Чтение онлайн

– Ну что, курочка? – прошипел Ксалор. Его губы почти касались моих. – Докудахталась?

Я попыталась вырваться, но он вжал меня сильнее. Сердце бешено колотилось где-то в горле, оцепенение сковало тело ледяными клещами. Но я подняла подбородок, глядя ему в глаза. Играть, так до конца!

– Я просто демонстрировала тебе свою заботу, дорогой, – выдохнула я, стараясь не спасовать. – Пока даже не всю. Представляешь, что будет, когда мы поженимся?

Ксалор рассмеялся, и этот звук был страшнее любого рыка.

– Еще как представляю. – Он наклонился ближе. – А ты?

Его губы накрыли мои. Властно. Сминающе. Это был не поцелуй. Это был захват. Жадный язык проник в мой рот, пальцы впились в мою талию, впечатывая в раскаленное драконье тело. В голове помутилось, все исчезло, кроме жара касаний, вкуса дыма и чего-то дико-пряного. А потом этот сладостный дурман вмиг вытеснило страхом. Липким, жутким, всепоглощающим. Я задрожала в его сильных руках, державших меня словно добычу.

Ксалор оторвался от меня и отпустил так же внезапно, как и накинулся. Дышал тяжело. В драконьих глазах по-прежнему бушевал огонь, но теперь в нем читалось… изумление. От собственного поступка? От моей реакции? Я стояла, прислонившись к стене, пытаясь прийти в себя.

– Корделия, – пламенный взгляд скользнул по моей шее, по растрепавшимся волосам, – ты… обещала чай.

– Сейчас сделаю, – выпалила я и стрелой вылетела за дверь.

По губам разливался жгучий след его поцелуя. Не такой уж и страшный, если задуматься. Пугающе приятный.

Драконий праздник был в разгаре. Огонь трещал, выплевывая в темнеющее небо искры, похожие на огненных птичек. Ароматы шашлыка, печеных овощей и сладковатого пережаренного суфле густо висели в воздухе. Я сидела на подстеленном на траву пледе между Торвином, жующим гигантский кусок мяса, и Ксалором.

Он был молчалив. Необычно молчалив после того выпитого в доме чая. Но странным образом – заботлив. То пододвинет тарелку с еще дымящимися овощами, то незаметно отодвинет бокал с горячим винным напитком, от которого у меня уже плыла голова. Его плечо, твердое и теплое, иногда касалось моего, и это касание уже не было таким нежеланным, как прежде.

Изменилось что-то еще. Драконы, пару часов назад смотревшие на меня как на диковинного жука, теперь угощали, подливали, расспрашивали о всякой человеческой ерунде с искренним, почти детским любопытством. Барьер рушился. Или хотя бы дал трещину.

А ведь и Ксалор… Он тоже напрочь забыл об официальном тоне. И в этом тепле, в этом шуме, под треск огня и смех драконов, меня накрыло смятение. Вечер стал каким-то милым. Невыносимо, предательски милым. Даже Лираэль, сидевшая поодаль, лишь изредка бросала колючие взгляды. Портить всё новыми попытками довести Ксалора почему-то не хотелось. Совсем.

Я поймала его взгляд. Он смотрел на меня не через призму ненависти или расчета. Просто смотрел. Золотистые глаза отражали пламя костра, но в глубине них было что-то сложное, непонятное. Будто между нами рухнула одна из бесчисленных стен. Ох, хоть бы она не оказалась несущей…

– Попробуй. – Ксалор протянул мне маленькое, идеально поджаренное суфле на вилке. – Наконец-то не спалили.

Я протянула руку, чтобы взять вилку. Наши пальцы на секунду соприкоснулись. И как удар тока – воспоминание. Комната в горном доме. Его тело, вжавшее меня в шершавую стену. Раскаленные губы. Властный, сминающий поцелуй. Тот дикий всплеск страха… Или что-то еще, кроме ужаса, заставило меня дрожать?

Гораздо страшнее было представлять, что будет, если он узнает. Узнает правду о той ночи в Хартвуде. О моем даре. И не только об этом. Нет. Ему нельзя узнавать. Никогда!

Тоска, тяжелая и холодная, сдавила горло. Окружающее веселье внезапно показалось фальшивым карнавалом. Я – актриса в чужом спектакле. Ксалор не хочет этого брака. Его предложение – насмешка, ставка в глупом споре. А я заигралась и угодила в ловушку.

– Извините, я устала, – выдавила я, вставая. – Пойду в дом. Отдохну немного.

Ксалор кивнул, его взгляд стал пристальнее, но он ничего не сказал. Торвин что-то крикнул мне вдогонку, но слова потерялись в гуле голосов.

В доме я плюхнулась в глубокое кресло в гостиной, уставившись на пламя в камине. Помолвочное кольцо на пальце пульсировало крошечными искрами в такт моему бешеному сердцебиению. Оно было красивым. И не моим, как и все здесь.

Дверь с шумом распахнулась, в обнимку ввалились дракон и драконица, которых я толком не знала. Он поглаживал ее по спине, она смущенно улыбалась. Я вжалась в кресло, чувствуя, как что-то острое, похожее на зависть, заливает лицо.

Они меня будто и не замечали, но я выскользнула из кресла и юркнула на кухню. Там, в полумраке, сидел Никар. Один. С бокалом того самого винного напитка, созерцая грязные тарелки в углу. Он всегда был довольно замкнутым, я помнила его тягу на балу найти тихий угол и пропустить все танцы.

– Корделия, – сказал он, не оборачиваясь. – Сбежала от шума?

– Да, – я со вздохом прислонилась к шкафу, – перебрала впечатлений.

Никар помолчал, потом повернул голову. Его зеленовато-янтарные глаза светились в полумраке.

– Зачем ты спрашивала про черных драконов? – спросил он прямо, без предисловий.

Ледяная волна прокатилась по спине. Врать менталистам надо осторожно. Очень.

– Я плохо разбираюсь в драконах. – Я позволила себе горькую улыбку. – Мне теперь неловко… Наверное, я спросила что-то совсем глупое, раз все так замолчали. Конфуз, да?

Казалось, взгляд Никара просверливает меня насквозь.

– Тебе неоткуда было знать, что это табу. Больная тема. – Он отхлебнул из бокала. – Дом Ноктварус… их стерли с лица земли. Сообща. Несколько веков назад. Пиросвальды, Веларионы, Скальвари… Все, кто хотел жить в этом королевстве цивилизованно. А черные драконы считали смертных скотом. Творили темные ритуалы. Отказывались подчиняться законам.

– Но вы все до сих пор смотрите на нас свысока, – вырвалось у меня.

Никар хмыкнул, не отрицая.

– Есть разница между тем, чтобы смотреть свысока, – он указал пальцем вверх, обозначая иерархию, – и относиться к людям как к воскресному жаркому. Ноктварусы перешли все границы. Их уничтожили за безумие и жестокость.

Его слова били в самое сердце. Уничтожили. Но они не исчезли! Человек с их клеймом был в Хартвуде три года назад! Значит, кто-то выжил? И обзавелся новыми верными слугами.

– Ирония в том, – продолжал Никар, явно разговорившись под действием крепкого напитка, – что их основные владения были как раз там, где сейчас стоит твой Хартвуд.