Чтение онлайн

– Простите, а за что? – удивился оберкомиссар.

– Согласен, никому не нужная возня – добавил комиссар Шульц, припоминая несколько эпизодов из криминальной хроники, связанной с этой публикой.

– Да, кстати! Возле места происшествия была обнаружена вот эта золотая кредитная карточка. Вполне вероятно, что она принадлежит потерпевшему. Ты, Алекс, постарайся незаметно вернуть ее, а заодно узнай, не пропало ли еще что-нибудь – Лямке кивнул на настенные часы, намекая Шульцу, что пора бы тому уже выдвигаться в клинику «Шарите».

– Пойдем вдвоем? – зевнул Райнер, припарковав «Опель» недалеко от входа в один из многочисленных корпусов этого гигантского медицинского учреждения, разбросанного по всему Берлину.

– Подожди меня в машине – комиссар посмотрел на себя в зеркальце, и остался доволен. Сегодня ему удалось неплохо выспаться, и день начинался удачно. Задание, несмотря на важность залетного гостя, не сулило больших сложностей.

– Не возражаю! – ответил Райнер, откидывая сиденье и вытягиваясь во весь рост.

– Только не спать, следи за выходом – Алекс, сделав грозный вид, скрылся в вестибюле этого уважаемого заведения.

«Господин комиссар!» – остановил его на лестнице худощавый мужчина среднего роста с небольшим шрамом на виске. Темные, почти черные блестящие, словно намазанные бриллиантином волосы и холодный взгляд серых глаз, делали его похожим на героя кинофильмов далеких тридцатых годов прошлого века.

«Француз» – Алекс с ходу определил его национальность.

– Разрешите представиться, Рене Бухальский, управляющий европейскими активами господина Некноу – француз учтиво и старомодно поклонился.

– Комиссар Шульц – Алекс пожал управляющему руку.

– У меня к Вам огромная просьба, комиссар. Мы не хотим предавать вчерашние события огласке и дело тут вовсе не в подписании контракта, который и так, скорее всего, не будет подписан – начал, было, господин Бухальски.

– Простите? – удивился комиссар, не понимая, к чему клонит управляющий.

– Мистер Некноу позавчера раздумал покупать ваш концерн и приехал в Германию только для того, чтобы погасить негатив и лично договориться о неустойке – пояснил управляющий.

«Слава богу!» – в душе Алекс Шульц не был сторонником разбазаривания германского достояния, пускай, даже если его прибирали к рукам старые и добрые американские друзья.

– Дело тут более деликатного свойства. Саманта, то есть, мисс Саманта Фаулер, личный секретарь мистера Некноу на протяжении последних трех лет является его гражданской женой, а тут эти две прости…, простите, стюардессы – замялся господин Бухальский.

«Ах, вот в чем дело!» – Шульц был не против такого поворота, тем более, что практически об этом же мечтал и оберкомиссар Лямке.

– Я понял Вас, господин Бухальский, но ряд вопросов мне все-таки придется ему задать – комиссар остановился у палаты, возле дверей которой уже дежурили двое верзил из личной охраны миллиардера.

– Ну, разумеется! Только имейте в виду, что у Гарри отшибло память – кисло улыбнулся управляющий.

– В каком смысле? – у комиссара застыла в полете рука, уже готовая было открыть дверь.

– Напрочь! – ответил управляющий, отдавая взглядом команду одному из верзил посторониться и пропустить представителя местной власти.

– А что говорит доктор, не было ли факта отравления? – комиссар вспомнил об украинских феминистках, ряженых в итальянскую форму.

– Нет! Споткнулся, упал, ударился головой – скороговоркой ответил управляющий, останавливаясь возле потрясающе красивой женщины лет тридцати.

– Мисс Саманта Фаулер – представил ее господин Бухальский.

– Комиссар Шульц – сам себя поспешил представить Алекс, не дожидаясь пока это сделает Бухальский.

– Как он? – спросил управляющий.

– Спит, но перед сном дважды спрашивал Вас, Рене. И опять называл Вас Скуперфильдом – на красивых фиолетовых глазах мисс Фаулер выступили слезы.

«Скуперфильдом?» – изумился Рене.

– Именно Скуперфильдом! Куда, говорит, подевался мой верный Скуперфильд? И все заглядывал под кровать – мисс Фаулер не в силах сдержать слезы, разрыдалась как малое дитя.

«Интересно, насколько она искренна в своих чувствах?» – комиссар исподтишка любовался этой шикарной женщиной, национальную принадлежность которой он так и не смог определить и это был редкий случай в его «игровой» практике.

– А с чего ты взяла Саманта, что он называл так именно меня? – задавая этот вопрос, Бухальский был явно озадачен.

– Несколько раз он произнес твое имя явно через черточку с этим! – от рыданий у мисс Фаулер до сих пор подрагивали плечи.

– Скажите, а у вас есть сотрудник по фамилии Скуперфильд? Это ведь английская фамилия, верно? – вмешался комиссар.

– А я думала, что немецкая или норвежская. В офисе нет, а на наших предприятиях… Кто знает? У нас работают десятки тысяч людей по всему миру – промокнула мокрые глаза платочком мисс Фаулер.

– Это его вещь? – комиссар достал из кармана золотую карточку.

– Да. Спасибо, но Гарри никогда не держит на этих карточках больших средств. Так, немного для оплаты отелей, билетов… Он консервативен, очень любит наличные или, в крайнем случае, чековую книжку – Саманта забрала карточку и положила ее на столик возле кровати.

– А можете ли Вы сказать, мисс Фаулер, пропало ли что-нибудь из его личных вещей? – комиссар Шульц с интересом смотрел на безмятежно спящего миллиардера. Моложавый на вид мужчина, хотя если присмотреться более внимательно, то ему было далеко за сорок. В этом Алекс разбирался не хуже, чем с этнической принадлежностью. Даже если он и назвал этого американца ирландцем, так в том не было большой беды. Много ирландцев варилось в американском котле.

Мисс Фаулер быстро переглянулась с Бухальским, но тот согласно кивнул головой, и она указала на шею Гарри: «Пропал маленький золотой ключик».

– Что еще за ключик? – комиссар решил пока ничего не протоколировать.

– Для нас это тайна! Тайна это и для самого мистера Некноу. Единственно, что он помнит, что он выиграл этот ключ в карты у какого-то чудака. Но что он отпирает? Гарри не помнил, а мы не смогли этого выяснить даже под гипнозом – развела руками мисс Фаулер.

– Вы вызывали гипнотизера? – Алекс внимательно осмотрел шею спящего миллиардера, удивившись оперативности в этом вопросе секретарши и управляющего.