Чтение онлайн

Германа окружил лес и одиноко стоящие домики. Со стен давно осыпалась краска, во всем чувствовалась ветхость и упадок. Невольно вспомнилась Эллина, не то, чтобы парень забывал её, мысль о девушке постоянно находилась рядом с ним, преследуя. Он был рад думать о ней, вспоминая нежные прикосновения и ласковые губы. Но сейчас в памяти всплыл рассказ Эли о смерти отца, ведь её родители жили за городом в месте похожее на это. Или это и было то самое место.

– Батист,- шепотом позвал Гера,- ты знаешь обо всех вампирах, кормящихся здесь.

Вампир кивнул.

– Недавно никто не...- парень не знал, как сказать,- не убивал мужчину.

– Исключено,- твердо сказал друг,- уже несколько недель никто из моих ребят не приходил сюда.

Это немного успокоило. Единственный запах, который позволял находиться здесь - запах железа. Запах крови. Гера глубоко вдохнул, каждая клеточка тела просила, чтобы хозяин нашел источник запаха

Герман стал оглядываться, вампирская сущность все больше оттесняла человека внутри него. Он снова вдохнул воздух - восхитительный, смертельный запах. Оглядевшись, Гера увидел девушку, и затаил дыхание. Она станет его жертвой. Он слышал биение её сердца, что вновь заворожило и манило. Герман укрылся под кроной деревьев, окружающих тропу, по которой шла девушка. Незнакомка была пьяна, от нее пахло алкоголем и железом.

Наконец она подошла достаточно близко, что Гера мог коснуться прекрасной кожи. Он схватил её, девушка от неожиданности пискнула. Но стоило ей увидеть дампира, как девушка обомлела в его руках, не соображая, что делает. Герман был красив, а принадлежность к вампирам лишь довершила его образ. Он был не намерен медлить, это было не в его стиле, вампирская сущность победила человека внутри него. Оскалившись, его клыки вонзились в шею. Кровь помчалась по зубам, терпкая жидкость струилась по нёбу. Он смог остановиться, только когда девушка обмякла в его руках, а звук биения сердца не был слышен. Герман вытер губы и бросил тело на землю. И тут случилось неожиданное...

Подняв голову, он заметил Эллину, стоящую около одного из домов. Она дрожала, губы посинели и почти не слушались, по бледному от страха лицу катились горячие слезы. Девушка стояла, как завороженная, не в состоянии сдвинуться с места. Её мутило, она прикрыла рот рукой и тихо застонала. Герман сделал шаг ей навстречу. Нет.... Это был вампир. Тело скользнуло в ночи и, казалось, он телепортировался, вместо того, чтобы сделать обычный человеческий. Человек внутри Геры умирал, и Эллина - единственный шанс на жизнь. Вампирская сущность была иного мнения. Любимая для него - еще одна жертва. Эля не бежала, она знала, это было бессмысленно. Её отца убили вампиры, девушка понимает, ей не спастись. Он был прав, это именно то место. Но Батист утверждал, что никто из его вампиров не кормился здесь. Герман отогнал эту мысль. Было не время и не то место, чтобы думать об этом.

Он представил себя со стороны. Батист рассказывал, как выглядит вампир, вышедший на охоту. В движениях красота и грация, маленькие клыки выглядывают из-под верхней губы, но хуже всего глаза. Две абсолютно черные пропасти, будто вся тьма собирается в них. Это взгляд убийцы. Эллина чувствовала отвращение и страх. Она беззвучно рыдала. Возможно, девушка думает, что полюбила чудовище. Сердце сжалось от боли, а внутренний голос орал.

Он был согласен питаться как вампир, ему нравилось охотиться на людей, ощущать власть над ними, но дампир не желал причинять боль девушке. Герман бежал, не зная куда, лишь бы его не видела Эллина. Дампир упал на колени, из глаз лились слезы. Асфальт впился в кожу, но Гера не чувствовал боль. Вновь вернувшись к реальности, Герман заметил, что находится в нескольких шагах от дома родителей. Видимо подсознание решило, что родные места помогут пережить боль.

Слегка нажав на кнопку звона, дампир замер. Мамины шаги, легкие, едва касающиеся пола, отдавались звоном в ушах.

– Герман!- обрадовалась женщина, заключив сына в объятия,- Как там Демьян?

Парень напрягся. Странно, что она решила спросить об этом. После того, как брат, по уже известной причине, уехал из родительского дома, речь о Деме заходила редко. Герман прикинул в уме, есть ли вероятность того, что мама что-то знает. Видимо заметив то, что сын не спешит отвечать на вопрос, женщина заволновалась.

– Ты ведь у него был?- уточнила она,- Мне мужчина сказал, что ты проведешь несколько дней у брата.

– Что за мужчина?- Гера напрягся еще больше.

Неужели те, кто похитил Демьяна, столь мощные вампиры, связывались с его семьей? Парню эта мысль совсем не нравилась, и он сразу же постарался отбросить её.

– Вот же он,- мама указала за спину Герману,- Здравствуйте, рада вас видеть снова!

Сердце дампира бешено забилось, если оно могло еще это делать. Казалось, мир замер. Клыки начали непроизвольно расти, из груди наружу рвался рык, а поза выдавала хищника. Гера был в любой момент готов защитить семью.

Почти невесомая ладонь легка на плечо дампира, и мужчина усмехнулся.

– Спрячь клыки!- властно приказал знакомый голос.

Волна облегчения пронеслась по телу. Батист. Он знал, что Герман не скоро вернется к родителям из-за своей новой жизни и предупредил тех, чтобы они за него не волновались. Клыки, повинуясь приказу, исчезли, а тело расслабилось.

– Наверное, уже слишком поздно,- чарующим голосом произнес вампир,- мы, пожалуй, зайдем завтра.

После этих слов Батист лучезарно улыбнулся и повел Геру наружу. Дампир заметил, что раньше не обращал внимания на тембр голоса Батиста. Видимо привыкаешь ко всему вампирскому. Скрытный, помимо других вампирских способностей, помогающих охотиться, обладает завораживающим голосом, который манит людей, заставляя отдавать свои жизни. До превращения в дампира Герман не подозревал, что в мире существуют такие звуки. Хотя голос брата, после того, как тот стал вампиром, притягивал Геру.

Герман впервые обратил внимание на внешность Батиста. Но, когда Герман увидел его первый раз, то не сразу понял, что это вампир. Лишь бледность кожи позволяла понять это. Батист был худым, даже слишком худым, будто при жизни ел очень мало. Пальцы белые, словно замершие на сильном холоде, ладони от мороза защищали черные перчатки с обрезанными пальцами. Белые волосы спадали на лоб и глаза. Казалось, будто стоящий перед Германом мужчина являлся приведением, слишком слабым и прозрачным для человека. На вид Батисту было около сорока, это выдавали морщины на лице и уставшие от жизни глаза. Но он был привлекателен. Что-то неведомое в нем манило. Возможно, высокие скулы или легкая улыбка. Возможно, манера поведения.

Конечно, изучающий взгляд не остался не замеченным, но скрытный не стал возражать против такого интереса. Он, казалось, привык, что Герман постоянно изучает его. И вдруг вампир спросил, казалось бы, обычный вопрос. Он поинтересовался, видел ли Герман себя после инициации. Гера вдруг осознал, что старательно избегает зеркал. В кабинете Батиста, а именно там дампир проводил больше всего времени, зеркал не висело. Возможно, потому что вампиры в них не отражаются. Хотя есть вероятность того, что Батист не хочет видеть свое отражение. Возможность взглянуть на себя была в гостях у возлюбленной. Девушка любезно предоставила ему ванную комнату, где висело огромное зеркало, но Герман не удосужился даже коротко заглянуть в него.

Еще до превращения в дампира, большинство девушек, с которыми Герман общался, считали его симпатичным, а некоторые из них - красавцем. Гера никогда особо не интересовался своей внешностью, за редкими исключениями. Тело его было накаченным, парень мог легко преодолевать любые расстояния, а черные волосы и раньше напоминали тьму. Но любой вампир, как бы он не выглядел до превращения, после становится обладателем неземной внешности. Герман даже не мог представить, как выглядит сейчас.

– У меня была подруга,- прервал ход мыслей Батист,- девушка была смертной, и знала о моей сущности. Она бесстрашно заглядывала мне в глаза, понимая, что смотрит в лицо смерти. Для нее я был красив, она не уставала мне это повторять. Возможно, это действительно так,- скрытный пожал плечами, мол, все вампиры красивы,- Я не помню своего лица и не знаю, на что сейчас похож. В ночь превращения я утратил свое отражение. Не хочу, каждый раз заглядывая в зеркало, видеть убийцу.