Чтение онлайн

Однако Робин никак не могла рассказать ему свое понимание этой же ситуации. Она сидела молча, не в силах быть откровенной.

Эта возможность скоро вообще исчезла. Они проезжали между какими-то заводами и складами. Стюарт включил сигнал поворота и повел машину по уходящей вниз дороге.

«Дилорен» свернул на маленькую улочку и еще через полминуты — на стоянку какого-то весьма подозрительного склада. Здесь уже стояли десяток машин и два седельных тягача.

— Вот мы и приехали, — сказал он и повел ее к воротам склада.

Увиденное внутри заставило Робин сразу замереть на месте. У нее возникло ощущение, что она попала в другой мир. Он чем-то напоминал киностудию. С рампы над головой свисали «солнечные» прожекторы. Другие были установлены по два на двух шестах. С одной стороны она увидела маленькую пирамиду огромных черных концертных акустических колонок и рядом — микшерский пульт.

В самой середине склада лентой, натянутой по полу, была отделена воображаемая сцена. На этой «сцене» стояли барабаны, усилители, микрофоны, гитары и поленница клавиатур. Из этого нагромождения электронных инструментов странно выглядывало большое блестящее фортепиано.

Стюарт изучал ее реакцию:

— Ну, что ты об этом думаешь?

— Для чего все это? — спросила она, сразу почувствовав себя глупой.

— Мы начинаем репетировать в конце лета программу для турне, о котором я тебе говорил… — начал объяснять он.

Ничего больше он рассказать не успел. Их заметили, и к ним подошли человек пять, заговорившие все разом:

— Стю, у нас еще нет девочек…

— Тебе нужно посмотреть этот новый синтезатор! Ты не поверишь, он такое может…

— Привет, Стю, кофе будешь?

Многие фразы показались Робин непонятной абракадаброй. Стюарт терпеливо разбирался с каждым музыкантом и техником. Казалось, что каждая мелочь требовала его решения, и она чувствовала свою бесполезность и неловкость своего безучастного присутствия. Робин ощутила на себе несколько любопытных взглядов, но никто не поинтересовался, почему она здесь.

В конце концов Стюарт повернулся к ней с извиняющимся видом:

— Прости, но, кажется, у меня здесь больше дел, чем я думал. Может быть, ты пока осмотришься? Во время перерыва я тебя со всеми познакомлю.

— Я… — заколебалась Робин.

— Я отвезу тебя домой, если ты хочешь, но, надеюсь, ты останешься. Нам кое-что надо обсудить.

Разговоры ничего не могут решить, подумала она. Она хотела уехать домой, но догадалась, что если б он повез ее обратно в Бей- кон-Хилл, то Стюарту пришлось бы отложить репетицию. Его команда нетерпеливо крутилась вокруг, задавая Стюарту вопрос за вопросом.

— Я останусь, — неохотно сказала она.

Возле дальней стены она нашла шезлонг и, устроившись в нем, стала наблюдать за происходящим. Вначале работа шла медленно. Все ждали решения то одной, то другой проблемы.

Казалось, этому не будет конца и края. Когда же они, кажется, были готовы начать репетицию, все одновременно потянулись на свои места, хотя никто не давал команды. Два длинноволосых парня, которых Робин приняла за музыкантов, уселись за звуковой пульт. Другой, примерно ровесник Стюарта, в костюме, без галстука, с торчащей во все стороны стрижкой, повесил бас-гитару на плечо. Ударник, соло-гитарист, саксофонист и клавишник — ни одного из них она до этого не замечала — все внезапно появились на своих местах.

На несколько минут возникла тяжелая тишина, пока звукооператор настраивал в последний раз свою аппаратуру. И по команде Стюарта в огромном помещении склада вдруг невероятно громко, пронзительно загрохотала музыка.

Робин не сразу настроилась слушать, но через минуту шум сам собой перешел в блюз.

Он был одновременно свободным и тесным, поддерживаемый синкопированным темпом ударных. Потом Стюарт хрипловатым голосом запел в своем безошибочно узнаваемом, грубом, чувственном стиле. Она не была готова увидеть его в таком качестве, и это сбило ее с толку. Он стоял лицом к своей группе, но, и глядя на него со спины, она видела, что его движения безукоризненно совпадают с ритмом музыки.

Музыка была неплохой, но совсем чуждой Робин. Больше, чем раньше, Стюарт казался ей загадкой. Тот Стюарт, который заставлял ее смеяться и краснеть за ужином, был совсем не тем Стюартом, который сейчас крутился и изгибался с микрофоном в руках. И она могла надеяться, что будет понимать его?

Тишина обрушилась на нее посередине песни. Они о чем-то поговорили и начали снова. По всей видимости, то, из-за чего они останавливались, не получалось, потому что второй раз мелодия оборвалась на том же месте. Затем снова начали.

Через полчаса Робин стала чувствовать беспокойство. Она осмотрела склад.

И заметила группу девушек, сидевших у противоположной стены на звуковых колонках. Их было три, все удивительно красивы и поразительно молоды.

«Группички» — девушки группы. Секс-игрушки рок-н-ролльного мира. Робин читала о таких.

Хотя Робин никак не могла знать наверняка, она инстинктивно почувствовала, что Стюарт никогда не пользовался их присутствием. Он себя слишком высоко ценил для них. Не ревность заставила ее вспыхнуть. Ее бросило в жар от понимания, что, как подруга Стюарта, она будет похожа на них: бесполезная вешалка.

Вновь заиграла музыка, и Робин задумалась, почему вдруг она позволила себе развлечься идеей стать любовницей Стюарта, даже временной. Это были безнадежные выдумки, обреченные с самого начала на неприятный финал. Она не принадлежала к этому миру, он не принадлежал к ее. Она выставила себя в глупом виде.

Поднявшись, она как можно незаметнее вышла наружу, на солнечный свет; музыка методично била сквозь стены склада.

Едва она пошла вниз по разгрузочной площадке, как металлическая дверь чуть отъехала в сторону, выпуская музыку, и из нее выскользнула одна из «группичек» — приятная блондинка с калифорнийским загаром.

— Эй! — позвала она. — Ты — новая девушка Стю?

— Нет, я не новая девушка Стю. — Робин медленно покачала головой.

Не дожидаясь ответа, она выскочила на улицу. К счастью, ее догнало случайное такси, возвращавшееся в город после вызова. Не раздумывая, она села в машину, машинально повторяя свой адрес.

Она провела весь уик-энд в гнетущих попытках отбросить все мысли о нем. С ее стороны было очень невежливо ругать его, не считая себя виноватой, но она не могла сдержаться. Не было никакого смысла в дальнейших встречах… По всей вероятности, он пришел к такому же мнению, потому что и он не пытался найти ее.