Чтение онлайн

Ян. Я действительно привязался к этому неугомонному мальчишке, и теперь переживал за него. Он ведь наверняка испугается, когда не найдет нас здесь. Конечно, истинную причину ему не сообщат, но все равно… бедный мальчишка. Ингрид же ему почти как мать.

Хорошо еще, что Ян ближайшие пару дней хотел пожить с остальными в особняке казненного лорда Уильяма. Иначе он бы точно всполошился.

Когда с основными сборами было покончено, я достал портальный камень. Зарядил его под завязку, чтобы суметь перейти вместе с Ингрид. Мысленно представил сгоревшую деревушку и шагнул в открывшуюся рамку портала.

Но оказался вовсе не там, где рассчитывал.

Вместо проросших травой руин вокруг шумел густой лес. Могучие деревья ветвями уходили в самое небо, на котором тускло сверкала не успевшая еще скрыться луна.

Холодный воздух пах хвоей, смолой и предчувствием первого снега. Под ногами шуршал ковер из опавших иголок и мелких веток, сбитых ветром.

Едва заметная тропка, больше похожая на звериную, петляла между соснами, уходя вниз по крутому склону. А прямо передо мной черной пустотой зияла пещера, спрятанная за колючими кустами. Не окажись я именно здесь, точно напротив входа, никогда бы не смог найти ее.

Значит, Веланда не просто ушла. А это…

Форсберг – такова была фамилия Ингрид, данная ей при рождении. Точнее, в ее племени не использовались фамилии, а детям давали второе имя. Форсберг, Гринберг, Илберг – каждое из них имело свое значение, но все они были связаны с горами.

Точнее, с одной горой, где когда-то давным-давно богиня Элькантра и создала первых людей, взяв у других богов частички их силы.

Именно сюда и привел меня портал.

Не просто к деревушке, или на склон горы. А к той самой пещере, являвшейся колыбелью человечества и даже спустя столько времени сохранившей божественную ауру.

Очевидно, это было приглашением. Я не знал, что ждало меня внутри пещеры, но перехватил бесчувственную Ингрид поудобней и пошел туда. Шагнул прямиком в чернильную тьму, из-за которой не мог увидеть даже собственных ладоней.

Сотворил светляк, желая хоть немного разглядеть дорогу, но он тут же погас, словно все та же тьма сожрала его. Ну да, когда Элькантра создавала людей, драконов еще не было…

Шаг, второй, третий. Я двигался почти на ощупь, прижимая к себе Ингрид и проклиная богов за все эти испытания.

К счастью, это действительно помогало, хотя я и не надеялся на мгновенный результат. Но уже сейчас дыхание северянки выровнялось, а дрожь в теле ушла. Теперь ее грудь плавно вздымалась, словно она просто спала, хотя лица ее я не видел.

– Адриан? – спустя еще пару шагов раздался испуганный голос Ингрид. – Где мы? Что происходит?

– Тебе лучше… – выдохнул с облегчением, прижав ее крепче. – Какое счастье… но зачем? Зачем ты это сделала? Я ведь сказал, что ни о чем не стану сожалеть…

– Прости, – Ингрид коснулась моей щеки. – Я не думала, что мне станет плохо вот так сразу. Элькантра предупреждала, но еще она сказала, что в итоге ничего непоправимого не случится. А где мы?

– В пещере первых людей.

– Что? Нет-нет, – Ингрид попыталась вырваться, но я не отпустил ее. – Зачем ты принес меня сюда? А вдруг твой зверь исчезнет? Ты ведь тогда… умрешь.

На последних словах голос девушки стал совсем уж тихим.

– Веланда сказала, что это будет больно, но я готов. Лучше уж пускай будет больно мне, чем тебе. Ты итак достаточно натерпелась из-за меня, – с этими словами я замер, почувствовав что-то странное.

Воспользовавшись заминкой, Ингрид выпуталась из моих рук и создала магический огонек, осветив им пещеру.

Значит, магия уже вернулась к ней? Хорошо…

– Веланда? Такое чувство, что богини сговорились, чтобы… – она осеклась, наконец ощутив то же самое, что и я.

Присутствие запрещенной магии смерти, какую использовали фанатики Кэбалары, и он сам.

Да, силы драконов в этом месте не работали, но ведь некромант был человеком. Что происходит?

– Нужно больше света, – прошептал я, нащупав на поясе кинжал, который обычно всегда носил с собой.

И пожалел, что не прихватил меч, потому что слишком спешил. Да и не думал, если честно, что он понадобится.

Ингрид создала еще несколько светляков, и теперь они разлетелись, дав осмотреть место, в котором когда-то родилось человечество.

Пещера оказалась довольно просторной, хотя и не такой огромной, как можно было подумать. Холодный воздух пах снегом, но стены здесь были сухими, без плесени или паутины. Свод нависал сверху, метрах в пяти, покрытый наростами, похожими на сосульки. А прямо перед нами расстилалось небольшое озерцо с гладкой неподвижной водой.

– Что там? – тихо спросила Ингрид, указав на другой берег этого пещерного водоема.

Сейчас, когда мне было видно ее лицо, стало понятно, что пещера помогла ей. Бледность ушла, щеки северянки пылали румянцем, а от синяков под глазами не осталось и следа.

Я посмотрел в ту сторону и тоже заметил это. Алтарь. Огромный камень, на котором лежало нечто бесформенное, а вокруг этого «нечто» клубилась тьма.

– Кэбалара… – прохрипел совсем тихо.

Этерон говорил мне, что фанатики украли его истинную, желая воскресить мертвого колдуна. Но разве у них получилось?

И почему именно здесь, в таком священном месте?

Ответ на этот вопрос получить не удалось – словно почувствовав наше присутствие, бесформенная масса на алтаре зашевелилась. С ужасом я смотрел, как ОНО поднялось на ноги, похожее на странное чучело, завернутое в полуистлевшие тряпки.

Ноги у него были толстыми, словно слепленными из глины, а голова напоминала валун. У противоестественного создания не было ни рта, ни глаз, и от этого оно выглядело еще более жутким.

– Уходим, – проговорил я, осознав, что в этом месте никак не смогу защитить Ингрид.

Магия тут не работала, а кинжал не смог бы причинить вред существу, слепленному из глины и камней.

Вместо ответа, Ингрид охнула, рухнув на колени. Тогда я подхватил ее на руки и поскорее понес прочь, успев заметить, как существо после нашего ухода легло обратно на алтарь, словно и не вставало.

Только когда мы выбрались наружу, я понял, что все время в пещере не чувствовал своего зверя. Только животный страх перед магией смерти, какой обычно испытывали люди. Зато сейчас дракон заревел, взъярившись, и по коже пробежала рябь чешуи.