Чтение онлайн

Дальше за стеной виднелись невзрачные, ветхие домишки, а почти безлюдные улицы навевали уныние. Свену было пятнадцать, когда он поступил на службу к сюзерену этих земель, и он помнил времена, когда здесь, в плодородных угодьях Лотарингии, золотились хлебные колосья, зрели тяжёлые гроздья винограда, а на лугах паслись стада коров и овец. Но последние года выдались неурожайными, и это довело родовитых вассалов графа до нищенского существования, а местный народ – до голода.

От вида запустения сердце рыцаря наполнилось тоской и болезненно сжалось. Путники проехали по дороге к небольшому каменному дому, покрытому соломенной крышей. Из его трубы поднимался густой дым, а из-за высокого забора доносились голоса и металлический звон молота по наковальне. Минуя высокую ограду, путники спешились.

Из кузницы навстречу нежданным гостям вышел широкоплечий мужчина средних лет. Обтерев узловатой рукой пот с облысевшей головы, он проницательными карими глазами взглянул на Свена, и его простое лицо расплылось в широкой улыбке. Осанка хозяина и весь его уверенный вид выдавал в нем скорее воина, чем кузнеца.

– Свен, брат, где тебя черти носили? – засмеялся он.

Рыцарь подошёл, и мужчины, обменявшись рукопожатием, крепко обнялись.

– Удо, я отыскал дочь твоего хозяина, – ответил Свен и указал на Франческу.

– Значит, это и есть дочь графа? – взглянув на скромный наряд дамы, удивился кузнец.

Внешний вид стоявшей перед ним измотанной девушки вызвал у мужчины жалость и он, спохватившись, поклонился и пригласил путников пройти в дом.

– Прошу вас, госпожа, располагайтесь в моём скромном жилище.

Франческе никогда раньше не приходилось бывать в доме простого человека. Окинув любопытным взглядом нищенскую обстановку, она пришла в ужас.

Над открытом очагом в центре комнаты висел котел. Густой удушливый дым наполнял тесное помещение отвратительным запахом. В жилище кузнеца было темно, грязно и сыро. Вдоль стены и у окна стояло нескольких скамеек и грубо сколоченный стол. На земляном полу валялись кости, а маленькие окошки, затянутые бычьим пузырём, заросли паутиной, впрочем, как и все углы комнаты. Хозяин жил бок о бок с однорогой козой, а спал на соломенной скирде под крышей.

«О, Святая Мадонна! Если в такой убогой лачуге может жить человек, то мои апартаменты в замке просто райские кущи», – подумала Франческа.

В кузнице Удо приготовил для дочери графа лохань с тёплой водой, и девушка смогла умыться и освежиться. Выпив парного молока и заев его хлебной лепёшкой, Франческа легла спать на соломенную скирду, укрывшись войлочным одеялом. Рядом с ней улеглась и Берта.

Мужчины во дворе ещё долго и громко разговаривали, мешая уснуть, но усталость все же взяла своё и девушка задремала. Но хорошо выспаться Франческе все равно не удалось, её постоянно будили сначала голоса, а потом храп мужчин, периодическое блеяние козы, а в бок постоянно что-то впивалось.

Удо и Свен до глубокой ночи сидели у очага и, потягивая пиво, поминали друзей, погибших в походе на врагов графа Шампани.

– Как тебе удалось отыскать дочь Вандома? – подкидывая дрова в очаг, недоумевал Удо. – Наш граф столько лет не мог найти её следов.

– Это не я, – ответил Свен. – Наш старый друг Жеральд нашёл Франческу в Ремирмонском аббатстве и сразу же сообщил мне. Хотя наши сюзерены и враждуют, но он решил, что после смерти Ульриха старые обиды бессмысленны, а девушка должна обрести отца. Он сам когда-то похоронил сына, и ему знакома боль утраты потери единственного ребёнка.

– Чего же он сам не доставил девицу? Хозяин хорошо бы ему заплатил!

– Увы… Наш друг верен долгу и остался защищать стены крепости… – вздохнул Свен. – И, вполне возможно, сейчас он уже встретился со своим сюзереном на небесах.

– Да, слышал я про немилость короля, – качнул головой кузнец. – Благородный Ульрих оказал Жанне медвежью услугу, примкнув не к тому лагерю. Да ничего! – тут же встрепенулся он. – Зато теперь ты, Свен, будешь желанным гостем в замке графа Вандома, – улыбнулся Удо и ободряюще хлопнул товарища по плечу. – Вообще-то тебе повезло, что ты застал меня здесь. Уже завтра я собирался уезжать. Моя Лагретта и сын уже в замке графа.

– Значит, окончательно решил перебраться поближе к господину, – понимающе улыбнулся Свен. – Ну и хорошо, тогда завтра вместе тронемся в путь.

– Конечно! Всё же с вооружённым рыцарем везти столь ценный груз, как оружие, надёжнее, – подмигнул кузнец.

Ещё немного поговорив, мужчины отправились спать и, завалившись на соломенный тюфяк, захрапели.

На рассвете Удо запряг лошадей и сложил в телегу сумку с инструментами, запасы еды и выкованное оружие, заботливо прикрыв всё соломой. Он считался лучшим кузнецом в округе и уже с десяток лет ковал оружие для знати Шампани. А не так давно, когда кузнец в замке Вандома отбыл в мир иной, Удо получил приглашение перебраться к графу. Король собирался в новый Крестовый поход, и кузнеца ожидало много работы: воинам нужны были мечи, копья, наконечники для стрел, да мало ли ещё чего!

Проснувшись, Франческа чувствовала себя такой же разбитой, как и накануне, будто она и не отдыхала вовсе. Девушка протёрла заспанные глаза, но всё ещё не могла прийти в себя. Франческе казалось, что ей снится кошмарный сон, от которого она не в силах очнуться.

– Проснулись, госпожа, – обрадовалась Берта. – Вот и хорошо. Пора собираться в дорогу, – засуетилась нянюшка и помогла подопечной одеться.

Когда дамы вышли из жилища, рыцарь и кузнец уже были готовы отправиться в путь.

– Доброе утро, леди. Как вы себя чувствуете? – осведомился Свен, седлая гнедого скакуна.

– Ужасно! – призналась девушка.

– Ну, другого ответа я и не ожидал, – сочувственно улыбнулся рыцарь и протянул кожаную баклажку. – Вот, выпейте, и вам сразу полегчает.

Запах вина был отвратительным. Франческа поморщилась, но, пересилив себя, всё же сделала пару глотков, и на самом деле мерзкое пойло её несколько взбодрило. Завидев телегу, нянюшка с большой охотой отказавшись от езды верхом, забралась на неё, и небольшая процессия тронулась в путь.

Оставив позади Лотарингию, странники углубились в земли королевства франков. Чем ближе они подъезжали к владениям графа Вадома, тем сильнее нарастало беспокойство в душе Франчески. «Как её встретит отец?» – гулко вопрошало сердце.

К полудню они оказались на перепутье. У обочины возвышался столб с выжженными на дощечках надписями городов. Указатель направил процессию через сосновый бор, в главный город Шампани – Тресси [4] , и путники пошагали по узкой петляющей дороге.

Обступив стройной колоннадой разбитый просёлок, деревья, смыкаясь кронами, создавали сумеречный полумрак. В воздухе разносился густой запах разогретой на солнце смолы, а в глубине леса что-то зловеще поскрипывало. Все, что угодно могло скрываться под пологом вековых сосен, и странники настороженно оглядывались: место для засады было самое подходящее.

Свен, сжимая рукоять меча, внимательно вглядывался в заросли, да и кузнец, понукая коня, положил свой топор на всякий случай поближе. Подозрения мужчин оказались не напрасными: за мохнатыми ветками мелькнули неясные тени, и от жутких предчувствий у Франчески пробежали мурашки по коже.