Чтение онлайн

– Извини, Сэм, но мы друг для друга чужаки.

Незнакомец. Моё чёртово сердце выпрыгивало из груди, а горло пересыхало быстрее, чем валяное мясо в дегидраторе8. Я попыталась смотреть, по возможности, безучастно, но лицо, должно быть чем-то меня выдало, так как глаза Сэма заинтересованно заблестели.

– Это мы-то?

Его голос, хриплый и тихий, заманивал меня. Очень.

– Да, – я кивнула. – Ты должен уйти, Сэм. Сейчас.

Сэм встал, вытянулся во весь свой невероятный рост. Полагалось чувствовать себя запуганной, когда он так надо мной возвышался, но я чувствовала себя... обычно.

Он протянул руку, коснулся кончиком пальца моего плеча, провёл по руке вниз до локтя, затем свернул направо, чтобы добраться до запястья, но дальше не получилось. Я спрятала руку под другой рукой. Сэм пристально смотрел на меня своими голубыми глазами.

– Ты не веришь, что это что-то да значит, раз я снова нашёл тебя здесь? – прошептал он.

– Я ни во что не верю, – сообщила я ему.

– Жаль.

Как можно более выразительно я посмотрела в сторону двери. Внутри меня всё дрожало и тряслось. Мысленно я опускалась на колени, брала его член глубоко в рот и трахалась с ним до тех пор, пока нас обоих десяток раз не накрывал оргазм. Такое творилось внутри меня. Внешне же мне удалось вытащить руку из подмышки и пальцем, который почти не трясся, указать на дверь.

– Иди вниз и сиди возле своего отца или уходи. Домой.

– Я не могу. Мне довольно далеко до дома. В течение последнего месяца я жил в отеле и ожидал смерти отца. Но... разве ты не знаешь?

При мысли об отеле и о том, что мы там вытворяли, я сильно покраснела.

– Уходи!

– Ты всегда так холодно общаешься со своими клиентами? – он коснулся затылка, потом уголка рта. – Или мне особо повезло?

– Я никогда не приглашаю клиентов в свою квартиру, – непослушными губами пояснила я.

Сэм кивнул. Он всё ещё возвышался передо мной, от тепла, исходящего от его тела, я под футболкой покрылась потом. Мы пристально смотрели друг другу в глаза.

– Я не только везучий, но и довольно своеобразный.

Несмотря на все мои старания не кривить рот, я проиграла борьбу с улыбкой, которая появилась на моих губах.

– Завтра утром тебе надо быть на похоронах. От тебя ждут, что ночь ты просидишь подле отца. Это трудное и эмоциональное время в твоей жизни.

Сэм меня поцеловал – нежно и осторожно, его губы лишь коснулись моих. И, как школьница в одной из своих ролевых фантазий, я закрыла глаза. Поцелуй продлился не дольше секунды, но он казался мне таким бесконечным.

– Что ты сейчас сказала? – поинтересовался мужчина.

Сейчас не время и не место для фантазий. С закрытыми глазами я облизала губы и почувствовала на них его вкус.

– Ты должен уйти.

– Повтори.

– Ты должен уйти... Сэм, – я знала, что он имел в виду, и улыбнулась, не открывала глаз.

Его вздох проникал мне под кожу, и я ожидала ещё один поцелуй, но всё, что получила, это восторг, который меня переполнял, когда его тепло удалялось. Когда я открыла глаза, Сэм стоял в дверях, а его голова почти упиралась в притолоку.

– Видишь? – констатировал он, прежде чем пригнуться и выйти из комнаты. – Так что мы не чужаки.

Затем он ушёл.

Глава 6

Когда я была ещё ребёнком, время перед утром Рождества тянулось слишком долго. Я просыпалась в темноте и навостряла уши, чтобы услышать на крыше топот копыт северных оленей или глухой стук сапог Санта Клауса, когда он скользил в нашем дымоходе и приземлялся на пол. Залезала в постель к сестре, трясла её, хотя к этому времени она почти всегда просыпалась, и мы шептались друг с другом, надеясь убедить солнце взойти пораньше. В те времена оно никогда этого не делало, и даже сейчас, когда я выросла, не делает.

Я не знала, спал ли Сэм во время своей ночной вахты у гроба отца, но подозревала, что не должен. Так же, как и играть на гитаре или покидать помещение. Чем бы парень там ни занимался, он делал это тихо, потому что до самого утра я не слышала ни звука.

Несмотря на три этажа, которые нас разделяли, я думала о теле Сэма, как он лежал рядом со мной на кровати, и внезапно ощутила пустоту. Мне хорошо знакомы эти чувства, когда он лежал рядом со мной, голова в верхней части кровати, ноги – в нижней. Как одеяло изгибалось на его теле, как меня окутывало его тепло. Эта ночь казалась очень длинной.

Я клевала носом, когда решила, что пора уже вставать. С трудом разлепила веки и, спотыкаясь, побрела под горячий душ, затем надела свой любимый чёрный брючный костюм с вытачками на бёдрах – этот костюм очень хорошо облегал мою фигуру. Свой наряд я дополнила белой шёлковой блузкой с большим воротником. В этом костюме я выглядела солидным представителем фирмы «Фраули и сыновья», но не стоило себя обманывать, так я одевалась ещё и для Сэма.

Впервые я встретилась с семьёй Стюарт в понедельник утром. Хотя с Дэном мы уже были знакомы, его мать я видела впервые. Он привёл её в мой кабинет, помог сесть на стул в центре комнаты, потом устроился справа от неё.

– Мой брат не придёт, – объявил Дэн, при этом его лицо выдавало больше, чем слова.

На сердце стало тяжело.

– Он придёт, – миссис Стюарт сжала в руке платочек, которым она утирала слезы, но не всхлипнула.

Дэн тоже не плакал, хотя глаза его покраснели, как у человека, который много часов боролся со слезами, но потерпел в этом поражение. На его щеках проступала щетина, волосы цвета мокрого песка растрепались, хотя одет он был в шикарный костюм, как и при первой нашей встрече. Он вытащил из своего черного кожаного портфеля папку, которую я ему давала ранее, но не раскрыл её.

– Сэм не придёт, мама, – повторил он.

Миссис Стюарт покачала головой и ответила дрожащим голосом.

– Он придёт. Конечно, он придёт.

– Я сказал ему, чтобы он не приходил, – Дэн бросил на меня короткий взгляд и вновь покачал головой.

Моя семья тоже не избежала щекотливых ситуаций, которые невозможно просто проигнорировать. Но даже в тех семьях, которым обычно удаётся сохранить безупречный вид, могут происходить драматические сцены, например, когда домочадцы сталкиваются со смертью. Подобные разборки я видела собственными глазами: от брошенных в лицо непонятных обвинений до кулачных боёв перед открытым гробом.

На мгновение повисло тягостное молчание, во время которого миссис Стюарт повернулась на своём стуле и уставилась на сына.

– По какой причине ты так поступаешь?

– Давай не будем говорить об этом прямо сейчас, – Дэн потёр рукой лицо, но, в конце концов, посмотрел на мать.

– Хорошо, не будем, – она снова смотрела перед собой, руки на коленях сжаты в замок. Затем её нижняя губа задрожала, как предвестник приближающихся слёз. – Хорошо, Дэниэль, хорошо. Ты всё решил, не так ли?