Чтение онлайн

Мы обе пару раз попробовали зажечь и потушить огонь — получилось! Здорово, и свет ярче, чем от лучины.

Потом мы прошли в самый конец коридора, и в дверь в торце сначала запустили Любу — нет ли там кого. Никого не было, все обитательницы этого крыла занимались какими-нибудь делами на других этажах. Здесь вообще жили только одинокие женщины, а одинокие мужчины и семейные слуги жили в других крыльях. Я не очень поняла про крылья, тем более что их, похоже, было три, а не два, как положено, но не стала об этом спрашивать — еще узнаю позже.

Зато я узнала, как пользоваться уборной, которую Оделис назвал туалетом, и душем. Здесь тоже многое делала магия — подводила и нагревала воду, а вот краны у душа и верёвочка, за которую нужно было дёргать в туалете, были совсем не волшебные, ими могли пользоваться все, даже те, у кого совсем не было магии, как у нас с Любой.

— Сейчас здесь и половина комнат не занята, — пояснил Оделис, ведя нас обратно. — Вас и по одной поселить можно было, но велела леди в одной комнате обеих, значит, надо исполнять. Она обычно сюда не суётся, но вдруг?

— А почему именно сейчас? — уцепилась я за его слова.

— Так… не нужно уже столько прислуги в замке, — парнишка как-то резко погрустнел. — Из господ только леди Констенза постоянно живёт, да Селестино, то есть, его светлость герцог Цитриновый на каникулы приезжает. Ну и наш герцог… только он в дом и не заходит вообще, за ним и убираться не нужно. Вот леди Констенза половину слуг и повыгоняла… Змеюка! — последнее слово было едва слышным, куда-то в сторону, но я-то услыхала!

— А кто она вообще такая? И почему тут командует? — не удержалась я от вопроса.

— И волосы у неё не синие, как у всех остальных, — послышалось у меня из рукава. — А зелёные.

— Этo ты верно подметила, — повернулся Оделис к Любе, решив, что это она сказала. — Не наша она. Пришлая! Из Малахитовых, потoму ей и плевать на наших, Сапфировых. Потому и прогнала их из дома, где многие родились, чьи предки служили в замке покoлениями.

— И правда змеюка, — согласилась я. — Так чего она раскомандовалась-то, если чужая.

— Да потому что, единственная леди в замке осталась. Она вдова лорда Джуанито, дяди его светлости Каэтано. Сама у родителей третья и муж тоже, магии там, конечно, побольше, чем у нас, всё же лорды, но возвыситься её мужу точно не светило, и она тут была на последнем месте из всех леди. И вдруг — единственная осталась. Мама говорит — ей власть голову вскружила. Пусть и последняя среди леди была, но мы-то всё равно её приказы выполнять обязаны.

— Злой хозяин — горе крестьянам, — вспомнила Люба поговорку нашего мира.

— Это точно, — открывая дверь в нашу комнату и пропуская нас вперёд, согласился Оделис. — Раньше кем она командовать могла? Только горничной своей, да и то, один раз ей пощёчину дала за плохо выглаженное платье, так ей знаете, как от старой герцогини влетело? Сразу вежливая со всеми стала. А теперь и руки распускает, и выгоняет тех, кто всю жизнь здесь прожил, а еще в господские покои перебралась, словно право имеет. Скорее бы уж герцог Каэтано очнулся и поставил её на место!

Последние слова он говорил, глядя на что-то в окно. Мне стало любопытно, и я тоже выглянула, обойдя столик с другой стороны.

И увидела ту же картину, что и час назад, когда дракон нёс меня знакомить с герцогом. И самого герцога тоже увидела, всё так же лежащего и глядящего куда-то в сторону безжизненной расплавленной земли.

— А почему он такой, а? — Люба легла животом на столик и, потянувшись, тоже выглянула в окно.

— Какой «такой»?

— Ну-у-у-у… Лежит вот так… Всё время туда смотрит и смотрит.

— И давно уже, — подхватила я, рассматривая дракона.

— Мама говорит, он вину свою чувствует, — пояснил Оделис.

— Вину? Но в чём же он виноват, если это было… как его?..

— Стихийное бедствие, — подсказала я. — Тут же никто не может быть виноват.

— Не может, — согласился Оделис. — А он всё равно чувствует.

— Расскажи, — попpосила я.

День двадцать шестой

— Понимаете, у его светлости особый дар, — Оделис отвернулся от окна и присел на край кровати, мы с Любой, не сговариваясь, устроились на другой, напротив. — Он может видеть недра и управлять ими.

— Недра? — переспросила Люба.

— То, что под землёй, — пояснил мальчик.

— То есть, то, откуда пришёл этот вулкан? — догадалась я. — А что это такое вообще? Вулкан этот? Откуда он взялся-то?

— Вулкан? — Оделис почесал затылок. — Как бы объяснить… Я, если честно, и сам не до конца понял, когда нам сэр Кcимено объяснял.

— А кто это? — спросила Люба.

— Учитель в нашей школе. Когда всё это случилось, — кивок в окно, — он нам и объяснил. Но я всё равно не очень понял, как такое возможно, но перескажу, что запомнил. В общем, наша земля не вся твёрдая, это только верхний слой, очень-очень толстый, а под ним земля раскалённая и поэтому жидкая.

— Я, кажется, поняла… Это как железо остывающее — сверху корочка уже твёрдая, а внизу жидкое, — сообразила я и пояснила: — У меня отец — кузнец, я часто у него в кузне бывала, всякое видела.

— Ага, сэр Ксимено как-то так и объяснял. И еще с прудом зимой сравнивал — снизу вода жидкая, сверху лёд, и этoт лёд холоднее воды. В общем, как-то так…

— Значит, под нами жидкая и раскалённая земля? — Люба с ужасом взглянула себе под ноги.

— Да, но не пугайся, — успокоил её Оделис. — Там слой твёрдый — толще, чем наша гора, сто раз поставленная сама на себя. И ещё сэр Ксимено сказал, что есть места, где это жидкое — он называл слово, но я забыл…

— Магма, — послышалось у меня из рукава.

— Тoчно! Она! — тут паренёк подозрительно прищурился: — Это кто из вас сейчас сказал?

— Я сказала, — откликнулась Фантя, выглядывая из моего рукава. — Визжать не будешь?

— Ух ты! Говорящая крыса! — восхитился Оделис. — Я никогда раньше фамильяров не видел. Ты откуда такая?

Пришлось рассказать ему и про Фантю, и про то, что у меня, похоже, ведьминская магия, только я не знаю, что это такое и как ею пользоваться.

— Это тебе с его светлостью обсудить нужно, чтoбы он тебе учителя нужногo нашёл, — вздохнул Оделис, вновь выглядывая в окно. — Вот очнётся, змеюке хвост прищемит — и с тобой разберётся. А пока живи, как жила, раз твоя магия себя никак не проявляет и жить не мешает. Успеешь еще разобраться. Я слышал, у людей маги дольше остальных живут. Меньше, чем драконы, конечно, но дольше тех, кто без магии вообще.