Чтение онлайн

– А это у него имя или фамилия?

– А он Мерван Мерван, – захихикала Анталия. – Так что сами выбирайте, как именно вы к нему обращаетесь, по имени или по фамилии.

Анталия ушла, а я, подняв крышку, умилилась: мягчайшая золотистая каша с клубникой и тарелочка драконики. Обо всех позаботились!

Мы с Гели позавтракали с большим аппетитом. После чего немного поиграли: дракончик охотился на кончик ленты, которую я выплела из своих волос.

По странному совпадению, едва лишь малыш угомонился, к нам вновь постучали. Серьезный целитель просветил меня всеми возможными лучами, покивал, а после по моей просьбе диагностировал и Гели.

– Отличный темп, – маг удивленно посмотрел на меня, – хвалю. Если продолжите так же, то он перевоплотится уже через три – три с половиной месяца. А вот это – для вас. Принимать по одному флакону утром и вечером.

Открыв протянутый мне бумажный пакет, я увидела крошечные, с мизинец, флакончики, внутри которых плескалась зеленая жижа.

– Это витаминное зелье, верно? На корнях болотнянки колокволистной?! Вы с ума сошли, я не могу…

– Можете, – неожиданно жестко произнес маг. – Никто, кроме вас, не смог бы спасти Вилму. А следом за ней ушел бы и Карлус – это очевидно каждому. Наш Пик недружелюбен к жителям Лькарины. Мы, целители Отделения Проклятий, всегда будем на вашей стороне. Но вы столкнетесь и с другими магами и не-магами. А вы сами должны понимать, что иногда самый простой способ избавиться от своей боли – это причинить боль другому. Так пусть вас хотя бы здоровье не подводит.

Хлюпнув носом, я мысленно приказала себе не реветь и, прижав к груди пакет с позвякивающими флаконами, искренне поблагодарила целителя.

– Восстанавливайтесь, леди торн Тревис, и выходите на работу, мы вас очень ждем, – серьезно сказал маг.

Он поклонился и вышел. А следом зашла молодая драконица, которая, едва ли не раздуваясь от гордости, объявила о том, что:

– Автокатон подан, леди торн Тревис!

И, не выдержав, она радостно защебетала:

– Мне впервые доверили такое важное дело! Вы не думайте, я за рулем с того момента, как автокатики вышли на рынок! Но просто раньше я документы доставляла, или тела, или артефакты. А тут вас. У нас уже все знают, что вы Вилму спасли. Правда, курицы из инфекционки фыркают, но они в принципе на все фырчат. А желтушники, глазнюки в смысле, обижены, что их не позвали смотреть. И только покойникам все равно: они нас не любят, от нас к ним слишком много работы переходит. А что мы можем поделать, если простые проклятья на драконах рассасываются сами собой?! Вот они и сидят по норам, пока помирать не начнут!

Так, за болтовней, мы добрались до автокатона. И пусть я была немного напряжена, но милая драконица оказалась хорошим водителем.

– Меня зовут Катарина, – проговорила я, когда она припарковала автокатон. – Если хочешь, можно обращаться просто по имени.

Черноглазая и темноволосая дракошка забавно охнула, когда поняла, что не представилась:

– Ой! А я Луми, Лумилиса Сайдор в смысле! Но я предпочитаю сокращенное имя, потому что полное, ну… Вы понимаете. А Лисой меня назойливый поклонник звал, а Милли – самая противная подружка, а Луми меня зовет бабушка. Она одна меня воспитывает, мама и папа погибли, но я отпустила это горе, а… А еще я много болтаю, когда нервничаю, простите, Катарина.

– Ты можешь звать меня Катти. Хочешь чай?

– Очень! Только автокатик перепаркую, а то будут потом докладные писать!

Луми задержалась у нас до самого вечера. Сильная и веселая колдунья не умела сидеть сложа руки и просто наслаждаться беседой, нет. Она, не переставая рассказывать о своем детстве, вытащила нас с Гели в сад и несколькими заклятьями скосила и смягчила траву, чтобы можно было ходить босиком. Потом из срезанной травы она сделала садовую мебель:

– Продержится не меньше года!

В общем, не встречая на своем пути сопротивления, Луми заглянула в каждую щелку нашего с Гели дома и везде оставила частицу своих чар – от бытовых до боевых.

– Знаешь, мало ли что, – пропыхтела она, закрывая сигнально-атакующий контур. – Мне вот спится гораздо легче, если я знаю, что меня защищает не только закон, но и сила!

Посмеиваясь, я призналась, что это ощущение мне незнакомо, но я попробую его прочувствовать. После чего позвала ее к столу: пока Луми творила, я тоже не сидела сиднем и зажарила курицу.

– Ох, я ведь тебя на целый день задержала, – вздохнула драконица и открыла входную дверь. – Ого! У тебя есть поклонник, смотри, какая прелесть!

Проследив за ее взглядом, я увидела изящную плоскую корзиночку, перевязанную золотистой лентой. Эта самая лента оплетала несколько бумажных свертков и пакет. Что самое странное, к каждой из этих вещиц лента была прикреплена сургучной печатью. Или чем-то подобным.

Несмотря на то, что картина открывалась премилая, восторгом я не воспылала:

– Не от кого мне такие подарки получать. Не думаешь, что это богатые соседи решили от лькаринки избавиться? Крысиный яд, должным образом зачарованный, осечек не дает.

Оторопевшая Луми ткнула пальцем в те самые сургучные печати, что удерживали золотистую ленту на свертках:

– Это же колдо-пломба, ее накладывают в лавке, когда покупатель заказывает доставку на адрес. Ну, как раз чтобы никто ничего не подсыпал и хозяин лавки не оказался на скамье обреченных.

– Скамье обреченных?

– Каждый, кто приговорен к смертной казни, обязан просидеть шесть часов на каменной скамье на вершине пика. Считается, что дракон очищается от скверны и его душа, ушедшая в Небесный Горн, не понесет на себе следы земных грехов.

– Надо же, – я потерла переносицу, – никогда о таком не слышала. Значит, это безопасно?

– Абсолютно. И красиво: когда ты снимешь колдо-пломбу, с пакетами что-то произойдет.

– Что-то?

– Пакеты могут превратиться в живые цветы, или на бумаге просто появится рисунок — там много вариантов. Это очень модная и дорогая лавка, – Луми вздохнула, – я только раз в месяц туда захаживаю.

– Если хочешь…

– Нет, что ты! – всплеснула руками драконица. – Я же не к этому сказала! Мне уже домой пора.

Раскрасневшаяся, она перепрыгнула через корзинку и убежала. А я, улыбнувшись, забрала нежданный подарок и закрыла дверь. Если там что-то сладкое, то мне столько не съесть. Отвыкла. Значит, угощу Луми при следующей встрече.

Отнеся подарок на кухню, я осторожно потянула за ленту и… Пакеты превратились в букет нежных чайных роз!

– Какая красота, – вздохнула я и, ополоснув чайник, поставила в него цветы.

Увы, вазы у меня не было, но надо признать, что розы и в такой посуде остаются розами!

В свертках оказались клюква с сахаром, темный шоколад с орехами и белый с лесными ягодами. Признаться, до этого момента белый шоколад я считала выдумкой: не мог он существовать, ну никак не мог!

Но сейчас он смотрел на меня из раскрытого свертка и тонко, очень приятно пах.

Отломив всего один кусочек, я и не заметила, как слопала все!

«Кажется, белый шоколад с лесными ягодами – моя новая сладость».