Незнайка в Совке
Шрифт:
– Ура, это наши!- закричал Незнайка и, потеряв осторожность, выскочил из хибары и замахал шляпой.
– Вот ты где!- раздался с небес громовой голос Знайки, от которого все внизу присели и зажали уши.- Ребята, мы нашли его! Ну, конечно, Незнайка в центре событий! Где тут сделать потише? Ага, вот...
– Ура!- кричал Незнайка,- Спрутс, это же Знайка с Марса вернулся!
Спрутс, тоже выскочил из хибары и, задрав к небу мегафон, спросил:
– Ребята, у вас оружие есть?
– Оружие?- удивленно переспросил Знайка, - Нету.
Спрутс толкнул Незнайку в хибару. Обстрел возобновился с двойной силой. Пули теперь, помимо стен, дырявили и потолок, потому что рикошетили от дна летающей тарелки. Враги, не встречая сопротивления, пошли в атаку в полный рост. Но сверху раздался другой голос, незнакомый и металлический:
– Коцмичецкий флот Марц привецтвует Нецнайка и его друг великий воин! Ми друцья. Ви хотите оружий?
– Короче!- крикнул Спрутс в пол, так как голову поднять было невозможно.
– Ми имеем переноцной антиметеоритный пушка...
– Давай!- повторил Спрутс.
– Он цтреляйт лацерный луч децять тыцяч градуц.
– Давай!- снова крикнул Спрутс и хищно оскалился, как будто скупил на Луне завод конкурента.
– Этот пушка тяжелый ецть...
– Давай-й-й!!!- гаркнул Спрутс. В ту же секунду угрожающего вида железяка пробила крышу хибары и окончательно развалила ее. Когда Незнайка выбрался из-под обломков, он увидел, что враги, бросая оружие, с бешеной скоростью взбираются на песчаные склоны, а Спрутс, с горящими мрачным светом глазами, поднимает тяжеленную пушку и нажимает на курок.
В следующую секунду одна из стен карьера вспыхнула огнем и превратилась в язык лавы. Грохот и свист перекрыли восторженный вопль Спрутса, через голову полетели раскаленные камни.
Спрутс избоченился и взял выше, туда, где по склону карабкались и роняли свои жалкие автоматы последние враги. Боевой клич, неслышный из-за грохота взрывов, снова перекосил его рот.
Незнайка бросился к ногам Спрутса, ибо только там можно было укрыться от лазерного луча. Летающая тарелка поднялась вверх, опасливо окружив себя сизым защитным полем. Все совки уже давно разбежались, а Спрутс продолжал орать и стрелять, превращая в кипящее стекло стены карьера. Вверху на краю карьера одна за другой начали вспыхивать машины. Светящиеся потоки стекали отовсюду и недалеко уже образовалось растущее огнедышащее озерцо. От него к Незнайке и Спрутсу потянулись красные языки. Лужа на дне карьера моментально высохла. Стало ужасно жарко. Загорелись развалины хибары.
У Незнайки от жара уже трещали волосы, когда лазер в руках Спрутса, наконец, выдохся.
Отбросив его в сторону, Спрутс сел на песок и мрачно скуксился, не обращая внимания на дымящуюся одежду, горящие обломки и лениво подползающие к ботинкам волны раскаленного стекла.
Летающая тарелка скользнула вниз, выпустив легкую платформочку, на которую Незнайка втащил обмякшего Спрутса. И тут же платформочка втянулась в брюхо тарелки, а сама тарелка снова взмыла вверх, в спасительную прохладу, так быстро, что у путешественников перехватило дух.
Спасены! Их сразу подхватили на руки и потащили в большой зал, где собрались почти все члены лунно-земельной экспедиции и свободные от вахты марсиане.
Незнайка сначала не узнал Знайку, обритого по марсианской моде и с моноклем в глазу. Впрочем, один только Знайка еще сохранял остатки земного облика; остальные коротышки были неотличимы от надменных и навороченных марсиан.
– Незнайка, ты урод.
– Простите, братцы...
– Ладно, принято. А это кто?- спросил Знайка, указав на мрачного Спрутса, в глазах которого еще горел огонь борьбы.
– Я господин Спрутс,- процедил Спрутс сквозь зубы. Он сложил на груди свои пухлые ручки и исподлобья оглядел толпу.
Среди марсиан прошло небольшое движение и один из них приблизился к Спрутсу и вежливо поклонился.
– Гоцподин Цпрутц,- великий воин. Мы ецть воцхищены! Цдерживать один цлова толпа врагов! Как ецть эта тактика нацываеца?
– Гнилой базар,- вставил Незнайка неожиданно для себя самого.
Марсиане зацокали и закивали головами в знак одобрения.
Марсианин снова поклонился и продолжил.
– Коцмичецкий флот Марц оцмелится цпроцить, что есть цлово "пудель"?
– Пудель- это гибрид пидара и муделя,- снова высказался Незнайка, сам удивившись своей грамотности.
– О, неицвецный црецтво! Цекретный генетический пцихотропный оружий!восхитился марсианин,- а теперь оцмелюсь приглашать великий воин гоцподин Цпрутц и его друг Нецнайка на цкромный коцмичецкий еда-питье-сабантуй ц плантаций Марц! Там будет негнилой бацар-вокзал и вы, ецли цахотите, рацкажете о цвой пцихотропный оружий. Наше командование очень интерецуетца.
– Спасибо, ребята,- сказал Спрутс,- только назовите меня еще раз по имени.
– Цлава Великий Воин Гоцподин Цпрутц!- хором гаркнули марсиане.
– А можно без "славы" и "великого воина"?
– Я цовершать ошибка? Разве это маленький ранг? Что ецть гоцподин?
– Это что-то в ранге командора,- вставил Знайка.
– О, манифик! Вундершен! Цлава-банцай командор гоцподин Цпрутц! продекламировали марсиане и ритуально поклонившись, удалились готовить праздничный ужин.
Знайка же, прищурив глаз, не закрытый моноклем, обратился к Спрутсу:
– Итак, вы тот самый господин Спрутс?
– Тот самый,- вздохнул Спрутс,- это я взорвал вашу ракету.
– Не сажайте его в тюрьму,- взмолился Незнайка,- мы и так натерпелись.
– Уголовное преследование полицией Луны прекращено,- сказал Знайка,- а мы уже не обижаемся. Правда, братцы?
– Конечно!- закричали коротышки.- Чего уж там!
– И ты на нас цла... то есть зла, не держи,- продолжил Знайка,- будем друзьями?
– Ребята, простите меня, я, я...- начал было Спрутс и осекся, подавившись слезами.
Он молча пожал руку Знайки. От волнения и усталости Спрутс не мог ничего сказать. Его отвели в каюту отдохнуть, а инженер Клепка, которого было почти невозможно разглядеть под обилием марсианских штучек, тихо спросил Незнайку:
– Чего он орал-то? Больной что-ли?
– Вообще-то я его понимаю,- вздохнув, ответил Незнайка,- оставьте его в покое, все пройдет. И меня тоже оставьте. Мне надо подумать. Я потом все расскажу.
– Ого, глядите, Незнайка задумался,- засмеялся кто-то,- ну теперь жди...