Нежное прикосновение
Шрифт:
— Помочь? — взревел Беар. — Хороша помощь — влезть в самую гущу мужской разборки! Я не играю в ковбоя! Это не простое светское недоразумение. Здесь люди живут и умирают за свои слова. Ты не имеешь права вмешиваться в то, чего не знаешь и совсем не понимаешь.
— Не понимаю? — Она вырвалась из его рук и отступила на шаг. — Я все прекрасно понимаю! Ты чуть не лишился жизни из-за того, что тебе невыносимо принимать помощь от женщины. Ты так стремишься уберечь свою драгоценную «Монтана сентрал энд маунтин» от любого вмешательства, что ни за что не позволишь мне помочь! Это не только эгоистично и оскорбительно, Беар Макквайд, это просто глупо!
Каждое слово жены обжигало его огнем. Эгоистично? Еще никогда и никто не обвинял его в эгоизме. Просто не было повода. Вечный изгой, он не имел того, что можно защищать от других.
— Значит, я эгоист, упрямец и глупец? — сказал он, цедя каждое слово. — Ну что ж, по крайней мере я не лезу туда, куда не надо.
«Куда не надо…» Одной ужасной фразой он очертил их прошлое, настоящее и будущее. Макквайд видел в ней инвестора и приятную любовницу… но не равноправного партнера по бизнесу и главную часть своей жизни. Железная дорога была его собственностью, и он не хотел делить ее с женой. Пусть даже его предприятие прогорит, но он не позволит ей вмешаться!
Пока они так стояли лицом к лицу и тяжело дышали от волнения, вдали послышался топот лошадиных копыт. Беар с трудом оторвал взгляд от лица Даймонд и увидел тусклое свечение вдоль горизонта… желтое и зловеще серое… искры и дым. Охваченный обидой и гневом, он не сразу понял, что это такое. Потом с трудом разглядел силуэт всадника, который волочил за собой что-то горящее. Что-то горящее.
Даймонд хотела заставить мужа обернуться к ней и ответить на вопросы, которые ее тревожили. Но тут она поняла, что он не просто отвернулся: он что-то заметил! Горизонт медленно озарялся странным серым светом, но свет этот не имел никакого отношения к только что зашедшему солнцу. Вдали просматривались лошадь и всадник. Беар окинул глазами южный горизонт. Даймонд проследила за его взглядом и увидела там еще одну темную фигуру на лошади… за вторым всадником поднималась такая же серая дымка.
— Проклятие! — Беар резко повернулся и бросился к поезду, крича во все горло: — Пожар! Прерия горит!
Мгновение Даймонд стояла на месте и разглядывала лошадей на дальних холмах. До нее дошло, что они что-то тянут за собой, поджигая траву. Она посмотрела на север, потом на юг… потом на Запад. Там, озаренный тусклым закатом, скакал третий всадник. Пожар! Со всех сторон!
Подхватив юбки, Даймонд побежала к поезду. Скоро пламя поползет по сухой траве, окружая их кольцом. Добравшись до своего вагона, она услышала командный голос Беара, доносившийся из центра лагеря, а также крики и возню рабочих, которые пытались спасти оборудование и инвентарь. Даймонд помчалась к мужу. Отдав распоряжения мужчинам, работавшим в кабине локомотива, он обернулся и наткнулся на жену.
— Иди в вагон! — приказал он, перекрикивая шум суматохи. — Закрой все окна!
— Но Робби…
— Я найду его! — Он подтолкнул ее в сторону вагона. — Иди!
Едва добравшись до лесенки, она услышала, как падает уголь в металлическую топку. Машинисты пытались увезти поезд до того, как огонь сомкнется кольцом. Стоя на платформе, Даймонд взглянула на вечернее небо и увидела вокруг клочья серого дыма. За последние дни они так мало продвинулись вперед, что локомотив оставался почти холодным. Вряд ли сейчас им удастся быстро его прогреть.
Беар, как видно, пришел к такому же выводу. Он приказал мужчинам взять лопаты и идти к огню. Даймонд видела, как они колебались, поглядывая друг на друга и на поезд, который готовился отойти без них.
— Пошли! Нам надо построить огнезащитную насыпь и убрать с дороги кусты! — Угадав их сомнения, Беар сам взял лопату и двинулся в сторону поднимавшегося дыма. Горстка рабочих последовала за ним, остальные стояли, тихо переговариваясь между собой и гадая, что сулят им приказы Беара — безопасность или еще большую беду.
Рабочие явно не спешили выполнять распоряжения начальника. Своими вечными придирками и неровным поведением Беар отнюдь не снискал их расположение. Теперь же, когда наступил критический момент…
К вагону подбежал Робби. Даймонд схватила его за руку и прижала к себе.
— Иди найди Силки и посиди с ней! — По-матерински подтолкнув мальчика в сторону вагона-кухни, она спрыгнула с платформы и направилась в центр лагеря.
Женщина сама не знала, что будет делать, до тех пор пока не вышла на середину лагеря и не обвела толпу мужчин сердитым взглядом.
— Ну, чего вы ждете? — Она схватила лопату, вырвав ее из рук рабочего, который стоял к ней ближе всего. — Идем! Рабочие мгновенно сообразили: Даймонд собирается тушить пожар вместе со своим мужем! Раз уж она так в него верит… Мужчины пошли за ней, макая по пути свои шейные платки в ведро с водой. Они растянулись в линию, каждый держался в пределах видимости остальных. Кто-то протянул ей мокрый шейный платок. Увидев, как рабочий завязывает своим платком нос и рот, Даймонд последовала его примеру и вскоре поняла, зачем это нужно. Дым, казавшийся таким прозрачным и обособленным, внезапно окружил их со всех сторон, грозя поглотить их и лишить способности ориентироваться.
— Убирайте кусты! — Приказ передавался по линии от одного к другому. — На десять шагов назад. Копайте землю только по мере надобности!
Они энергично взялись за дело — выдергивали пучки сухой травы, орудуя руками, лопатами и балластными вилами, рубили корни, переворачивали комья земли. Дым сгущался. Уже не видя друг друга, они перекрикивались, призывая работать быстрей и уходить.
Острые травинки и жесткие стебли шалфея врезались в руки, а нога то и дело соскальзывала с лопаты. Даймонд царапала сапоги и сжимала зубы. Спина затекла, плечи и руки ныли от боли, в легких саднило. Но земляная насыпь постепенно росла и наконец достигла ширины в десять футов. Она закинула лопату на плечо и с трудом распрямила спину. Долго отдыхать ей не пришлось.
— Здесь хватит — идем дальше! — послышался знакомый окрик, напряженный и хриплый от дыма.
Даймонд обернулась и увидела, что Беар шагает вдоль линии, приказывая рабочим переходить на другой участок. Увидев жену — в платке, закрывающем пол-лица, с красными от дыма глазами и поднятыми юбками, — он остановился. Усталость помешала ей избежать этой встречи.
Над платком, обвязанным вокруг нижней части его лица, были глаза, полные гнева и боли. Однако спустя мгновение он махнул рукой, показывая ей и остальным, чтобы они продолжали. Даймонд взяла свою лопату и поспешила пройти мимо него. Он схватил жену за талию и потащил за собой.
У Даймонд не было времени на размышления. Но главное, он разрешил ей работать вместе со всеми — вот то единственное, что она поняла. Когда бригада добралась до участка, расположенного на некотором удалении от огня, Даймонд встала в ряд и опять начала вырывать траву, чтобы увеличить огнезащитную насыпь.
Копать, дергать, бросать — казалось, этому не будет конца. Все работали, встав в кольцо, добрались до железнодорожных путей и поспешно их перешли. Заметив клубы дыма на другой стороне, опять встали в линию и начали все сначала. Когда силы начали убывать, прибыл Холт с рабочими из первого лагеря, и работа вновь закипела.