Чтение онлайн

– Это может показаться невероятным, но это так. Перед нами не деревянный, а деревокомпозитный стол из древесной муки, просто развитая технология производства мебели из древесно-стружечной плиты, которой свыше ста лет. В производстве этого стола действительно задействованы даже не сотни, а тысячи организаций.

– Для производтства опилок? Это просто невероятно!

– Хорошо, давайте посмотрим. Это композит из опилок и фенол-формальдегидных смол с покрытием под дерево. Для начала надо обеспечить поставки древесины из России, Финляндии или Бразилии, обеспечить производство, чтобы получить отходы - опилки. Это корабли, железные и автомобильные дороги, станки и роботы для обработки древесины и координация всего процесса, включая обеспечение всех видов безопасности на дорогах и поддержание их в рабочем состоянии, международные договоры. Вы согласны, что это вовлечение огромного количества организаций?

– Да и правда.

– Но это только начало. Фенол-формальдегидные смолы производятся из нефти. Нефть для них обычно поставляют из Нигерии или из Южной Америки. Но её нужно добыть, перекачать по трубопроводу в порт, залить в танкер и отправить в Италию. В Италии перегонный завод разделит нефть на фракции, а сырьё для смол отгрузит в Германию по железной дороге. Германия произведёт смолы и отправит их в Китай. Там произведут композит, покроют его специальным покрытием из Японии или Франции и отправят на мебельную фабрику. На мебельной фабрике также получат крепёжные элементы из металлических сплавов и пластика и произведут мебель, которую упакуют в картонные коробки из России или Индии, а перетянут это самозатягивающейся лентой из Северной Америки. После этого груз будет отправлен в магазин куда-нибудь в Европу или Америку и потом потребителю. Всё это требует станков, перевозок, электроники, энергии, координации, договорённостей и принуждения к исполнению там, где это необходимо. Всем этим и занимается элита - организацией бизнес-процессов на высоком уровне. Мы просто этого не замечаем, как не замечаем процессов, обеспечивающих электричество из розетки и воды из крана, полагая что это случается чуть ли не само собой. Но если где-то нарушится только в одном процессе - например, на заводе в Китае не будет энергии, то бизнес-процессы высокого уровня тут же перенаправят производство в Малайзию, если в Италии случится транспортный коллапс, то нефть пойдёт на переработку в Англию или Восточную Европу и мы ничего не заметим. Если в Нигерии какой-нибудь атаман из банд Боко Харам решит взорвать нефтепровод, то 95% случаев на следующее утро он разобьётся на машине в саванне или подавится бубликом за завтраком - это работает элита. А если нефтепровод всё-таки взорвут, то послезавтра выяснится, что в Нигерии недостаточно демократии, внезапно раскроются глаза на то, что там террористы взрывают школы и к берегам подойдут три авианосца. Нефть тем временем перебросят из Альберты или закупят в России. Но если элиты не будет, то несколько таких сбоев и производственные цепочки встанут как в России времён разрухи.

– Вот это да... даже трудно представить как всё это сложно. Настоящий организм... но значит Остров не вписан в эту систему и должен проигрывать, а элита сильно беспокоится. Почему? Там мебель производят по-другому? Стереопечать - это здорово, но ведь массовая индустрия сильно обгоняет её по дешевизне.

– Именно так. Мы только что рассмотрели как работает классическая глобальная индустриальная экономика 3 поколения. На Острове индустрия 4, даже почти 5 поколения. Если уж мы начали говорить про мебель, то там три основных способа производства - стереопечать, мехкомпозиты и биомебель. Биомебель занимает большую часть.

– Это та самая, опасная, которая везде запрещена?

– Да, она запрещена почти везде в мире, контрабанда не только рассады для биомебели, но и алгоритмов для биопрограмматоров наказывается во многих странах серьёзнее, чем торговля наркотиками или оружием. Она действительно очень опасна, вопрос только для кого?

– Для элиты? Почему?!

– Для неё. Давайте посмотрим, почему. Биомебель - это генетически сконструированные растительные организмы, которые сразу вырастают в виде стула, стола или кровати. Со шкафом и подобными вещами чуть сложнее, но легко решаемо. Если человеку в Америке нужен стул или кровать, то куда он идёт?

– Ну, в мебельный магазин или в крайнем случае в сеть, ему поставят мебель...

– А если её нет на складе?

– Надо подождать, пока не придёт из Китая.

– Верно. В Океании человек идёт в Нейросеть и выбирает себе образец, заказывает через сеть у биодизайнера, тут же автоматически он связывается с ближайшим биопрограмматором, который автоматически скачивает генетический код. В Океанийской Союзе генетический программатор, который используют также для сетевых научных биологических исследований, находится на каждом третьем острове на расстоянии не более 300 км от потребителя. Через трое суток рассада отправляется ему дроном или робокатером. Рассада - организм с единой корневой системой, созданный на основе бамбука, мангра и ряда других растений, он отлично растёт на мелководье, используя морскую воду. Через две-три недели у покупателя вырастает его стул. Тот отделяет его от корневой системы и всё. Корневая система распадается через несколько дней.

– Круто... а это не опасно?

– В смысле что? Стул из бамбука в смеси с древесиной? Чем он опаснее формальдегидных смол?

– Ну не знаю, везде говорят, что очень опасно...

– Почему тогда океанийцы не вымерли? Биомебель не более опасна, чем любой кусок бамбука.

– Но почему тогда это вызывает такую ярость?

– Отвечу вопросом на вопрос: где вы видите роль элиты в производстве биомебели?

– Вообще-то, нигде...

– Элита, очевидно, согласна с Вашим мнением и поэтому произошло то, что мы сегодня видели.

– То есть океанийские технологии делают элиту ненужной?! Люди договариваются сами, без всяких посредников. Так?

– Нельзя сказать, что совсем ненужной, но резко уменьшает её роль и значимость. Кроме того, создание нейросетевых систем управления позволяет кардинально сократить управленческий аппарат и резко повысить эффективность. Многие функции и сервисы настолько стандартизированы и упрощены, что люди выполняют их сами через сеть. Они даже не имеют понятия, где находися этот сервис - в соседнем доме или на Луне. Давать взятку такому механизму так же бессмысленно, как пытаться "подмазать" автомат, торгующий газированой водой.

– А как правительство там руководит страной? Как составляет планы?

– Правительство у них не может составлять планов, оно может только выполнять уже имеющиеся примерно также как главный инженер строительства не может решить, что дом строить он не будет, а лучше разобьёт на его месте парк. План исполнения он составить может, а что строить - нет. Правительство в Океанийском Союзе - прораб, ответственный за организацию строго выверенных работ. План создаёт архитектор, а принимает приёмная комиссия.

– А как же управление?

– Управление состоит из трёх основных задач: сбора информации и её анализа, планирования, и исполнения планов с диспетчированием процессов. Правительство занимается только последней задачей, а также является потребителем текущей информации. Нейросеть эффективно доставляет оперативную информацию по всем главным параметрам. Например, за строительством можно наблюдать хоть каждую минуту, одновременно получая информацию о потраченных ресурсах, построенных сегментах, количестве людей на стройке, их квалификации и так далее.

– А планирование?

– Вопросами научного анализа и планирования занимаются другие организации, оценкой результатов работы правительства после его ухода - специальные комиссии на основе чётко выверенных критериев. По результатам работы правительство может быть награждено или наказано.

– Награждено каким образом?

– Различным, повышением профессионального и личного рейтинга, финансово и прочее.

– А за что именно финансово?

– Типичный случай - за экономию и оптимизацию. Например, расходы на строительство чего-там были запланированы в миллиард кил, в смысле киловатт, их днежной единицы, это где-то 120 миллионов североамериканских долларов, а правительство использовало новые технологии и уложилось 100 миллионов без ущерба для процесса и населения, тогда оно получает в поощрительный фонд от 1 до 10 процентов сэкономленного.

– А на что оно пустит этот фонд?

– Это вопрос, который решается правительственной командой после отставки. Сочтут нужным - поделят в виде зарплаты или потратят на свои проекты, это деньги их команды.