Незримое, или Тайная жизнь Кэт Морли
Шрифт:
— Почему? — спросил Марк, когда они опустились перед камнем на корточки. Он протянул руку и большим пальцем стер с имени лишайники.
— Кто знает? Некоторые вещи со временем забываются навсегда. Возможно, чем-то она напоминала кошку, — вздохнула Лия. Она положила букет на могилу, и цветы показались здесь неуместными, чересчур яркими.
— Господи, ей было всего двадцать два года! Какая юная! Надеюсь, вы не заготовили мне других сюрпризов? Кэт Морли не является моей давно потерянной кузиной? — улыбнулся Марк.
Лия покачала головой.
— Нет. Ничего такого.
— Что ж, вы все сделали. — Он похлопал по надгробию Кэт Морли. — Выяснили, кто был погибший солдат, заодно раскрыли убийство. Умудрились выманить меня из дому. Спасибо, Лия, — сказал он серьезно.
— Не благодарите меня, это вам спасибо за помощь! Я ничего не добилась бы без вас, — сказала Лия, смутившись.
— Добились бы.
— Ладно. Тогда спасибо за то, что решили зайти в «Разводной мост» в тот первый вечер. Сомневаюсь, что у меня хватило бы духу снова постучать в вашу дверь после того приема, какой вы оказали мне в первый раз.
— А я, вероятно, и не открыл бы, даже если бы у вас хватило духу. Что было бы большой ошибкой, — сказал он.
Лия коротко улыбнулась и посмотрела на могильный камень, разделявший их. Пристальный взгляд его серых глаз приводил ее в замешательство, мешая соображать. Повисла тяжелая пауза, только ветер негромко шуршал вишневыми ветками.
— Так когда назначена встреча с вашим… человеком из Комиссии? Когда состоится великое оглашение имени солдата? — спросил Марк с наигранным драматизмом и не менее наигранным равнодушием.
Лия внимательно глядела на него с другой стороны могилы Кэт, пока он не перевел взгляд на кладбище и темные глубины тисовой кроны.
— Завтра. У него домашний праздник. Я обещала заехать. — Она хотела прибавить что-нибудь еще, но так ничего и не придумала.
— Праздник. Звучит многообещающе. Хотите, я вас отвезу? Кажется, вы говорили, это в Суррее? Здесь недалеко. Тогда вы сможете там выпить, — предложил он осторожно.
— Очень мило с вашей стороны, но не стоит беспокоиться…
— Я не беспокоюсь, — проговорил он поспешно.
— Просто это будет несколько… Ну, вы понимаете, — сказала она неловко. Ей не хотелось, чтобы он оказался рядом с Райаном. Как будто бы Марк мог каким-то образом запачкаться, заразиться нездоровыми чувствами, ядовитыми испарениями ее прошлой жизни.
— Неприлично? — предположил он.
Лия пожала плечами, стараясь не смотреть ему в глаза. Она вдруг почувствовала себя виноватой, будто ее уличили во вранье.
— Возможно.
— Послушайте, я не буду заходить с вами или что еще. Просто отвезу. Судя по всему, когда вы окажетесь на месте, алкоголь вам не повредит. Решено?
Лия подняла на него глаза и улыбнулась:
— Решено. Спасибо.
— Так что будете делать теперь? — спросил Марк, когда на следующий день они ехали в восточном направлении по шоссе М4.
Поездка получилась странной и неловкой: Лия волновалась, предвкушая, как расскажет Райану о своем открытии, и в машине висело натянутое молчание.
— Наверное, поеду домой, — сказала она. — Вернусь в Лондон, начну работать над книгой. Нужно поговорить с моим агентом и начать поиски издателя. — Она поглядела на него. Марк кивнул, улыбнулся, но ничего не ответил. — А что будете делать вы? — спросила Лия.
— Наверное, мне стоит подумать о том, чтобы начать все заново. Займусь поисками работы, не буду гнить заживо в отчем доме. Вероятно, выставлю его на продажу. — В его голосе не слышалось воодушевления.
— Не возражаете, если я приеду и сделаю несколько фотографий до продажи? Для книги?
— Вы можете приезжать в любое время, когда пожелаете, Лия, — проговорил он тихо, и Лия заерзала на сиденье, неловко теребя папку с бумагами, лежавшую на коленях.
— Надеюсь, мое открытие, что в доме когда-то жили убийца, покрывавшая его изменница-жена и лживый теософ, не отразится на продажной цене.
— Любая реклама все равно реклама, верно? — засмеялся Марк. — К тому же, по-моему, не совсем справедливо называть Эстер соучастницей, покрывавшей убийцу.
— Да, несправедливо. Не волнуйтесь, я сделаю все, чтобы читатели узнали правду, — заверила его Лия.
Они поехали дальше в молчании, и Лия придумала пять разных способов начать разговор и отвергла их один за другим.
— Приехали! Вон тот дом, — сказала она, подавшись вперед на сиденье, потому что от волнения у нее вдруг свело живот.
Марк свернул на аккуратную широкую подъездную дорогу перед решетчатыми воротами. Дом был в неогеоргианском стиле. Безупречная громадина в три этажа с длинным рядом гаражей, увенчанная медным флюгером, сверкавшим на солнце.
— Мило, — заметил Марк. — Не то что развалина в два этажа, а?
— Хоть в три, хоть в четыре, — согласилась Лия. Она отстегнула ремень безопасности, отбросила волосы за спину и беспокойно облизнула губы. Она уже сделала вдох, чтобы поблагодарить Марка, но он опередил ее:
— Если хотите, чтобы я потом вас забрал…
— Нет-нет, не стоит. Такси довезет до станции за пять минут, а оттуда я сразу в «Разводной мост». Спасибо большое за то, что подвезли, и за… помощь, Марк. Вы замечательный.
— Видимо, недостаточно замечательный, — отозвался он негромко.
Лия сглотнула, делая вид, будто не услышала его последних слов, не поняла, о чем он. Сердце дико колотилось.
— Ну, я в любом случае вернусь. И уже скоро мне снова понадобятся полицейские записи в Ньюбери, газетные архивы…
— Конечно. — Он отвернулся, потер челюсть. — Послушайте, вы точно не хотите, чтобы я подождал? Мне нетрудно. Возможно… вам там придется несладко. Когда вокруг родственники и все такое…