю уехать. Вот же ж.

— Нет, нет. Я остаюсь, — затараторила я, пытаясь поймать его лицо руками.

— Но ты поцеловала меня. Мы договорились, что…

— Я только сейчас вспомнила об этом. Прости, — я закусила губу.

— Ты заставила страдать меня целую вечность, — возмутился Далье, потемнев взглядом.

— Не вечность, а всего лишь во время поцелуя, — поправила его я.

— Всего лишь? Я тебе сейчас покажу, всего лишь, — Кристоф стиснул меня в своих объятиях.

— Подожди, — прохрипела я. — Отпусти меня.

— Я тебя только что чуть не потерял. Я не хочу отпускать, — заявил граф, касаясь моей кожи губами.

— Подожди. У нас будет вся жизнь на это. Прежде я хочу разобраться кое с кем.

— М-м-м? — губы Кристофа щекотали своим прикосновением мое ушко.

— Ты хоть слушаешь меня? — попыталась отстраниться я.

— Я что-то слышал про всю жизнь.

— Ты как всегда выхватил только то, что тебе понравилось.

— Останься здесь со мной. Я скучал, — графские руки коварно перемещались по пояснице, заставляя кожу пылать.