Чтение онлайн

— Ничего, как-нибудь поделят. — Ройс не улыбнулся в ответ. Поставив статуэтку, он повернулся к Бреанне, Деймену и Стаси. — Послушайте меня, вы все. Еще раз предупреждаю: вы должны вести себя так, будто ничего не случилось. Это крайне важно. Ни в коем случае не разыгрывайте из себя сыщиков, не приставайте с расспросами к гостям. — Он многозначительно взглянул на Анастасию. — Предоставьте это Хибберту и мне. У нас для этого есть целый день. Не мешайте нам и не подвергайте себя опасности.

— Ты поняла, Стаси? — спросил Деймен, легонько похлопав жену по плечу.

Она кивнула:

— Я не глухая и не глупая. Я все слышала и намерена слушаться Ройса.

— А вы, Бреанна? — обратился к ней Чадуик.

— Я уже говорила вам, что буду вести себя так, как вы скажете.

— Хорошо. Тогда пойдемте вниз. Гости, наверное, уже просыпаются. Деймен, найди способ не отходить от Анастасии и Бреанны. Воспользуйся тем же предлогом, что и вчера: мол, ты волнуешься за беременную жену. Это ни у кого не вызовет подозрений…

— И никто не попытается убить кузин в моем присутствии, — договорил за него Деймен.

— Совершенно верно.

— Отлично. Значит, мне предстоит заниматься рукоделием и распивать чаи. — Деймен обнял сестер за плечи. — А тебе с Хиббертом предоставляю соревноваться в скачках, в стрельбе и играть в азартные игры.

Выпавший за ночь снег помешал устроить конные состязания. Убийце это было только на руку: так легче было наблюдать за Ройсом Чадуиком. Что-то его настораживало. Во-первых, Чадуик казался чертовски безмятежным, чего прежде за ним не замечалось и из чего он сделал вывод, что лорд Ройс ведет какую-то игру. Вот только какую? Если это касается леди Бреанны, то собирается ли он соблазнить ее или, наоборот, выступает в роли ее защитника? Известно ли ему о вещах, обнаруженных ею вчера в спальне? Рассказала ли она ему об этом? Вполне вероятно. И тогда этим можно объяснить его поведение. Да еще Хибберт сегодня три раза появлялся среди гостей. Само по себе это не было ничем особенным, поскольку Чадуик почему-то предоставлял своему слуге полную свободу действий. Но в поведении Хибберта прослеживалась некоторая напряженность — едва уловимая, которую способен был заметить лишь его острый взгляд, — словно тот шел по чьему-то следу. Хибберт хитер, как лисица. Почти невозможно определить, что у дворецкого на уме. Но это не представляет сложности для него. Он умен. Он замечает все. И уж конечно, подозрительное поведение старого слуги. Теперь что касается леди Бреанны. Естественно, она не спала всю ночь. Об этом свидетельствовали темные круги под глазами. Но чуть свет она уже была на ногах, свежая и очаровательная в своем желтом домашнем платье. Прическа, как всегда, безупречна, улыбка искренна. На самом деле она наверняка трясется от страха. Но ничем, черт возьми, себя не выдает! Интересно, что помогает ей держать себя в руках? Должно быть, тут не обошлось без Чадуика. Чтоб ему пусто было! Он сунул руки в карманы, чувствуя, как в груди закипает знакомая ярость. Сколько дней он пытается ее обуздать — и все безрезультатно. Она лишь усиливается. Огнем охватывает тело, будоражит кровь. И наемный убийца не стал сопротивляться. Он поддался своей ярости, хотя внешне она ничем не проявлялась. Никто, взглянув на него, никогда бы не догадался, в каком он находится состоянии. Но необходимо действовать. Иначе этот внутренний огонь его сожжет. А еще неплохо было бы лишний раз поупражняться в стрельбе. Это сослужит ему хорошую службу, когда придет пора разделаться с Анастасией и Бреанной Колби. Решено: он подберет жертву для тренировки. И пусть все придут к очевидному и наводящему ужас выводу, что это убийство связано с тремя предыдущими. Все, за исключением леди Бреанны, которая, несомненно, поймет: это преступление не имеет никакого отношения к остальным и касается только ее. Интересно, останется ли она тогда такой веселой? Что же касается личности убийцы, то представители высшего света, естественно, решат, что убийцы в их среде быть не может. Что преступление — удел низших слоев. Презренные недоумки! Представив себе, какую суматоху вызовет его следующий шаг, он довольно улыбнулся. Среди гостей и хозяев начнется паника. Так что его последние часы пребывания в Медфорд-Мэноре доставят ему истинное удовольствие. Но придется пару дней выждать, прежде чем заняться безутешной молоденькой вдовушкой. А потом он к ней наведается и увезет ее. И вскоре сей великолепный товар уже будет плыть на корабле по направлению к Кале. Он огляделся по сторонам. Отлично! Поскольку конные состязания из-за снега пришлось отменить, джентльмены разделились. Одни отправились удить рыбу и упражняться в стрельбе, другие вернулись в дом, чтобы поиграть в вист. Нашлись и такие, которые в одиночестве наслаждались поздним завтраком или стаканчиком бренди. И никто из гостей впоследствии не вспомнит, кто где находился и кого недостает. Пришла пора заманить жертву в укромное место, а потом убить. Лорд Ричард Харт только вышел из дома и собрался присоединиться к джентльменам, удившим рыбу на речке, как обнаружил в кармане пальто сложенный лист бумаги. Заинтригованный, он вытащил его и развернул. Вот это да! Записка от тайной поклонницы! Он прочитал ее, а когда увидел подпись, глаза его восторженно блеснули. Десять минут спустя он, вскочив в седло, уже мчался навстречу своему счастью. Прильнув к шее лошади, он несся вперед, горя в предвкушении. Ему всегда везло с женщинами. Даже сейчас, когда ему уже минуло сорок пять, они по-прежнему вешались ему на шею. А почему, собственно, нет? Хорош собой, обаятелен, да и денег куры не клюют. Многие предлагали ему короткую интрижку или длительную связь. Он никогда не отказывался и всегда безошибочно угадывал, кто в данный момент им увлекся. Он обладал отменным чутьем. Но никогда, даже в самых смелых своих мечтах, ему бы не привиделось, что леди Бреанна Колби относится к их числу. Он улыбнулся и пришпорил лошадь. Записка гласила, что она будет ждать его в дальнем углу западной части поместья, где нет никаких построек и куда вряд ли забредет кто-то из гостей. Там они будут абсолютно одни. Она выдвинула лишь единственное условие: он не должен никому ничего говорить и должен привезти с собой записку, чтобы она могла ее уничтожить и тем самым пресекла всякую возможность сплетен. Харта это устраивало как нельзя лучше. Чем меньше людей будет в курсе предстоящего волнующего события, тем меньше шансов, что о нем узнает его новоиспеченная женушка. От одной мысли о том, что леди Бреанна воспылала к нему страстью, у него перехватывало дыхание. Сегодня впервые ему изменила интуиция, и он не догадался о том, что женщина его возжелала. Однако ничего удивительного в этом нет. Бреанна Колби — истинная леди, и она держит свои чувства и желания под замком. Вот удача: именно ему предстоит выпустить их на свободу! У лорда Харта просто слюнки потекли. Он оглянулся на особняк. А его молоденькая доверчивая жена сидит сейчас вместе с другими дамами и перемывает кому-то косточки, оставаясь в блаженном неведении относительно устремлений своего благоверного. Ее молодость и невинность, которые еще несколько месяцев назад так влекли его, быстро потеряли свою привлекательность. Она уступала его домогательствам, но сама была пассивна и холодна. В результате в постели она ему быстро наскучила. Леди Бреанна — совсем другое дело. Может быть, она и неопытна, но далеко не бесстрастна. Ведь они с кузиной похожи друг на друга как две капли воды. А выражение, появлявшееся на лице лорда Шелдрейка всякий раз, когда он смотрел на свою жену, не оставляло сомнений, что изысканная леди Анастасия — в постели огонь. Несомненно, и ее кузина обладает аналогичным темпераментом. Лорд Харт торжествующе улыбнулся: вот и живая изгородь, которую описывала Бреанна. Здесь она, по-видимому, его и ждет. Это почти граница поместья, в нескольких десятках футов проходит дорога. За живой изгородью их никто не заметит. Идеальное место. Остановив лошадь, он огляделся, не мелькнет ли за кустами желтое пятно. Он прекрасно помнил, что за завтраком на Бреанне было платье желтого цвета. Представив себе, как он будет снимать его, Харт почувствовал прилив желания.

— Леди Бреанна! — позвал он. — Я приехал, как вы просили.

Нет ответа.

Сообразив, что она, должно быть, смущается, он вытащил записку и помахал ею в воздухе.

— Видите? Я ее привез. Никто не знает, куда я отправился, не бойтесь.

Эти слова возымели желаемое действие. В кустах и в самом деле что-то мелькнуло. Но не желтого цвета. Серебристого. Харт едва успел повернуться, как раздался выстрел. Пуля пронзила его сердце, прежде чем он успел понять, что происходит. Отлично, подумал наемный убийца, глядя, как тело Харта рухнуло на землю, а записка отлетела в сторону. Великолепный выстрел! Если охранники его услышали, они наверняка решили, что господа упражняются в стрельбе. Их задача — охранять поместье от подозрительных личностей, а не проверять тех, кто находится на его территории по приглашению леди Бреанны. И все-таки следует соблюдать осторожность. Он подождал — ровно столько, чтобы успеть оглядеться и удостовериться, не приближается ли кто-нибудь. Никого. Удовлетворенный, он направился к телу и, не удостоив его даже взглядом, поднял записку. Сунув ее в карман, он проскользнул сквозь живую изгородь и направился к особняку. Лорда Харта хватились лишь после обеда. Жена полагала, что он то ли удит рыбу, то ли развлекается стрельбой по мишеням. Те джентльмены, которые ловили рыбу, думали, что он занимается стрельбой. Те же, кто занимался стрельбой, — что ловит рыбу. Нашлись и такие, которые были уверены, что Харт, как всегда, волочится за юбками. Но когда он не появился и к трем часам, его начали искать. После обеда снег растаял и можно было заняться охотой на лисицу, Харт же считался отличным охотником. Наконец кто-то заметил вдалеке его кобылу. Она была оседлана, но без седока. Что же случилось? В результате лорд Перси Гилберт поскакал на конюшню. Он поговорил с молодым конюхом, и тот охотно сообщил ему, что лорд Харт ускакал уже давно, несколько часов назад. Начались поиски. Спустя час лорд Кромптон обнаружил тело.

— Вон он, — показал виконт в сторону живой изгороди.

Все бросились туда, Кромптон первым спешился и, склонившись над Хартом, пощупал пульс, проверил, дышит ли он, — в общем, сделал все необходимое, чтобы удостовериться, что тот еще жив. Увы… Тело Харта уже успело остыть, а на груди расплылось кровавое пятно. Значит, смерть наступила отнюдь не в результате несчастного случая.

— Мертв, — мрачно констатировал Кромптон, поднимаясь, — убит выстрелом в грудь. — Бледный, однако не потерявший самообладания виконт внимательно оглядел место преступления. Похоже, годы, проведенные на военной службе, приучили его смотреть смерти в лицо. — Убийца мог стрелять оттуда, — предположил он, указав на живую изгородь.

— Он мог стрелять и с дороги, — возразил герцог Мейвуд. — Она всего в каких-нибудь двадцати пяти футах отсюда, вон за теми деревьями. Мне это кажется более вероятным. Он мог притаиться у обочины, дождаться, когда жертва приблизится к нему на расстояние выстрела, и сделать свое черное дело. Попасть в поместье он не мог. Он бы не прошел мимо охраны даже один раз, а ведь ему пришлось бы это сделать дважды: до того, как он совершил убийство, и после.

— Согласен, — поддержал его лорд Перси и, вытерев пот со лба, с беспокойством огляделся по сторонам. — И если он в самом деле стрелял с дороги, то вполне может и сейчас прятаться где-то неподалеку и поджидать свою следующую жертву. Давайте вернемся в дом. И пришлем людей забрать тело Харта и хорошенько осмотреть окрестности.

Наемный убийца оказался прав: как только страшное известие достигло особняка, поднялась невообразимая суматоха. Джентльмены спорили друг с другом до хрипоты, дамы рыдали и заламывали руки, а молодую вдову лорда Харта пришлось дважды приводить в чувство с помощью нюхательной соли. Охране потребовалось полчаса на то, чтобы выслушать подробный рассказ от обнаруживших тело мужчин, и еще более получаса, чтобы унести тело и обследовать окрестности. Преступника обнаружено не было — ни в кустах ни у дороги. Последующие часы прошли еще более бестолково: охваченные паникой джентльмены усердно сражались друг с другом за право послать на Боу-стрит сообщение о случившемся, потребовать немедленного принятия мер и предложить огромную сумму денег полицейским, которые согласятся приехать в Медфорд и защитить здешних обитателей. Уэллс не менее усердно пытался всех успокоить и одновременно собрать такое количество лакеев, чтобы все желающие могли отправить свои сообщения. Хибберт занял позицию, с которой просматривались и холл, и гостиная, при этом наблюдая за гостями и ожидая сигнала от Ройса. Ройс же, в свою очередь, наблюдал за Бреанной. Она находилась в гостиной, рядом с Дейменом и Анастасией. Они разговаривали с Махоуни, пытаясь понять, что же, собственно, произошло. Бреанна была бледнее бумаги. И это неудивительно, принимая во внимание события прошлой ночи, о которых никто из ее гостей не догадывался. А ведь, возможно, узнав, они вздохнули бы с облегчением. Правда, поспешили бы убраться восвояси и уж наверняка сделали бы такой же вывод, к какому пришла Бреанна. А она поняла следующее: Харта застрелил наемный убийца, а вовсе не преступник, лишавший жизни аристократов и державший в напряжении все полицейское управление. Ройс придерживался того же мнения. Этим убийством подонок явно намекал Бреанне, что ее ожидает такая же участь. Ему наконец удалось напугать ее. И хуже всего то, что он, Ройс, ничем не мог развеять ее страхи.

Разве что поймать убийцу. Ройс взглянул в окно: охранники, осматривавшие территорию поместья, возвращались на свои посты. Он сделали все, что могли, и даже больше, поскольку в их обязанности не входило прочесывание местности. А в его — поиски убийцы. Выйдя в холл, Ройс взглядом приказал Хибберту подойти. Некоторое время спустя они уже внимательно осматривали то место возле зеленой изгороди, где было обнаружено тело Харта.

— А вы не боитесь, что гости могут нас увидеть и поинтересоваться, что это мы тут делаем? — спросил Хибберт.

— Не боюсь, — покачал головой Ройс. — Все, кто меня знает, именно этого от меня и ждут. Вот если бы я повел себя иначе, это бы вызвало подозрения. — Он помолчал, взглянул на живую изгородь, затем бросил взгляд в сторону дороги. — Я не уверен, что убийца стрелял с дороги. Он мог с таким же успехом находиться на территории поместья, хотя бы в этих кустах.

— Согласен. — Хибберт проследил за взглядом хозяина. — Значит, вы по-прежнему считаете, что он — один из гостей леди Бреанны?

— Нельзя исключать такую возможность.

— Верно, но этого и не докажешь. Он мог сидеть в засаде где угодно, — Хибберт сделал широкий взмах рукой, — и наблюдать за леди Бреанной.

Возразить на это было нечего.

— Он чертовски умен. Специально выбрал для убийства именно это место, чтобы мы не могли понять, откуда он стрелял. Он пытается убедить всех, что он тот, кто совершил ряд жестоких убийств, а не наемный убийца, охотящийся за леди Бреанной. Черт! — Ройс с силой сжал кулаки. — Как я могу после всего этого оставить ее одну?

— У вас нет другого выхода. Каждому в поместье известно, что вы собираетесь вечером ехать в Беркшир, на поиски дочери лорда Райдера. Если вы измените свои планы, это вызовет недоумение. И если убийца находится среди гостей… Кроме того, насколько я помню, вы сами говорили, что леди Бреанна настаивает на вашей поездке. Она искренне желает воссоединения Райдера с дочерью. — Хибберт взглянул на Ройса. — Я мог бы поехать в Беркшир вместо вас. Это было бы рискованно, но можно придумать какое-нибудь правдоподобное объяснение…