Чтение онлайн

– Ты расскажешь мне, что вчера было?

– Не-а.

Зачем ему скрывать, если между нами что-то было? Сделала вывод, что это блеф и он просто издевается надо мной, но всё равно надулась и устроилась пятой точкой на подоконник. Окна были закрашены бежевой краской, чтобы никто не заглядывал, так что даже в окошко не посмотреть. Поэтому я стала смотреть на Славика, пока тот умывался. Сначала Славик взял какой-то бутылек, капнул жидкость на все зубы, они стали розовыми, затем начал их чистить, прополоскал рот и повторил всё снова. Я не удержалась от вопроса.

– Что ты делаешь?

– Зубы чищу, – ну не Славик, а "капитан очевидность".

– Я про эту розовую жижу.

– Это индикатор налёта. Показывает эффективность чистки.

– Не видела такого.

– В любой аптеке можно купить, – Славик кинул мне бутылек и от неожиданности еле поймала. – Возьми себе. У меня ещё есть.

– М. Спасибо, – с интересом принялась рассматривать бутылек.

Лязг металлической оправы по фаянсу отвлёк меня от индикатора и заставил снова смотреть на Славика. Он снял очки и умывал лицо. Затем провёл руками по волосам, открывая лоб и посмотрел на себя в зеркало. В отражении я и увидела истинное лицо этого парня. С зализанными назад волосами и без очков он был не Славик, а как минимум Алехандро. Сердечко и женское начало посылали очевидные сигналы.

– Чего уставилась?

Потрясла головой из стороны в сторону, сбивая наваждение.

– А ты что-то видишь без очков?

– Тебя сложно не заметить.

Отчего-то началось казаться, что он ко мне… подкатывает? Что за бред. Нет-нет.

Славик хитро прищурился, надел очки в тонкой черной оправе и вернул чёлку на законное место.

– Следующий.

Он спешно покинул ванную комнату. А я вот задумалась, рассматривая своё помятое лицо в зеркало, почему он выбрал такой странный стиль угрюмого паренька, когда может выглядеть более привлекательно. Ещё и бродит тут ни свет ни заря. Весь домик вожатых храпел так, что стены шатались.

Попробовала почистить зубы по методу Славика и это оказалось действительно куда более эффективно. Водила по зубам языком из стороны в сторону, оценивая результат. Ощущения были будто я их все сменила. Идеальная гладкость.

Поплелась в комнату, шаркая по полу. Не было сил переставлять ноги. Чтобы пережить этот день мне срочно нужна была еще порция чего-то холодненького, например, минералочка. И нормально поесть, чего точно не светило. Остановилась перед комнатой, вспоминая, что там Женька и полуголый Костик. Решительно вошла, готовая к любой сцене, но они как лежали, так и остались. Два трупа, забальзамированные дичайшим перегаром, стоящий колом в воздухе. Открыла окно, не в силах сдерживать рвотные позывы от этого букета ароматов. Створки окна громко скрипнуди, разбудив Женю.

– Да кто там шарахается все утро… А. Это ты… Можно потише? – еле-еле произнесла соседка.

Промолчала. А что говорить?

– Который час? – охрипший голосом вопрошала Женя.

– Полседьмого.

– Ты что – бессмертная? Зачем так рано встала? Ты же позже всех спать ушла.

– Да ладно. Одна хоть ушла? – это был мой шансы узнать что-то о вчерашней ночи.

– Не помнишь что ли? Ну, вроде одна. Ты в туалет ушла, а дальше я что-то и сама не помню, но в комнате тебя не было и…

– И вы меня даже не искали?

– Да куда бы ты делать.

– Действительно.

– Нашлась же вроде. – Женя перевела ошалелый взгляд с меня на своего ночного посетителя. – О, блин.. Костя, – Она увидела спящего Костю и начала его пихать в бок. – Костя, вали отсюда. Мы уже не одни.

Костя открыл глаза, причмокнул от сушняка. Встал с абсолютно пустым выражением лица и скрючившись побрел к выходу.

– Эй! Оу… – Женя тоже совершила ошибку, повысив голос. – Манатки свои забери… – швырнула в Костю его футболкой. – Как пережить этот день?…

Женя стонала вслух, я – про себя. Память подкидывала эпизоды вчерашнего вечера несвязными кусками. Беседка, костер, песни под гитару.. Затем мы, кажется, рассказывали то ли анекдоты, то ли забавные истории, а ушла в туалет, как Женя и сказала… И провал.

– Свет, можно тебя попросить?

– Конечно.

– Там в боковом кармане моей сумки, кажется, были таблетки от головы. Подай, по-братски.

Нашла то, что просила Женя и протянула полупустой блистер. Видимо, эти таблеточки она принимала чаще, чем нужно. Женька закинулась лекарством и тяжело выдохнула.

– Мне нужно в душ.

– А еще одеться.

– Ой, – Женя только сейчас поняла, что светит своей грудью и поспешно прикрылась простыней. – Сорри.

– В ванне свободно. Еще все спят.

– Отлично. А ты оказалась веселой, Свет. Зря я на тебя гнала.

– Ага, – безучастно ответила соседке.

Трезвая Света и пьяная – это две разных Светы. И пьяную Свету часто тянет на приключения, в пределах разумного. Я могла петь, могла танцевать, могла сесть на шпагат, могла пить пиво на скорость, могла даже целоваться с кем-нибудь. Может, я встретила Славу по пути в туалет? И что потом? Сбежала? Это я тоже могла.

Через час домик вожатых уже сотрясался от голосов и топота. Парочка человек мне дало пять ладонью, кто-то просто приветливо улыбался. И вообще выглядело так, будто я самый известный человек в этом небольшом здании. Ощущения были слегка странные. Словила себя на мысли, что ищу глазами Славика. Ох, и сдался мне этот странный персонаж. Если он пытался привлечь моё внимание загадками, то у него это получилось.

Женя закончила со сборами и выглядела настолько свежо, будто вчера и не пила. В восемь утра мы подняли наш отряд, отправили умываться. Выслушали тонну возмущений, почему вода только холодная.

– Чтобы закалялись! Выбора у вас все равно нет: либо так, либо никак, – отвечала Женя на вопрос.

Возмущения были бы куда сильнее, знай они, что воду брали прямиком из реки. Благо, речка у нас довольно чистая, если верить экологам. Тянуть трубопровод за город никто не стал бы, тем более горячей воды. Вода подогревалась точечно лишь в душевых и кухне бойлерами, пройдя предварительную очистку и фильтрацию прямо на территории лагеря.

После умывания – зарядка. Отвели детей на стадион, где пожилой физрук Филипп Викторович, заставил поразмять косточки. Кровь разгоняла по организму остатки алкоголя, становилось жарковато и слегка мутило.

– Ты что-то позеленела, подруга, – едва дыша констатировала Женька.

– На себя бы посмотрела. За звание “Шрека” можем с тобой бороться.

Женька засмеялась и я подхватила её веселье. Когда страдаешь не одна – всегда легче. Есть тот, кто тебя понимает в моменте.

Далее по расписанию – завтрак. И я была благодарна вселенной, что это была не манная каша, которую я с детства терпеть не могу. Немного овсянки, вареное яйцо, хлеб с маслом и сыром. Процентов на шестьдесят я походила на здорового человека. Снова почувствовала на себе взгляд мелких засранцев, что обсуждали мою грудь. Психанула, подошла и отвесила каждому по щелбану.