Нежность Дьявола
Шрифт:
Моя очередная попытка найти девушку не увенчалась успехом, за спиной уже два перевернутых пристанища вампиров, на которые навело братство, но ни в одном из них, я не обнаружил ни следа.
Черт, куда они ее спрятали?
Ярость, не отпускающая меня с той самой минуты, как я понял, что Тори похитили, вновь захлестнула все существо. Успокоить ее не могли даже массовые убийства приспешников Ириды. Никто из них не знал, где избранная.
В это я поверить мог.
Ирида слишком умна, чтобы раскрывать свое истинное пристанище кому попало. Возле нее только проверенные люди, которые скорее умрут, чем предадут ее и Рамза.
Вампиры боятся их гнева, даже не догадываясь, что он не сравнится с моим.
Уже почти утро. Небо понемногу начинало светлеть, приобретая светло-розовый оттенок, и напоминая, сколько крови обращенных было пролито сегодня.
Как долго длятся мои поиски?
Я потерял счет времени, скитаясь по этим местам, в бесплодных попытках найти ее…
В голове постоянно возникали леденящие душу образы, заставляющие сердце сжиматься, обливаясь алой кровью.
Я знал, что Ирида не тронет Тори, Рамзу та нужна живой, а вампирша ни за что не нарушит его приказ, не пойдет против его воли. Опасения вызывал другой человек.
Крис. Он жив, а я не успел рассказать Виктории, что узнал в том аду, в котором побывал. Вместо этого, не успев вернуться, я повел себя как дикое животное – тварь, обделенная разумом, но состоящая из инстинктов.
Я разочаровал людей, которые доверяли мне.
До сих вижу ее глаза… в них искрится злость, ненависть и то, что помогло мне вернуться с края пропасти, вновь обрести человеческий облик, – ее разочарование.
Один изумрудный взгляд, словно острый нож, прошелся по сердцу, оставляя глубокие раны, отказывающиеся зарубцовываться.
Они до сих пор открыты...
Я испугал ее, нарушил то хрупкое равновесие, установившееся между нами, и она убежала. Убежала навстречу смертельной опасности, прямо в объятия врага. И вслед за ней, последовал Макс, чтобы взглянуть в лицо смерти…
Осталась последняя ниточка, способная привести к девушке, хоть я и понимал, что скорее всего, ничего там не найду… Сидеть на месте и ждать более точных координат не хватает воли и терпения, я должен что-то делать… Тори где-то одна, и возможно рядом этот мужчина – Крис.
Да какого черта я называю его так, если настоящий Крис давно попрощался с этим миром и покоится где-то глубоко под землей? Того, кто выдавал себя за друга Виктории зовут Стэн. И если этот Стэн коснется до девушки хотя бы пальцем, я вырву его грязные руки и затолкаю ему в глотку.
Этот ублюдок жив благодаря мне. Я не проверил, не убедился в его смерти, совершил страшную ошибку, которых раньше не совершал… В присутствии Виктории, я не умею мыслить здраво…
От терзающих голову болезненных мыслей и выводов, меня отвлек странный шум, раздавшийся позади…
Я остановился, готовый к нападению….
Я очнулась, когда услышала страшные мужские вопли.
– Какого черта тут происходит? – орал Доминик, – Почему он мертв?
Он указывал на распростертое на полу пещеры, и залитое кровью тело Криса.
Незнакомец, гордо подняв голову, спокойно ответил, но в голосе слышалась сталь:
– Я должен был охранять женщину, а он пытался ее убить.
– И какого черта ты перегрыз ему глотку?
– Я не контролировал себя, – в голосе чувствовалось раздражение.
Я знала, что мужчина лжет. Если бы он не смог держать себя под контролем, то мой охладевший труп лежал бы рядом с телом Криса.
– Ты, Рэй? Не смог контролировать? – казалось, что Доминик готов в буквальном смысле слова взорваться от натуги.
Как он может быть главой оборотней? Как этот неуравновешенный тип способен кем-либо командовать?
Меня также поразило то, как Доминик назвал незнакомца.
Рэй.
В памяти всплыл наш первый разговор с Ридом о нечисти, и в том числе об оборотнях. Из его слов я помнила, что Рэй остался вожаком стаи после ухода Элайи. Он был ее правой рукой.
И как он теперь может подчиняться Доминику?
Из-за спины вожака показалась Ирида, которая величественной походкой обошла тело Криса, удостоив его мимолетным пренебрежительным взглядом, и направилась к моей камере.
– Успокойся. Стэн не держал себя под контролем, стал обузой, поэтому и получил по заслугам. Хозяину он был больше не нужен.
Кажется, слова Ириды привели Доминика в состояние полного смирения, потому что ярость в глазах погасла, и он, отвернувшись от тела, бросил Рэю через плечо:
– Оставь нас.
Мой спаситель беспрекословно вышел из пещеры, и вместе с ним ушла моя последняя надежда на очередное спасение.
Ирида открыла дверь моей ржавой клетки, и шагнула внутрь камеры. Достав из кармана длинного темно-серого платья небольшую бутылочку с багровой жидкостью внутри, она, не скрывая раздражения, сказала:
– Я вижу, у тебя выдался нелегкий денек. Но ты не беспокойся. Скоро, очень скоро, ты сама будешь помогать нам, и найдешь амулет.
Я не могла понять, о чем говорит вампирша.
С какого хрена она решила, что я стану им верной помощницей? Только потому, что Крис попытался изнасиловать меня?
Да черта с два. Она подавится моим отказом.
– Да я скорее умру, чем буду помогать тебе и твоему хозяину, – я выплюнула эти слова, стараясь вложить в них всю ненависть, которую испытывала к этой куче дерьма.
Ириде не понравился мой ответ.
Резко подскочив ко мне, она рывком подняла меня с пола, и впилась жестоким взглядом.
– Мы еще посмотрим… Ты найдешь амулет для нас и собственноручно убьешь своего телохранителя.
Что? Она говорит про Рида?
Я не успевала уловить смысл ее слов. Не успела также понять, как оказалась в крепких тисках вожака стаи, который, заломив мои руки за спину, крепко держал. Ирида открыла бутылочку, и, заткнув мне нос, стала вливать в меня мерзкое варево. Я изо всех сил старалась не глотать, но все равно чувствовала, как оно течет по моему горлу, проникая в самую кровь.
Когда бутылка была пуста, похитители, выпустив меня из своих лап, вышли из камеры.
– Когда он подействует? – раздался приглушенный голос Доминика.