Чтение онлайн

У него паршивая работа, маленькая зарплата, нет высшего образования и перспектив, зато есть недееспособная бабуля и еще нехилый багаж проблем. Не стоит портить девочке жизнь, она заслуживает самого лучшего.

Он отвел взгляд и прошел мимо нее в ванную комнату. Сил хватило только на душ и почистить зубы, бриться не стал. Может быть, завтра… А может, и нет. Ему пойдет борода? А Даше нравятся бородатые? Черт! Снова! Ему не должно быть разницы, нравятся ли ей бородатые, или лысые. Не должно быть.

Первое, что увидел, когда вернулся в комнату, это спальник, перекочевавший на диван. Еще один удар под дых, как тогда, на перроне, когда она впервые на него посмотрела.

Как так можно? Зачем? "Она что, не понимает, что я он не вариант?" Что с ним ей не стоит связываться? Зачем, Даша? Она беспечна и слишком наивна, сама не понимает, что творит. Точно. Не понимает, что дает ему надежду и повод.

— Зачем? — спросил вслух.

— Я не хочу, чтобы ты спал на полу. — Она высунула нос из под одеяла. — На диване достаточно места.

— Зачем? — повторил.

Она поняла, что спрашивает Сергей не про диван.

— Пожалуйста, — прошептала, спрятавшись обратно под одеяло.

"Это не ответ", — подумал Сергей, но настаивать дальше не стал.

Может, это просто забота, и он видит то, чего на самом деле нет? Она его пожалела, это и ежу ясно. Даша добрая и испытывает благодарность.

Сергей глубоко вздохнул и потер глаза, в которых даже после умывания будто песок скрипел. Спорить дальше у него сил нет. Как и желания, впрочем.

Выключил торшер и забрался в спальник. Как только голова коснулась подушки, а тело приняло горизонтальное положение, вырубился. Единственное, что сознание успело ухватить до того, как провалился в сон, легкий и теплый запах девушки, лежащей рядом.

*

Утром мы все проспали. Я проснулась и открыла сонные глаза, когда каким-то образом чуть не упала с дивана. Во сне я довольно часто вижу и даже чувствую, как падаю откуда-то, но сейчас я и в самом деле почти свалилась на пол. Когда восстановила равновесие и осмотрелась, поняла, что кто-то длинный и, благодаря раскинутым рукам и вширь тоже… длинный, занял весь диван. Во сне Сергей вылез из спеленавшего его с пяток до макушки спальника и лежал на спине, в позе морской звезды. Не удивительно, что меня с моего места чуть на пол не столкнул.

Не могла отвести от него взгляд. Мои скромность, стыд и разум еще спали, проснулись только чувства. Глаза, которые с упоением смотрели на поджарое тело, слух наслаждался вязкой утренней тишиной и еле слышным пеньем птиц за окном, обоняние чувствовало свежий ветерок, задувающий в открытую форточку, и такой притягательный аромат чистого мужского тела. Чем дольше я смотрела, тем сильнее становилось желание задействовать и остальные два чувства. Лизнуть, попробовав на вкус, и провести рукой или даже обеими, ощутив его теплую кожу.

— Даша, ты, оказывается, эротоман, — откуда-то издалека, из страны Морфея, вероятно, послышался язвительный голос разума.

С каких пор меня стало тянуть кого-то попробовать на вкус? И на ощупь?

Подвинулась к беззащитному, спящему без задних ног парню поближе, наклонилась, оперлась на локти у самого его торса.

Да!.. Я выдохнула. Какое здесь сокровище. У него есть эти самые пресловутые кубики. Раз, два, три, четыре, пять… Шесть… Ниже пупок и полоска темных волос. Потом зеленый спальный мешок. Я, как настоящая маньячка, смотрела, не отрываясь, и глаза мои наверняка нездорово горели. Подняла взгляд обратно, мимо пупка, по раз, два, три… Шестью кубикам, к груди. На шее — сильно выступающее адамово яблоко. Взгляд блуждал по широким плечам и рельефным рукам.

Не знаю, сколко прошло времени. Птички щебетали за окном, солнце светило все ярче через шторы, а я все смотрела и смотрела. Усилием воли, которая тоже уже не дремала, удерживала руки от того, чтобы не потрогать, не погладить… И губы удерживала, чтобы не наклониться еще всего на пару сантиметров вниз и не поцеловать. Эх, гормоны!..

Ни капли меня не насторожило то, что он столько времени лежит без движения, что грудь, которую я столь увлеченно разглядываю, неровно поднимается и опускается от сбившегося дыхания ее обладателя.

Я как раз вернулась к его шее по второму кругу, когда прямо над ухом раздалось хриплое ото сна:

— Перестань уже.

Я подпрыгнула на месте, как застуканный на месте преступления вор, и уставилась в лицо своей несостоявшейся жертве.

— У тебя дыхание щекотное.

— Ай! Ммм… — Мой голос звучал не менее хрипло, чем его. Мозг все еще спал, в отличие от гормонов. Как выкручиваться и оправдываться в этой неловкой ситуации, не представляла.

— Это я должен говорить "Ай!" и не один раз.

Сергей длинно вдохнул и выдохнул перед тем, как добить меня окончательно:

— Знаешь, мне снилось, что меня обнюхивает огромный пес, сопит так громко… Жадно…

Он говорил тихо, лежа с закрытыми глазами. Я сгорала со стыда.

— И слюна у него капала, он хотел… Знаешь, что, мне кажется, он хотел сделать? — Сергей открыл глаза и неожиданно резко сел, оказавшись вплотную ко мне. — Он хотел меня съесть.

Под конец тирады Сергей очень правдоподобно зарычал у моей шеи, отчего меня слегка тряхнуло и по телу пробежали мурашки. На его помятом после сна лице медленно появилась потрясающая улыбка. И ямочка на щеке тут как тут. Почему-то только одна, но зато какая!..

Я в жизни еще не была так смущена. И обвинить в этом некого, кроме себя самой! Губы сами собой стали растягиваться в ответной улыбке. Три ха-ха, я ни о чем не жалею!

Единственное, я не знала, куда деть глаза. В его серые, искрящиеся весельем и еще чем-то притягательным, я смотреть не могла. На его грудь — тем более, как и на любую другую часть его тела. Ужасно неловко. И в то же время мне не хотелось ни прятаться, ни отодвигаться.

Ну же, Сергей, ты же видишь, что я не убегаю. Я чувствую жар, исходящий от тебя, твое неровное дыхание, вижу напрягшиеся линии мышц на твоих руках. Подняла взгляд и посмотрела в его глаза. Молчание затягивалось, и он уже не улыбался.

Мы сидели на кровати напротив друг друга. Я ждала. Держать глаза открытыми уже не в моих скромных силах, и я медленно опустила веки.

Ну? Где мой поцелуй? Придвинулась чуть-чуть ближе, замерла в сантиметрах от его рта, почувствовала горячее дыхание на лице. Сердце отбивало бешеный ритм, а губы горели в предвкушении.

Но ничего не происходило, и я распахнула глаза. Сергей напротив серьезный и… Несчастный? Он неожиданно перевел взгляд на окно.

Утро для меня враз потеряло краски, а его серые глаза снова покрылись льдом, закрывая от меня все, что таится в их глубине. Но я все еще не отстранялась, искренне не понимала, что с ним. Куда исчезло то настроение, что было, когда он проснулся, куда делась улыбка и веселье из глаз? Почему медлит? Все же ясно! Все хорошо и правильно. Я же знаю, чувствую его, как себя. Почему он отказывается?