Чтение онлайн

Алия подчинилась без лишних слов.

Оба одновременно вышли из машины и направились к черному входу, около которого курили, смеясь и переговариваясь люди в белых халатах.

Парочка из них, заметив Громова, приветливо кивнули.

Прошли длинным коридором и по лестнице поднялись на второй этаж, где мужчина зашел с ней в одну из комнат, оказавшейся раздевалкой.

— Переодевайся, — мужчина положил на скамейку свой пакет и отошел к окну, давая Лии возможность выполнить его указания. Сердце женщины гулко стучало, когда она извлекла из пакета голубые брюки и голубой же приталенный пиджак — униформа медицинского работника. Головой уже догадалась куда приехали, но заставила себя не радоваться раньше времени.

— Я готова.

Громов обернулся и окинул ее быстрым взглядом.

— Тебе идет, — не удержался от улыбки. — Настолько, что навевает фантазии….

— Не начинай, — Лия не злилась. И сама не сдерживала улыбку.

Лифт привез их на пятый этаж, где снова пришлось идти по коридорам, больше похожим на лабиринт, но Громов ориентировался в них прекрасно. И вот, наконец, он толкнул двери одной из палат, пропуская Лию внутрь.

В носу резко защипало, глаза моментально стали влажными. Она стояла на пороге и никак не могла заставить себя зайти. А на кровати, глядя на нее и протягивая руку, сидел Всеволод.

— Дочка… — услышала она тихие слова и тут же сорвалась навстречу теплым рукам и глазам.

Алия лениво водила вилкой по тарелке, рассеянно поддевая кусочки пищи и тут же откладывая их в сторону, не ощущая вкуса ни соуса, ни мяса, ни специй, несмотря на то, что Лариса, как всегда, готовила безупречно. Её мысли снова и снова упрямо возвращались к больничной палате, к стерильному запаху лекарств и к фигуре Всеволода, похудевшего, слегка осунувшегося, с заострившимися чертами, но всё такого же внутренне собранного, прямого, несгибаемого, в котором по-прежнему ощущалась жёсткая, спокойная сила, что умела удерживать её от падения в самые тёмные периоды жизни.

Когда он протянул к ней руку, ей показалось, что с плеч слетело жуткий камень, давивший на нее все эти два месяца — тяжелый и невыносимый. Шагнула к старику, обнимая за широкие плечи и уткнулась носом в шею, как делала это когда-то давно — в другой жизни — со своим отцом, а позже — с Андреем, находя в крепких руках защиту и силы.

Она не плакала, нет, она просто обнимала, жадно вдыхая запах отца, так похожий на запах сына.

— Прости меня, — прошептала едва слышно.

— За что? — Всеволод слегка отстранил ее от себя.

— Я подвела тебя…

— Ни разу, — тут же ответил он, слегка тряхнув ее за плечи. — Только снова доказала, что ни я, ни Андрюха в тебе не ошиблись. Или что, ты думала я поверю шакалу? Нет, девочка, сердце у меня, конечно, уже не пламенный мотор, но вот разум пока на месте.

— Как ты себя чувствуешь?

— Домой хочу — сил нет, — признался старик, — но придется пока посидеть тут, да, Вадим Евгеньевич? — он поднял голову на Громова, стоявшего около закрытых дверей палаты.

Тот молча поднял опущенную голову и кивнул.

— Что-то я не поняла, — Лия прищурила глаза, — вы давно знакомы?

— Не очень, — пожав плечами, прохладно ответил Громов, не глядя на Лию. — Но как я тебе уже и говорил, мне нужно было понять, что ты за человек.

— Вадим пришел ко мне, когда мне стало немного лучше, — улыбнулся Всеволод уголками губ. — Сказал, что ты не виновата в случившемся, дал послушать запись. Я это и так знал, но знаешь, с доказательствами стало как-то спокойнее на душе. Но по зрелому размышлению, решили, что я пока останусь здесь — пройду обследования, подлечусь, отдохну — здесь ведь для таких как я почти санаторий. А заодно послушаю, что мне Ромушка петь будет.

— Ну и? — пробурчала Лия, недовольная тем, что ее последней поставили в известность, но сдерживая свое возмущение.

— Соловьём заливается, — ухмыльнулся Всеволод, и в его взгляде мелькнула откровенная насмешка. — Как только понял, что тебя выпустили, сразу хвост прижал, начал активно искать доказательства твоей невиновности, развёл бурную деятельность, дескать, оклеветали сотрудницу фонда. Он ведь, Лийка, тоже не дурак — интуиция у него на высоте, умеет переобуваться в полете.

Старик усмехнулся шире.

— Но тебе это сейчас только на руку — пусть суетится, тоже польза. Забавно его слушать, как он мне на Вадима жалуется, что никак доступ к нему получить не может.

Лия прикрыла рот рукой, чувствуя, как на губы сама собой наползает смесь недоверия и нервного смеха.

— Ну и клоповник вы тут развели…

— Что поделать, — сурово покачал головой Всеволод. — В аппаратных интригах, родная, ты полный ноль, так что оставь это тем, кто в этом понимает.

— Это меня сейчас только что вы дипломатично дурой назвали, да? — насмешливо приподняла она бровь.

— Отсутствие опыта не делает тебя дурой, — тут же возразил Всеволод. — Ты привыкла к другим войнам, а здесь…. Права — клоповник. Вот сейчас и проведем операцию по дезинфекции.

Лия коротко вздохнула.

— Думаете, Роман как-то к этому всему причастен?

— Нет, — покачал головой Всеволод. — Увы, дочка. К тому говну в которое вы с Вадимом влипли, Ромка руку не прикладывал — коротковаты они у него для такого. Тут действовала более организованная, слаженная и опытная группа, у которой рука набита в таких делах. И след тянется далеко за пределы дома Вадима….. Вы ведь это уже и сами поняли. Да?

Громов молча кивнул. Лия, вздохнув, тоже.

— Помочь в этом вам не смогу, — Всеволод положил тяжелую руку на плечо женщины, — но Шилова пока попридержу на контроле. А уж как Еська старается — любо дорого посмотреть. Золотая сиделка, не иначе. Хоть какое-то развлечение для меня. А ты сейчас, Лия, сосредоточься на другом. Думай, как ты можешь быть связана со всем этим. Сдается мне, дети, что в этом разгадка и есть. Не в настоящем копайтесь, а в прошлом. Вадим? — обратился он к задумчивому Громову.

— А?

— Сходи за кофе, будь другом. Так-то мне нельзя, но ты ж врач, можешь разрешить….

Лия ожидала чего угодно на такое обращение, но только не того, что Громов послушно развернется и выйдет из палаты.

— Научите меня так, Всеволод, — пробурчала она, оглядываясь на хлопнувшую дверь.

— Зачем? — ухмыльнулся старик. — Ты тоже можешь… если захочешь.

Лия поморщилась и махнула рукой, снова обнимая его за плечи.

— Зря отмахиваешься, — внезапно сурово отстранил ее Всеволод. — Присмотрись к мальчишке.