Чтение онлайн

У него перехватило дыхание при виде изображений обнаженных мужчин и женщин в любовных позах.

Много лет он не видел эту книгу. Такие книги ходят в среде рыцарей во время походов, и рыцари хвастаются, что они занимались такими вещами с дамами сомнительной добродетели. Дрейвен никак не ожидал, что обнаружит такую книгу у высоконравственной леди. И к тому же девственницы!

Широко раскрыв от изумления глаза, Дрейвен посмотрел на Эмили. Она стыдливо потупила взор.

Дрейвен не знал, что сказать. Что говорят леди, застигнув ее за таким занятием? Он медленно закрыл книгу и протянул ее Эмили.

Она взяла книгу, не проронив ни слова. Пристыженная и смущенная, Эмили прижалась лбом к потертому кожаному переплету. Может ли быть что-нибудь постыднее? В этот момент она готова была убить Кристину! О чем только она думала, делая такой подарок?

Проживи Эмили две тысячи лет, она никогда не забудет потрясенного выражения на лице Дрейвена. Что он теперь о ней подумает?

– Дрейвен, я не знала, что эта книга… – залепетала Эмили.

Нет, не то нужно сказать. Эмили поняла это, когда Дрейвен укоризненно посмотрел на нее.

– Я девица, милорд, – с трудом выдавила из себя Эмили. – Я не понимаю, с какой стати Кристина подарила мне такую…

Дрейвен покачал головой:

– Не будем больше говорить об этом. Забудем.

Эмили облегченно вздохнула, чувствуя к Дрейвену благодарность за его великодушие.

– Вам не кажется, что вам пора лечь спать? – продолжил он.

– Я не могу уснуть и предпочла бы остаться здесь с вами, чем ворочаться на постели и слушать, как храпит Элис.

– Почему?

Эмили заметила смущенное выражение на лице Дрейвена.

– Вам трудно поверить, что кому-то хочется побыть в вашем обществе?

– Да. Пока что такого желания ни у кого не возникало. А вы почему-то совсем другая.

Эмили отложила книгу в сторону и встала, оказавшись с Дрейвеном лицом к лицу.

– Возможно, потому, что я единственный человек, который когда-либо был рядом с вами. Думаю, что ваша любовь к одиночеству оттолкнула от вас даже самых упрямых.

– Но не вас.

Эмили улыбнулась:

– Да, я гораздо упрямее других.

– С этим я спорить не стану.

Эмили хотела прикоснуться к Дрейвену, но что-то в его позе подсказало ей, что делать этого не следует. И она перевела взгляд на темный лес.

Дрейвен слушал, как она дышит. Она была так близко от него, и он ощущал ее близость как физическое прикосновение.

– Один человек, – продолжила Эмили, нарушив молчание, – пошел на исповедь, взяв с собой индюка.

Очередная попытка вызвать у него смех заставила Дрейвена устало вздохнуть. Неужели она никогда не признает свое поражение?

– Индюка? – переспросил он, мысленно недоумевая, почему поощряет попытки Эмили рассмешить его.

– Да. И он попросил священника: «Прости меня, святой отец, за то, что я согрешил. Я украл этого индюка, чтобы накормить своих голодных детей. Не возьмете ли вы его у меня, чтобы наш Господь простил меня?» «Разумеется, не возьму, – ответил священник. – Ты должен вернуть его тому, у кого украл». «Но, святой отец, я пытался, а он отказался, и что мне теперь делать?» «Если то, что ты говоришь, правда, значит, это Божья воля, чтобы индюк остался у тебя. Ступай с миром», – сказал священник. Человек поблагодарил его и поспешил домой. И священник, кончив исповедовать, вернулся домой. Когда он вошел в кладовку, то увидел, что кто-то украл у него индюка.

Дрейвен с безразличным видом посмотрел на Эмили:

– И сколько таких шуточных историй вы знаете, миледи?

– Довольно много. Отец любит шутов, и у нас в замке мы часто их принимаем.

При мысли о том, сколько еще Эмили будет мучить его подобными шутками, Дрейвен почувствовал приступ головной боли.

– Значит, я должен терпеть их всю оставшуюся часть года?

– Если вы не облегчите себе участь и не рассмеетесь теперь.

Дрейвен чуть было не улыбнулся, но вовремя спохватился.

– Вам должно быть известно, что, как и вы, я никогда не признаю свое поражение.

Эмили наклонилась так низко, что почти коснулась Дрейвена кончиком носа.

– Всегда что-то делаешь впервые. – И, слегка откинувшись назад, добавила: – Дочь пришла к отцу за советом: «Скажите, отец, за кого мне выйти замуж – за Гарри или за Стивена?» «За Стивена», – ответил отец. «Почему?» – спросила дочь. «Потому что вот уже полгода, как я одалживаю деньги у Стивена, а он все еще приходит повидаться с тобой».

– Не так хорошо, как с норвежцами, – заметил Дрейвен с каменным выражением лица.

Она удивленно выгнула бровь:

– Значит, та шутка вам понравилась?

– Если я скажу «да», вы пойдете спать?

– Если бы я могла уснуть, то с радостью вернулась бы в палатку, но поскольку уснуть я не могу, то с таким же успехом могу остаться здесь и раздражать того, из-за кого не могу уснуть.

– А почему вы не можете уснуть из-за меня?

– Вы постоянно мне снитесь.

– Я не хочу этого слышать, – в раздражении произнес Дрейвен.

Эмили коснулась его руки:

– Тогда не могли бы вы по крайней мере забыть то, что я сказала насчет мужа, и относиться ко мне просто как к другу?

Ее прикосновение было таким горячим, а длинные пальцы казались такими белыми на загорелой коже Дрейвена. Как может такая хрупкая женщина потрясти до глубины души такого сурового мужчину?

– У меня нет друзей, – шепотом проговорил Дрейвен. Ему почему-то вдруг представилось, как его пальцы переплелись с пальцами Эмили.

– Даже Генрих? – спросила она.

– Я его вассал и служу ему в качестве такового. Мы близки, но друзьями нас назвать нельзя.

Эмили погладила Дрейвена по костяшкам пальцев:

– Вот уж никак не думала, что встречу человека, еще более одинокого, чем я.

Дрейвен смущенно кашлянул:

– Я не говорил, что одинок.

– Разве?

Дрейвен не ответил. Он не мог отрицать правду. Да, он одинок. И всегда был одинок.

– А вы знаете, что значит слово «друг», милорд?

– Переодетый враг.

Рука Эмили замерла.