Чтение онлайн

На стене висело зеркало, в которое я мельком увидел себя. Все демоны бездны. Да родная мать меня сейчас не узнает. Волосы, лицо, руки, всё было в этих проклятых блестках.

— Ой, смотрите, дед Мороз пришел, — рядом раздался веселый женский голос. — Правда, какой-то он слишком молоденький. — Дама была уже изрядно навеселе, хотя время было ещё даже не обеденное. — Признавайся, ты дед Мороз и принёс нам подарки?

— Нет, я не дед Мороз, я его посыльный, — тут ко мне с другой стороны подошла другая молодая женщина.

— Какой хорошенький, — она обвила меня руками за шею и поцеловала в губы. Я с трудом сумел расцепить её руки и отодвинулся в сторону. Девушки нисколько не обиделась, и ткнула пальчиком в коробку. — А это подарки?

— Ну да, только не от деда Мороза, а от нового хозяина газеты, — я открыл коробку. — Он не знал, сколько народу пытается поддержать видимость бурной деятельности, поэтому упаковал с запасом. Остатки велено в его кабинет унести.

— А что, сам Керн не сумел найти времени, чтобы нас поздравить? — ко мне подошел мужчина, в строгом костюме, который выглядел на редкость трезвым.

— Ну, как вам сказать, — протянул я, а мужчина прищурился и принялся меня разглядывать более пристально.

— Вопрос снимается, — он улыбнулся. — Понимаю, такой занятой человек. А у нас здесь корпоратив. Вот, решили Старый год проводить перед длительными выходными. Это так для нас всех странно, обычно в самую Новогоднюю ночь начинается основная работа. Даже без учета аккредитации на балу. Водникову ни разу не удалось для нас её получить. — Он сказал это с нажимом, и я кивнул. Ну, что тут можно сказать, я постараюсь уговорить деда, чтобы тот в свою очередь уговорил императора и так далее.

— Ой, какая прелесть, — с того места, где я оставил коробку раздался прямо-таки девчоночий визг и хлопанье в ладоши. Главный редактор почему-то не спешил раскрывать моё инкогнито, хотя очевидно, что узнал.

Ручки понравились не только женщинам, но и мужчинам. Хотя от женщин было больше восторгов. Я подвинул себе стул и сел на него, скрестив руки на груди. Мне представилась уникальная возможность изучить этих людей, когда мало кто из них даже догадывался, кто я такой, и грех было такой возможностью не воспользоваться.

— Творческие личности, что поделать, — главный редактор отошел от меня, чтобы успеть схватить свою ручку, зато рядом сел бородатый парень лет тридцати на вид. Может ему было и меньше, но борода ещё ни одного человека моложе не сделала. — А вы, Константин Витальевич, здорово придумали. Всем сумели угодить. Правда, эти блестки... Зачем вы ими обсыпались? Я вас с трудом узнал.

— Чтобы никто не догадался, — процедил я. — Кстати, а как ты вообще меня узнал?

— Так ведь я фотограф, для меня лица, конечно, важны, но главное образ в целом. Вот, стараюсь не нажраться. Если получится, то таких снимков отсниму, пальчики оближешь, — он хохотнул. — Главное, чтобы вас никто не узнал. Сейчас вам только Эльза глазки строит, а, если поймут, что вы Керн, то, боюсь, не отобьетесь. Зато весьма пикантный опыт получите.

— Угу, запечатленный твоей всевидящей камерой, — в ответ он хохотнул, а до меня дошло, что вот у этих собравшихся здесь людей, совести нет, от слова совсем. Они за репортаж не только шефа с пьяными девками сфотографируют, они пару километров по дерьму проплывут, если точно будут знать, что на той стороне их ждет сенсация.

— Да ладно вам, репортера ноги кормят, как того зверя. А мы уже все здесь на взводе. От скуки на стены лезем. Так долго аккредитацию ещё ни разу не задерживали, а всё из-за этой трагедии в поезде. Да, меня Никита Шик зовут. — он покачал головой. — Узнать бы ещё, кто тех парней заказал...

— Почему ты думаешь, что теракт в поезде был заказан? — я внимательно смотрел на него.

— Да там всё четко было, ни одной побочной жертвы. Так не бывает, когда просто захват идёт. А здесь никто на себя лишнего трупа брать не хотел. Террористам-то обычно насрать, сколько и кого мочить. Так что это заказ, я просто печёнкой чую. Да и Михалыч того же мнения. Эй, Михалыч, иди сюда, — Никита махнул рукой и к нам подсел невысокий парень, который, если и был старше фотографа, то не на много.

— Ярослав, — он протянул мне руку, которую я без колебаний пожал. У него навыков фотографа и опыта главного редактора не было, поэтому он меня не узнал.

— Константин, — представился я в ответ. — Тут Никита говорит, что тема поезда всё ещё интересна.

— Шутишь? Если бы хотя бы имя исполнителя узнать... Кто первый хоть небольшой репортаж выкатит, тот сразу же по криминальным новостям в лидеры выбьется. А если ещё и светская хроника в том же номере не подкачает... — пока он говорил, у меня в голове крутилось сразу миллион мыслей. Никого из них я не собираюсь тащить к Снежиным, да и не наша это операция, но вот со Светланой я всё-таки поговорю. Мне надо знать, кто у них главный, кого мне опасаться, и откуда может в следующий раз прилететь удар. А что если...

— Слушай, Михалыч, а у вас есть записывающие устройства? Которые голос записывают?

— Есть, — Ярослав кивнул. — Их только по журналистским удостоверениям можно купить, всем подряд не продают, так что я сам покупал.

— Просто я слышал, что готовится что-то грандиозное, и что там Керн может встретиться с исполнителем, с тем, кто активировал маяк, настроил телепорты и рванул стоп-кран. Если уговорить его взять устройство с собой...

— Сейчас принесу, — Ярослав тут же вскочил со стула. — Если угробит, то стоимость возместит? — запоздало поинтересовался он.

— Да хоть прямо сейчас, на всякий случай, да в качестве премии. Приказано не скупиться с представительскими расходами. — Какое же всё-таки удобное определение приучил меня использовать Вольф для обозначения взятки или откупа. Мне оно очень нравится. Ярослав умчался, а я встал, чтобы немного размять ноги, да и домой двигать уже надо.

— Нет, ты всё-таки очень хорошенький, — ко мне снова подскочила та самая слегка озабоченная девица. — Я даже среди клановых сыночков редко таких красавчиков вижу, а ведь на мне светская хроника.

— Эльза, отстань от человека, он, в отличие от нас на службе, — главный редактор попытался урезонить девицу, но добился лишь того, что она подхватила бокал с темно-красным тягучим вином и сунула мне его в руку.

— Не будь букой, расслабься, — я машинально взял в руки бокал, судорожно соображая, как бы поудобнее от него отказаться. Сказаться больным? Хорошая идея.

— Я не могу, я за рулём, — попытка избавиться от бокала ни к чему не привела.

— Брось, чуть-чуть пригубить надо, я же не заставляю тебя пить полностью, — Эльза прижалась ко мне. Я скрипнул зубами и уже хотел сказать решительное «нет», но тут передо мной всплыла в полный рост проблема бала. Заклинание-то я выучил, оно было сложным, но правильная мотивация всегда и во все времена была замечательной вещью, позволяющей добиваться, казалось бы, невозможного.