Чтение онлайн

Важная шишка в минздраве, конечно мы всегда относились ко всем пациентам одинаково хорошо, но когда к тебе на операционный стол попадают чиновники, все совершенно становится по другому, больше ответственности.

— Возьми в ассистенты Руслана и приступайте к операции, да…

— M?

— Марк, будет на этой операции.

Вот черт! Я про это совсем забыла. Очень кстати конечно… Ладно, главное провести без последствий операцию, а там уже, как пойдет… Из первичного осмотра и дополнительных исследований, точно могла сказать что у него полный разрыв сухожилия. Не теряя времени, направилась в предоперационную. Пациента нужно было срочно готовить к операции, нельзя допустить некроз тканей.

— Ксюш, что у нас?

Поинтересовался у меня Руслан, когда мы переодевались в хирургичку.

— Пациент с разрывом сухожилия.

— Частичное или полное?

— Полное, давай приступать к работе.

Проговорила строго, без каких либо эмоций, направляясь в операционный блок.

— Ксюх, нельзя же быть такой, хладнокровной.

— Доктор Новиков, наверное вы помните чему нас учили? В работе хирурга нет места эмоциям и чувствам, малейшая ошибка и вероятность выжить у пациента, снижается.

Не давая шанса договорить Руслану дальше, мы зашли в предоперационную, как позади себя я сразу же услышала знакомый голос.

— Ксения Игоревна?

Шумно выдохнув, я развернулась лицом к Марку. Выглядит он очень устало, но при этом все такой же красивый.

— Неважно выглядите, Марк Юрьевич, бессонная ночь?

— Бессонная… Зато, вы блистаете, Ксения Игоревна.

Внешне он абсолютно спокоен, неотрывно изучает моё лицо, вижу как слегка дергается уголок его губ. А меня всю трясёт, от этого глубоко взгляда. И видимо, он это тоже замечает.

— Волнуетесь? Вы очень напряженны для человека, который направляется в операционную.

— Не беспокойтесь обо мне, раз уж вы напросились на эту операцию, наблюдайте молча.

Произнесла холодным тоном, отгоняя от себя все переживания и дикую дрожь. Нельзя заходить в операционную в таком состоянии.

— Хотите чтобы я ушел?

Я смотрю в его глаза и вижу лёгкую растерянность. Всем своим видом я показываю, что мне абсолютно плевать на него, но это не так… Мне безумно хочется, чтобы он находился со мной рядом, дышал со мной одним воздухом. Я просто хочу ощущать его тепло, его запах… Что же происходит со мной?! Вот как это объяснить?! Дура! Я должна думать совершенно о других вещах!

— Ксения Игоревна… Вы не ответили.

Спокойно интересуется, но я чувствую его напряжение.

— Марк Юрьевич, постарайтесь не отвлекать меня своим присутствием.

Отгоняю от себя пугающие мысли, концентрируюсь на предстоящей операции. Но я продолжаю стоять на месте, стремительно тону в холодных, лазурных глазах, мучительно чувствую внутреннюю мелкую дрожь. Вот как?! Как справиться с самой собой?!

— Хорошей операции.

Ничего не отвечаю, стремительно направляюсь в операционный блок. Снова бросаю взгляд в окошко, Марк стоит скрестив руки на груди и сосредоточенно наблюдает. Первым делом, я поинтересовалась у анестезиолога о всех показателях.

— Показатели в норме?

— Да, Ксения Игоревна, все показатели в норме.

Дальше, я обратилась к пациенту.

— Как ваше самочувствие, Иван Анатольевич?

— Нормально, правда, слегка волнуюсь, Ксения Игоревна.

— Вам уже объяснили процедуру?

— Да, мне объяснили что у меня будет, местная анестезия.

— Да, все верно, не волнуйтесь, с вами лучшие специалисты…. Начинаем!

Губы трогает лёгкая улыбка, мысленно проговариваю сама себе, что все будет хорошо, я справлюсь, сколько уже было таких операций.

— Зажим Холстеда.

Обращаюсь к Руслану, он передает мне инструмент, с помощью него, я быстро останавливаю кровь.

— Доктор Новиков, я зафиксировала, теперь можно приступать к наложению шва по Кюнео.

— Какую иглу?

— Подготовьте круглую с тонким прочным шелком номер 2.

Отступая от среза 1,5 см, я сосредоточенно сшиваю концы сухожилия, также, шов накладываю на поврежденные сухожилия, а затем, отсекаю размозженные концы.

— Какой способ шва будет использоваться?

Поинтересовался Руслан.

— Узловой шов из тонкого шелка, подготовь все материалы к нему.

После того, как я наложила шов, я могла быть свободна, остальная часть операции уже плавно перетекла в руки Руслана, поэтому не медля, я обратилась к нему.

— Остальное на тебе, нужна фиксация гипсовой лангетой, а дальше, неделю покой к сшитому сухожилию, а затем можем начать функциональную нагрузку.

— Принял, иди, отдыхай.

Устало кивнув в знак согласия, я вышла из операционной, сразу же натыкаясь на Марка.

— Удивлен твоей выдержке. Ты очень уверенно и профессионально держалась.

— Рада что вы так высоко оценили качество выполняемой мной работы в операционной.

— Несомненно.

На лице Марка не меняется ни одна эмоция, лишь только замечаю как синие глаза становятся намного темнее. Готова вечность смотреть в них.

— Я выполнила ваша требование, вы увидели как я оперирую, а теперь, я хочу отдохнуть после операции.

Скинув с себя маску, которая не давала нормально мне дышать, полностью довольная собой и своей маленькой победой, я направилась на выход, но чувствовала спиной его напряжённый взгляд, который прошибал до мурашек.

Спустя пару часов…

Расслабленно откинувшись на небольшом диванчике, сидела полулежа и летала в своих мыслях. Прикрываю веки, эти операции всегда выматывают, но резко, в нос ударяет запах насыщенного аромата кофе. Открываю глаза, даже и не услышала как в кабинет вошли, а напротив, со стаканчиком кофе в руках величественно стоит Марк.

— Можно?

— Вы уже в кабинете, Марк Юрьевич, зачем спрашивать.

Под его пристальным взглядом я слегка приподнимаюсь с дивана, устало потираю ладонями веки и снова мы сцепливаемся с ним глазами. Прищурившись, он продолжает осматривать меня своими синими омутами. Под его суровым взором, все тело напрягается, до глубины становится опасно жарко. Присаживается напротив меня на корточки и любезно протягивает в мои руки кофе.

— Выглядишь устало, тебе не помешает крепкий кофе.

— С чего вдруг такая забота с вашей стороны?

Поглядываю на стаканчик с кофе, а потом перевожу снова взгляд на него.

— Может ты прекратишь уже этот спектакль?

— Не понимаю, о каком спектакле идёт речь?

— Хватит мне «выкать», неужели после того, что между нами было, мы не сможем нормально поговорить?

— После того, что между нами произошло, нам вообще не стоит общаться.

Марк стыдливо опускает глаза на мои ножки, ставит на подлокотник дивана стаканчик, неожиданно, его ладони опускаются на мои колени, поднимает глаза и тихо проговаривает.