Чтение онлайн

Ирвес кивнул.

– А потом он открыл дверь риелтору и слишком поздно заметил, кого впустил в дом.

– Бедный доктор Рубио, - с сожалением сказала 3ое.
– Маме он нравился. Он всегда был честен и справедлив c ней.

"И нечестен и жесток с себеподобными" - мысленно добавил я. Тем не менее я не мог не посочувствовать ему. Рубио был ужасным старым человеком, вознесшим себя до роли нашего судьи. Но мне было больно, когда я представлял, что он чувствовал, стоя напротив своих палачей.

– А вот и те двое из новостей, - сказал Гизмо и указал на рыжеволосую и вторую женщину. На фотографии они шли по краю площади, устремив взгляды на другую улицу. Я попытался представить себе тени гиен, но было сложно соотнести этих хищников с двумя элегантными женщинами, которых без труда можно было причислить к дамам из высшего общества. Гизмо поднял следующую фотографию и я онемел. Рубио сфотографировал и меня. Я стоял у решетки у лестницы в метро и со свирепым лицом протягивал плакат:

"Доктор Г. Рубио, убийца?"

и "Я знаю, кого хотела убить Барб".

Однако в центре фотографии был не я, а рыжеволосая в темных очках, стоявшая примерно в десяти метрах позади меня и смотревшая на меня (или на дом Рубио). Теперь мне многое стало понятно. Звонок Рубио и тот факт, что он как можно скорее забрал меня с улицы. Если бы она увидела плакат, то сразу поняла бы, что ее обнаружил провидец. И предположила бы, что Барб все мне рассказала. Меня бросало то в жар то в холод при мысли о грозившей мне опасности, о которой я даже не подозревал. Я едва спасся. Следующая мысль была не намного приятнее: Может это я сдал им Рубио? Просто тем, что привлек к себе их внимание?

В этот момент Гизмо положил на паркет последнее фото. После сортировки это должна была быть первая фотогорафия на пленке.

– Бинго, - сказал Ирвес.

"Нет, я не предавал его", - подумал я. Я должен был бы испытывать облегчение, но то, что я там увидел, опечалило меня.

– Надеюсь, у тебя есть сканер,- сказал я Ирвесу. 

Преступная деятельность Гизмо иногда оказывалась очень полезной. На тот случай, если полиция будет искать его по номеру машины, он, не долго думая, украл номер у другого фургона и прикрепил его к своему. Я опасался спросить, как он собирался объясняться, если его остановит полиция. Настроение итак было на нуле, когда мы объезжали точки, где сообщество оставляло свои предупреждающие знаки. Это было похоже на поездку со взрывоопасным грузом, когда малейшее сотрясение могло привести к взрыву.

Волны неодобрения и плохого настроения, исходившие от Гизмо, окутывали меня как надоедливый рой мух. Каждый раз, когда он подъезжал и тормозил так резко, словно учавствовал в шоу с трюками, это ощущалось так, как будто бы он кричал мне на ухо все, что думает об этой затее. Все молчали и я пытался сосредоточиться на том, чтобы увидеть на улице кого-нибудь из сообщества. Зое, сощурившись, тоже "сканировала" улицу. При виде каждой женщины на каблуках и в деловом костюме Ирвес вопросительно смотрел на нее, однако Зое каждый раз мотала головой.

Когда вдали показался «Музей Искусств», я обратился к Гизмо.

– Остановись на углу, там есть свободное место.

Гизмо дал газу и заехал на свободное парковочное место. От резкого торможения нас снова отбросило друг на друга. Я выругался и вместе с Зое выбрался из машины. Как и большинство знаков эти тоже находились поблизости от остановки метро. Остановка "Музей Искусств". Я давно здесь не был, внимательно огляделся, подошел к стене со знаками и достал из кармана клейкую ленту и копию фотографии Барб. Под фото я написал несколько строк, которые должны были служить объяснением и призывом. Я свернул записку, наклеил ее рядом со знаками сообщества и подписал маркером свой день. Запах свежей краски перебивал аромат клея и когда я убрал руку со стены, то увидел на рукаве влажный, фиолетовый след от аэрозольного распылителя.

– Краска свежая, - сказал я Зое.
– Ева, должно быть, только что была здесь. Я посмотрю в метро.

Зое была не в восторге от этой идеи, но кивнула.

– Я пойду с тобой, - сказала она не терпящим возражений тоном. Я дал Ирвесу и Гизно знак и указал на лестницу, после чего мы пошли вниз.

Сегодня меня успокоило то, что на перроне было многолюдно. Они же не будут совершать ошибку и нападать на нас у всех на глазах, и уж тем более не под прицелом камер видеонаблюдения на платформе. (В отличие от нас они могли потерять репутацию).

Плечом к плечу и спиной к стене, мы с Зое встали рядом с расписанием поездов и стали наблюдать. Для многих людей это была транзитная станция. Группу посетителей музея можно было отличить по красным бумажным браслетам на запястьях. Лишь немногие выделялись яркой одеждой на фоне "грязной" мешанины из серо-коричнево-зеленой флисовой одежды и застиранных, мешковатых джинсов. Увидев мелькнувший в толпе нежно-сиреневый цвет, я не долго думая заскочил на лавочку, чтобы лучше видеть. И едва сдержался, чтобы не издать победный клич. Это на самом деле была Ева! Из кармана ее блейзера торчал балончик с краской. Она стояла отвернувшись от меня и задумчиво смотрела на рельсы, как будто ждала поезда. Наверное, так оно и было.

Я бросил взгляд на табло. Следующий поезд через две минуты.

– Подожди здесь, - сказал я Зое.
– Лучше не бросаться к ней вдвоем.

Я быстро достал копии и пробивая себе дорогу в толпе, подкрался к ней. Нас разделяли всего несколько метров. Было бы странно, если бы она не почувствовала мое присутствие. Я даже не успел открыть рот, как она обернулась и уставилась на меня, сверкая глазами. Я впервые задумался о том, был ли у пантер какой-нибудь знак, означающий "перемирие". Мне ничего не пришло в голову, поэтому я поднял вверх руки и попытался сделать невинное лицо.

– Ева, я просто хочу поговорить!
– крикнул я ей.

Ее глаза сузились, она недоверчиво поджала губы, однако по-прежнему не двигалась.

– Я знаю, Клэр и Юлиан другого мнения, но мы не нарушали кодекс, - продолжал я.
– Мы знаем, кто это был! Другой вид, Ева! Оккупанты в городе! Вы тоже в опасности. Мы должны вместе...

– Черт, разыгрывает тут сценку, - пристал ко мне пахнущий пивом парень с длинными волосами и в футболке с "Blues Brothers".
– Оккупанты в городе,- передразнил он меня, пренебрежительно срыгнув.
– Иди и играй где-нибудь в другом месте, малец! Тут у нас настоящий мир!

Его друзья в кожаных куртках, ухмыляясь, демонстративно перегородили мне дорогу.

– Проваливайте!
– прошипел я. Через плечо любителя пива, я увидел как Ева вздрогнула, услышав мои слова - и сбежала. Проклятие.

– Подожди!
– заорал я.
– Черт, она снова намеревалась от меня ускользнуть! Двое парней испуганно отпрянули, когда я бросился на них, и только тот, от кого несло пивом, попытался уронить меня на землю. Плевать на камеры, я должен был догнать ее! "Поцеловав" пол, парень настолько ничего не соображал, что даже не попытался инстинктивно опереться на руки. Я перескочил через него и побежал.