Незамеченное поколение
Шрифт:
…В Англии — движение О. Мослея растет и ширится, вбирая в себя все молодое, крепкое, честное. Куется новая идеология; отброшены старые идеалы демократии, парламентаризма, социализма.
…Италия. За 10 лет из жалкой и забитой страны, с которой никто не считался, она превратилась в силу первого класса и каждый итальянец теперь с правом гордится своей родиной.
…Германия — еще недавно управляемая социалистами, мощным движением своего нового поколения сбросила их, как накипь, и дала всю власть тем молодым и сильным, которые умели бороться, а теперь, как показал 12-месячный опыт, умеют и управлять». И т. д.
Та же схема развивается в № 54 «За новую Россию»:
«После мировой войны началась мировая революция… Новый социальный порядок, в процессе этой мировой революции, родится не в Москве, а везде там, где начинают действовать самоотверженные и благородные реформаторы, признавшие гниль либерального капитализма и ложь бесчеловечного коммунизма. Во главе этой плеяды борцов за новый социальный порядок и прочный социальный мир стоят — Гитлер, Муссолини, Салазар, но за ними идет целый ряд других строителей, одушевленных теми же идеями…»
До войны это одна из основных тем пропаганды солидаристов. В № 62–4 «За Родину» Д. Заборский в большой статье «Новая Германия» (с подзаголовком «Современный солидаризм») говорит;
«Либерально-калиталистическая система изжила себя, социалистическое изуверство грозит самому дорогому — нации. Нужны иные решения.
На наших глазах вдруг выросли люди, взявшие на себя смелость и тяжесть найти решение. Они повернули каждый свою нацию властной рукой на новый путь.
Мы не знаем еще, во что выльется этот их опыт, что отстоится, что его переживет. Но ощущается одно, что строится новая жизнь, найдены новые слова, что они находят отзвук в сердцах, ведут за собой.
Как ни различны проявления этого социал-реформизма, основная идея его везде одна — национализм и социальная правда — осуществление идеала социальной правды, в лоне нации. Мы вправе назвать ее новой движущей идеей, она должна вытеснить космополитизм либерально-капиталистического и интернационализм социалистического мировоззрения.
…Новые движения носят разные названия, но сущность их всех лучше всего можно выразить словом — солидариз м».
Любопытно, что в этой статье Заборский ни словом не упоминает ни о борьбе национал-социализма со всей христианской традицией, как традицией расово-чуждой и расслабляющей, ни о провозглашенном в «Мейн Кампф» принципе новой немецкой «боденполитик» [4] на востоке. В этом солидаристы следовали примеру всей той части эмигрантской печати, которая, поверив, что Гитлер освободит Россию от большевизма, преподносила своим читателям, вместо реально существующего расистского «коричневого» Рейха, какую-то лучезарную Германию новых крестоносцев, проникнутых тем же духом, что и Белое движение.
4
Политика территориальной экспансии.
Между тем, солидаристы внимательно изучали доктрины фашистской и национал-социалистической революции и хорошо их знали. Так, в июне 1934 года Н. Бабкин в № 28 «За Россию» бесхитростно писал:
«Фашизм — реакция на политический либерализм. Он — противник всяких свобод, слова, печати и т. д.
Фашизм, наконец, есть реакция на философский либерализм. Личность перестает быть самоцелью. Она часть коллектива (корпорация) и цель коллектива — служение более обширному коллективу (нация). Показательна не только идея служения личности, что весьма древне, но то, что личность, как таковая, вообще не имеет ценности».
Этому обстоятельству, что фашизм «противник всяких свобод» и что в фашизме «личность, как таковая, вообще не имеет ценности», солидаристы, видимо, не придавали большого значения.
Говоря о нарождающемся новом порядке в Италии, Португалии и Германии, М. Георгиевский замечает:
«В просторечии все эти новые течения принято объединять одним общим названием «фашизма». Либеральствующие, неустойчивые и умственно робкие, не замечающие того существенного, что несет с собой этот современный солидаризм, часто третируют «фашизм» и «тоталитарное государство» лишь как смягченную форму социализма и находят в нем черты, родственные большевизму. Говорят о «диктатуре партии», о преследовании инакомыслящих, даже о терроре и о концлагерях.
Забывают прежде всего о том, что разница в степени и количестве имеет в наше время существенное, а не второстепенное значение, что иссушающая жара губит ростки жизни, а тепло им благоприятствует; что миллионные жертвы большевистского террора, надругательства, истязания, беспросветный ужас советских концлагерей не может идти ни в какое сравнение с мерами исключительного порядка, направленными обычно против тех, кто сам готовил гнойную яму и стенку инакомыслящим.
Нам понятно вполне, кто и почему руководит искусно прикрытой благородными соображениями пропагандой против «фашизма». Мы прекрасно понимаем, что «диктатура партии» есть явление временного характера, что не найдены еще окончательные формулы нового строя. Но никакая диктатура никакой другой партии не может быть даже отдаленно сравниваема с кровавой и гнусной диктатурой социализма.
…Для доктрины солидаризма абстрактное понятие общества заменяется таким же живым и индивидуальным понятием Нации.
Нация живет полноправной жизнью, люди и личности, вмещенные ею, не горошины в мере гороха, пересыпающиеся и перемещающиеся без связи. Они — один высший организм, уходящий корнями в прошлое, в настоящем приготовляющий будущее. Отсюда понятие обусловленной свободы (в противовес анархическому индивидуализму и порабощающему социализму), функциональной собственности и трудового критерия оценки.
Делая наши оговорки к современному «фашизму», мы не смеем забывать, что новое учение о государстве, Нации, собственности, свободе и личности медленно зреет в его недрах.
«Тоталитарное» государство имеет так же мало общего с социалистическим, как человеческий организм с пошловатой «наглядной» таблицей, изображающей этот организм в виде машины с топкой и системой труб и котлов.
…Трудно заподозрить в скрытой реакционности Муссолини, бросившего капиталистам: «не думайте, что мы будем для вас громоотводом», или Гитлера, завещавшего своей нации: «Почитайте труд и уважайте трудящегося».
Опыт того и другого есть только начало закрепления в умах и порядках новой доктрины — доктрины солидарного сотрудничества».
Таким образом, допуская возможность в фашизме кое-каких недостатков, солидаристы не хотели им придавать значения, считая их чем-то временным и совершенно второстепенным по сравнению с вдохновляющим примером огромных достижений.
«Возрождение национальной гордости, народная сплоченность и мощь современных государств, ведомых четкой и горячей идеей, вызывает восхищение и зависть российского эмигранта» [5] ).
5
«За Родину», № 68/10, июнь 1938 г.
Таким же энтузиазмом полна статья А. Зекрач «Наша романтика и наше сегодня» [6] ).
«Сущность революционного движения не определяется только отвлеченной ценностью его идей.
Пусть наша идея четка, реальна, правдива, наши лозунги — убийственно остры, наши конспекты — ясны, логичны, убедительны, — и все же они могут остаться лишь предметом размышления, изучения, разумного анализа, — до тех пор, пока не найдут дорогу в сердце своих носителей и проповедников, пока не облекутся в мечту, преодолевающую физические границы и возможности, мечту, зовущую на борьбу за свое осуществление. И, наконец, борьба и жертвы за идеалы дают образы, оживотворяющие идею. Они — живая душа движения, — они романтика его.
6
«За Родину», № 82, 1939 г.