Чтение онлайн

— Да, не обязательно, — кивнула в ответ герцогиня. — Но если бы я узнала, что Люсьен пренебрег ими, я была бы очень им недовольна. Дело здесь не только в вашем удовольствии, речь идет о продолжении рода.

Бет вспомнила прикосновение пальцев маркиза к своему соску, от которого у нее мурашки пробежали по телу, и прижала ладони к пылающим щекам.

— О нет, мне бы этого не хотелось!

Герцогиня подошла к ней и обняла за плечи.

— Дорогая моя, мне жаль, если я огорчила вас. Мои дочери вышли замуж по любви, и хотя им поначалу было немного не по себе, они возлегли на брачное ложе без страха. Я вижу, что для вас с Люсьеном это по-другому, потому что вас не связывает любовь.

Она похлопала Бет по плечу.

— Но взгляните на свою судьбу с другой стороны, Элизабет. Мой сын красив, хорошо воспитан, умеет обращаться с женщинами. Неужели он совсем не кажется вам привлекательным?

Бет покачала головой. Это было не столько отрицание, сколько отчаяние — ведь она признавала его безусловные физические достоинства, но они не вызывали у нее ничего, кроме стойкого неприятия.

— Тогда подумайте о том, что для него это так же тяжело, как и для вас, — нахмурилась герцогиня. Бет недоуменно взглянула на нее, и та пояснила: — Разумеется, он не девственник, но ему приходится общаться с вами без любви. И если временами он бывает резок, то потому лишь, что его нервы тоже на пределе.

Бет хотела бы признаться герцогине в том, что совершила, и попросить ее совета и утешения, но понимала, что это невозможно.

Более того, после такого подробного описания всех интимных сторон брака она чувствовала, что не сможет посмотреть в глаза тому, с кем ей придется все это делать. У нее разболелась голова, и она отправилась в свою комнату, чтобы прилечь.

В течение следующих нескольких дней Бет вела активную светскую жизнь и вместе с лордом Арденом принимала поздравления и пожелания счастья от депутаций из разных округов. В их речах неизменно присутствовало пожелание скорейшего появления на свет наследника титула Белкрейвенов. Похоже, что отвратительный лорд Деверил был прав — конкретная цель брака провозглашалась всеми достаточно откровенно.

Бет же думала только о том, какими средствами эта цель может быть достигнута.

После одного из таких приемов будущий супруг перехватил ее у дверей комнаты, в которую она не успела прошмыгнуть.

— Вы творите настоящие чудеса с моей репутацией, — с улыбкой проговорил он, сжимая ее локоть. — Все эти достойные люди до сих пор удивляются, как я смог сделать такой правильный выбор.

Он старался выказать дружелюбие, но Бет нервничала и поэтому попыталась отстраниться.

— Пойдемте со мной, — попросил он, не выпуская ее руки. В его голосе слышалась настойчивость, впрочем, вполне добродушная.

Бет покорно последовала за ним в сторону тисовой аллеи, излюбленного места прогулок Белкрейвенов.

— Вы не должны бояться меня, Элизабет, — напрямик заявил он.

— Это приказ? — Она хотела пошутить, но ее слова прозвучали очень серьезно. Она бросила на него тревожный взгляд.

Он нахмурился, но скорее удивленно, чем сердито.

— Что с вами происходит в последнее время, Элизабет? Вы похожи на избитую клячу. Может быть, кто-то сказал или сделал что-то, что вас расстроило?

— Нет, — ответила Бет поспешно. Пожалуй, слишком поспешно.

Меньше всего ей хотелось бы рассказывать маркизу о своем разговоре с герцогиней по поводу интимных сторон брака. Чтобы как-то продолжить разговор и переменить тему, она спросила с наигранным интересом:

— А что бы вы стали делать с избитой клячей?

— Наверное, скормил бы собакам.

— Что? — изумилась она и тут заметила лукавые искорки в его глазах.

— Простите, — смутился он. — Конечно, сначала я попробовал бы ее выходить, если это возможно. — Он остановился, повернулся к ней и ласково погладил по щеке.

Бет вздрогнула и попыталась уклониться от его руки, но он ее удержал.

— Ради Бога, Бет, почему вы меня отталкиваете?

— Мне не нравится, когда ко мне прикасаются, — строго проговорила она, ощущая, как на шее у нее огненной полосой пылает след от его прикосновения.

— Это никогда больше не повторится. Даю вам слово, Элизабет, — сквозь зубы процедил маркиз.

— Вы никогда больше не дотронетесь до меня? — В ее голосе прозвучали одновременно разочарование и надежда.

— Вы знаете, что я имел в виду совсем другое. Похоже, он снова решил, что она слишком хорошо знает мужчин, хотя и притворяется невинной.

— Все, что я знаю, это то, что вам лучше держать руки при себе до тех пор, пока я не стану вашей женой официально и не буду обязана удовлетворять ваши низменные потребности! — С этими словами Бет развернулась и пошла прочь, не обращая внимания на брошенное ей вслед проклятие и дрожа от страха в ожидании возможного наказания.

Но маркиз не стал ее преследовать, и в течение нескольких последующих дней Бет удавалось избегать тесного общения с женихом, с головой погрузившись в предпраздничную суету.

И вот однажды, возвращаясь из сельской школы после благотворительного визита, они оказались в экипаже вдвоем. Туда они отправились вместе с герцогом и герцогиней, но родители маркиза приняли приглашение викария и остались на чай. Бет не сразу поняла, ради чего было затеяно это чаепитие, но теперь не сомневалась, что это был тщательно продуманный Белкрейвенами маневр.

Маркиз откинулся на подушки — если он и был взволнован, то внешне это никак не проявлялось — и рассматривал подарок, который им преподнесли дети. Это была полированная доска с узором из латунных гвоздиков — гербом де Во и надписью из двух букв — «Э» и «Л».

— Как вы думаете, к чему нам эта штуковина? — лениво спросил он.

— Может быть, повесить ее над дверью? — предложила она, поскольку давно заметила, что над парадным подъездом особняка висит гранитная плита с гербом де Во.

— Или над нашей постелью?

Бет покраснела и отвернулась.

— Опять вы за свое, — усмехнулся он. — Но ведь нам предстоит на днях заняться этим, вы не забыли?

Бет бросила отчаянный взгляд на конюха и грума.

— Естественно, что я немного нервничаю, — пробормотала она.

— Или беспокоитесь о том, что мне предстоит выяснить?

— Вы обещали никогда больше не касаться этой темы! — Она заставила себя прямо и решительно посмотреть ему в глаза.

— Простите. Но вы реагируете так странно на некоторые темы наших разговоров, что я невольно начинаю вас подозревать.

Бет пришла в ярость.

— А вы не можете подозревать, что я страдаю от естественной девичьей стыдливости? — свирепо прошипела она.

— Могу, — ответил он, правда, не очень уверенно.

— Вы грубый, похотливый мужлан! — выпалила она, и ей показалось, что грум поморщился. Что ж, наверное, слуги Белкрейвенов привыкли присутствовать при весьма откровенных беседах господ.