Чтение онлайн

— Помнишь, о чём я тебе говорил, там, в клубе? — проговорил хрипло.

— Что именно? — уточнила вяло.

Сознание ещё обволакивал туман удовольствия и говорить было откровенно лень, не говоря о том, чтобы ещё и думать. Сейчас я могла только глубоко вдыхать запах нашей общей страсти и мечтать ещё раз повторить произошедшее. Попозже. Когда в себя приду хоть немного.

— Что ты пожалеешь… — напомнил Роман.

Его пальцы впились в меня сильнее. Он поднял голову, приподняв моё лицо за подбородок, и заглянул в глаза. Взгляд, вопреки, веющему от оборотня ощущению расслабленности, превратился в цепкий и тяжёлый.

— Не, не пожалею, — помотала головой. — Мне понравилось, — хмыкнула.

В серых глазах вновь вспыхнули медные переливы.

— В таком случае… — отозвался альфа и провёл большим пальцем по нижней губе, слегка оттягивая её. — Хорошенько запомни этот момент.

Прищурился, задумчиво наблюдая за собственными манипуляциями, так и продолжая прикасаться к моим губам, а на его лице расплылась странно-довольная улыбка.

— По-моему, ты сейчас думаешь совсем о другом моменте, — пробормотала, покраснев.

Судя по вспыхнувшему в его эмоциях предвкушению, я угадала.

— Одно другому не мешает, — усмехнулся альфа, слегка толкнувшись.

Он так и не вышел из меня. И всё ещё был возбуждён.

Гулко сглотнула, осознавая, что тоже снова начала возбуждаться.

— Может, я сперва в ванную схожу? — отозвалась сконфуженно, думая о том, что кажется это самый дебильный вопрос из всех, какие только возможно было задать в данной ситуации.

Отголоски предвкушения в его эмоциях стали ярче, когда он поднялся с кресла вместе со мной, наспех поправил свои джинсы и направился к смежному помещению.

— Может и так… — проговорил запоздало.

Дверь в обозначенную мною комнату он открыл с ноги. Полотно ударилось о стену с ощутимым грохотом, а закрывать её он не посчитал нужным. Аккуратно поставил меня на ноги и развернул к себе спиной. Подобрал мои волосы и перекинул их через плечо.

— Ты хотела в ванную, — пробормотал неразборчиво, намеренно задел губами мочку и слегка прикусил. — Мы в ванной…

Кончиками пальцев ласково погладил шею и спустился ниже к ключице, вырисовывая только одному ему известный узор. Я следила за его действиями, не в силах отвести взора от смуглых пальцев. Даже забыла ответить. Важнейшим остались только действия моей пары и ожидание дальнейшего.

Роман прижался губами к плечу, попутно включая воду в ванной. Едва слышный рык вырвался из моей груди — череда нежных неспешных ласк продолжилась, быстро сменившись на более настойчивые, а я буквально плавилась от подобной нежности и страсти.

— Сними… Всё… Сама… — пробормотал малоразборчиво. — Хочу видеть тебя… Всю.

Закусила губу и ничего не ответила. Молча избавилась от нижнего белья и пояса с подвязками, оставшись в чулках и обуви. И только после этого повернулась лицом к моему волку. Даже нашла в себе смелости посмотреть ему в глаза.

— Поможешь? — попросила тихонько, выставив одну ногу вперёд.

Пылающий медью взор смотрел неотрывно, жадно, голодно. Роман опустился на одно колено, поочередно обхватывая обе лодыжки, приподнимая, развязывая шнурки на ботильонах и стаскивая их.

— Совершенная… — выдохнул хрипло, смутив меня подобным комплиментом.

Стянул чулки, отбросив те в сторону. Выпрямился, так и не отрывая от моего лица пристального взгляда. Его ладони накрыли грудь и сжали, а из горла оборотня вырвался приглушённый рык. Я же непроизвольно выгнулась ему навстречу, вновь цепляясь за плечи…

— Почему не зажило? — нахмурилась невольно, разглядывая тонкую паутинку из оставленных мною ранее царапин. — Что у тебя с регенерацией вообще творится?

Провела массирующими движениями ладоней по его обнажённому торсу и вернулась к плечам. Несмотря на то, что мои прикосновения ему явно нравились, в глазах Романа поселилась мрачность. Так и не ответил на мои вопросы.

— Присядь, — попросила, подталкивая его к краю ванны.

— Вообще-то на сегодня мой лимит подчинения исчерпан, — ухмыльнулся желчно.

Перехватил за руку, опуская к поясу джинс, прибавив многозначительный взгляд.

— Ты просто невыносим, — пробормотала, закатив глаза, и принялась расстёгивать ремень, от которого оборотень, оказывается, так и не избавился.

Интересно, как вообще умудрился тогда джинсы расстегнуть до этого?

Впрочем, данная мысль надолго в сознании не задержалась. Пряжка никак не желала поддаваться моим жалким попыткам с ней справиться.

— И зачем тебе вот надо было надевать эту идиотскую штуковину?! — выругалась в итоге и со злости просто-напросто порвала ремень, вынув и откинув его в другую комнату.

Со стороны альфы послышался негромкий хмык.

— Как-то раньше ни у кого с ней проблем не возникало, — обронил негромко.

Я даже воздухом поперхнулась от подобного заявления. Герда так и вовсе вознамерилась наказать нашего альфу и даже способ подкинула, которым я не преминула воспользоваться. Резко опустила руку вниз и схватила его за важнейшую для всех мужчин часть тела, болезненно сжав.

— Рязанов, тебе жить надоело?! — прорычала в ярости. — Ты совсем охр… — возмущаться вслух и дальше не удалось.

Роман просто-напросто заткнул меня глубоким поцелуем. Нет, не поцелуем даже. Впился в губы так жестоко и требовательно, будто бы клеймо оставлял. Вот только это нисколько не унимало моего гнева. Да и рука моя по-прежнему покоилась, где и была. Мне осталось только напомнить об этом одному зарвавшемуся психу с замашками самоубийцы. И, как только тот немного отстранился, толкнула его изо всех сил, опрокидывая в наполовину наполненную ванну. Вот только не учла, что Роман меня обнимал, поэтому красиво полетела вместе с ним, приземляясь сверху.

— Тем лучше, — проворковала мстительно. — Утоплю! Прямо здесь и сейчас! Ещё только раз заговоришь о других бабах!!!

Ответом послужил громкий хохот. Смеялся альфа клана серых волков долго, пока я пыталась всё это время безуспешно исполнить своё обещание и отправить его под воду. И вот вроде он не оборонялся даже, но сдвинуть его с места — всё равно что о горе в известной поговорке… Веселье в альфе закончилось также резко, как и началось. Одной рукой умудрился перехватить обе мои, заведя их за головой, тем самым уложив меня на себя, а свободную ладонь пропустил между ног.