Чтение онлайн

— О черт, да открой же эту проклятую дверь! — послышался сверху страдальческий вопль Деклана. — И пристукни того идиота, который там раззвонился!

Дверь? Лина растерянно оглянулась. Так это дверной звонок? Деклан поставил звонок с мелодией вальса? Очень в его духе!

— Еще раз на меня заорешь, — крикнула она, направляясь в холл, — и похмелье тебе раем покажется!

— Не хочешь, чтобы на тебя орали, убирайся и дай мне умереть спокойно!

— За мной не заржавеет! — в полный голос пообещала Лина. — Сейчас поднимусь и устрою тебе эвтаназию с особым цинизмом. А после этого как следует надеру задницу!

На последней угрозе она распахнула дверь… и застыла, изумленно глядя на элегантную немолодую пару, чьи лица, никогда прежде не виденные, были ей тем не менее определенно знакомы. Особенно глаза изящной светловолосой дамы, с любопытством глядящие прямо на нее, — темно-серые, грозовые глаза.

— Добрый день! Я Колин Фицджеральд. — Дама протянула Лине ухоженную руку. Улыбка у нее оказалась неожиданно симпатичная. — А вы? Если не ошибаюсь, вы хотите надрать задницу моему сыну; если так, хотелось бы прежде узнать ваше имя.

— Мама?! — На верхней лестничной площадке показался Деклан — мокрый после душа, в одних трусах. — Мама! Папа! — Забыв о похмелье, он пулей слетел вниз и заключил обоих в медвежьи объятия. — Я думал, вы прилетите завтра!

— У нас изменились планы. Ты что, только встал? — поинтересовалась Колин. — Вообще-то уже час дня.

— У нас вчера был мальчишник. Море выпивки, девчонки… ну, сама понимаешь.

— Девчонки? — И Колин перевела взгляд на Лину.

— Нет-нет, это совсем другое! Это Лина. Мой ангел-хранитель. Примчалась спасать меня от похмелья. Познакомьтесь: Колин и Патрик Фицджеральд, Анджелина Симон.

— Рад познакомиться. — Патрик Фицджеральд, статный и темноволосый, с благородной сединой на висках и проницательным взором голубых глаз, с искренней улыбкой пожал Лине руку.

А в следующий миг прищурился, заметив ее кровоточащий палец.

— Вы порезались?

— Ерунда.

— Как ерунда? Господи, Лина, у тебя же кровь течет! — В панике Деклан схватил ее за руку и практически силой уволок на кухню.

— Это просто царапина! Деклан, прекрати! Не позорь меня перед своими родителями! Отпусти немедленно! — шипела она.

— Помолчи! Дай я посмотрю, насколько глубоко!

Патрик обернулся к жене.

— Это и есть та девушка, на которой он собрался жениться?

— По всей видимости, да. — Поджав губы, Колин переступила через порог, огляделась. — Что ж, посмотрим, как он здесь живет.

— Хм, выглядит впечатляюще, ты не находишь?

— Патрик, у меня есть глаза, дай мне получше рассмотреть.

И эти самые глаза, пока Колин неторопливо шла по дому, подсказывали ей, что сын проделал здесь огромную работу.

Нет, в его хорошем вкусе она не сомневалась. Но, судя по всему, что слышала Колин о Доме Мане, он много лет простоял пустым и заброшенным, фактически превратился в развалины. Однако то, что видела она здесь — отполированное дерево, начищенные до блеска полы, сияющие чистотой окна, старинная мебель, продуманные детали, создающие ощущение тепла и уюта, — на развалины совсем не походило.

Наконец Фицджеральды добрались до кухни, где обнаружили своего сына, хлопочущего над пораненным пальцем девушки, очень красивой и, кажется, чертовски недовольной. Судя по выражению лица, она была вполне готова выполнить ту угрозу, которую они слышали, стоя в дверях.

— Прошу прощения. — Лина отодвинула Деклана локтем и вежливо улыбнулась его родителям. — Я разбила чашку, только и всего. Очень рада с вами познакомиться.

— Надо смазать йодом и перевязать! — сообщил Деклан, роясь в буфете.

— Ради бога, не суетись! Можно подумать, я себе руку отрезала. И смотри себе под ноги, не то наступишь на осколок и сам начнешь истекать кровью! Мне очень жаль, что не даю вам как следует поздороваться с сыном после долгой разлуки, — обратилась она к его родителям. — Сейчас подмету осколки и пойду.

— Куда это ты пойдешь? — поинтересовался Деклан. — Ты же обещала мне завтрак!

Лина заскрипела зубами — одна надежда, что родители Деклана этого не услышали.

— То, что в миске, вылей на противень и поставь в духовку — вот тебе и завтрак. — Она открыла дверь чулана. — И, может быть, предложишь своим родителям кофе или еще чего-нибудь после долгой дороги? Мне-то казалось, они привили тебе хорошие манеры.

— Мне тоже, — подтвердила Колин.

— Прошу прощения. Когда вижу, как любимая женщина истекает кровью, это меня немного отвлекает.

— Деклан! — негромко, но с явной угрозой в голосе проговорила Лина.

— Кофе — отличная мысль! — весело проговорил Патрик. — Мы прямо из аэропорта. Нам не терпелось увидеть твой дом — и тебя, Деклан, — добавил он, подмигнув.

— А где ваш багаж?

— Отправили в гостиницу. Сынок, дом просто огромный! Не слишком ли велик для тебя одного?

— Мы с Линой планируем четверых детей.

С грохотом выбросив осколки в мусорное ведро, Лина резко обернулась к нему.

— Ладно, ладно, троих, — поспешно проговорил Деклан. — Но это последнее предложение.

— Так, с меня хватит! — Она сунула ему в руки метелку и совок. — Остальное соберешь сам! Надеюсь, вам понравится в наших краях, — сухо проговорила она, обращаясь к Колин и Патрику. — А теперь прошу извинить, я опаздываю на работу.

И вылетела на улицу через заднюю дверь, с трудом подавив искушение что есть силы захлопнуть ее за собой.

— Ну разве она не прелесть? — улыбаясь во весь рот, поинтересовался Деклан. — Просто чудо, правда?

— Ты поставил ее в неловкое положение, — упрекнула его Колин. — И по-моему, сильно разозлил.

— Вот и отлично. Я заметил, когда она на меня злится, это укрепляет наши отношения. А теперь присаживайтесь, налью вам кофе, а потом устрою экскурсию по дому.

Час спустя Деклан с матерью сидели на галерее позади дома, а Патрик, проигравший спор, готовил на всех бутерброды.

Похмелье быстро рассеивалось — видимо, благодарить за это следовало Лину с ее таинственным снадобьем. И еще радость от приезда родителей.

Как же ему их не хватало! Только сейчас, увидев отца и мать, Деклан понял, как скучал по ним все эти месяцы.