Чтение онлайн

Вот призывает король Крабата и говорит:

— Слушай, Крабат! В дни войны был ты мне верным другом, честь мою оберёг и жизнь спас. Так знай же, что в дни мира не будет у тебя лучшего друга, чем король Август Сильный. Сделаю я тебя первым министром, моим главным советником.

— Нет, ваше королевское величество, — отвечает Крабат. — Министры меня всё равно слушать не станут, а король совета спрашивает, когда сам захочет. Под руку ему говорить, так вместо милости, того и гляди, в немилость попадёшь. Уж такой у королей обычай.

Засмеялся король.

— Ну, хочешь генералом стать?

— В войну не был генералом, а теперь-то уж вовсе ни к чему.

— Так возьми из королевской казны золота, сколько унесёшь.

— За золотом пускай купцы гоняются, их это дело.

— Ох, и несговорчивый же ты, Крабат! Скажи тогда сам, какой награды желаешь?

Подарите мне, ваше величество, землицы немного, чтобы от вас не далеко и от ваших придворных не близко. Вот хоть имение казны королевской в Верхних Лужицах — Большие Здзяры, что над озером под Войерацами.

— Эх, Крабат, Крабат, — махнул рукой король, — неужели ничего лучшего, чем эта утиная лужа, попросить не мог?! Ну, коли так, будь по-твоему. Дарю тебе её навечно. А от себя награждаю вот чем: когда бы ты ко мне ни пожаловал, всегда садись за столом рядом со мной по правую руку.

Так стал Крабат здзярским паном.

Поначалу затряслись здзярские крестьяне. Королевская казна их обирала, а при пане жить ещё хуже, того гляди он и ту шкуру сдерёт, что под содранной наросла.

Но Крабат сам хлебнул крестьянской доли, все беды да горести хорошо помнил. Взялся хозяйничать — для людей больше, чем для себя, старался. Гнилые болота осушил, а воду с них пустил по канавам на засушливые поля. Умел Крабат своей чудесной чернокнижной наукой, когда надо, дождь призвать, град отвести, бурю унять. Тучные урожаи начали собирать крестьяне, паном не нахвалятся.

Крабат в своём имении хозяйничал и короля не забывал. Частенько велит кучеру запрячь коней в карету и мчит по Здзяре к Дрездену. Путь не близкий — от Здзяр до Каменца, от Каменца до королевской столицы… Но Крабат так ездил: в одиннадцать выедет, в двенадцать карета перед дрезденским замком останавливается — как раз к обеду поспевал.

Король встречал его как лучшего друга, по правую руку сажал. Когда совета спросит, когда просто так беседует. Министры да придворные на Крабата косятся, а сказать ничего не смеют.

Шли годы. Крабат уже не молод, и король к склону лет близится. Девятнадцать годов так протекло, а на двадцатый вот что случилось.

Сидел Крабат в своём имении, и начала его к вечеру тоска томить, такая тоска, что места себе не находит. С чего бы, думает? В имении всё ладно, в хозяйстве огрехов нет, с королём тоже… А вот ладно ли с королём?.

Развернул Крабат свою заветную волшебную книгу, что похитил когда-то у чернохолмского чародея, поставил над ней внаклонку зеркало, смотрит и слушает. Такое увидел, такое услышал, что волосы на голове зашевелились, по спине мороз пробежал.

Двенадцать самых близких королю придворных замыслили чёрное дело — своего короля убить. Сегодня за ужином поднесёт ему виночерпий чашу с отравленным вином.

Глянул Крабат на часы — всего полчаса до королевского ужина остаётся. Не поспеть Крабату! А надо поспеть!

Крабат вскочил, закричал страшным голосом, чтоб скорей карету закладывали. Выбежал на крыльцо, а уж кучер на облучке сидит, натянутые вожжи перебирает.

— Сегодня мы иначе поедем, — приказал Крабат. — Ты на моё место в карете садись, я сам лошадьми править буду.

Кучер в карету пересел.

«Мне ещё лучше, — думает, — подремлю дорогой».

Да не тут-то было. Гикнул Крабат на коней, те как бешеные рванулись, вскачь понеслись.

Вот уже деревня позади осталась. Впереди крутой поворот — на Каменец пойдёт дорога. Глянул кучер в окно кареты — ёкнуло у него сердце: прямо перед ними скала высится. Позабыл он, кто слуга, кто господин.

— Держи вправо, негодник! — : закричал Крабату. — Сейчас разобьёмся!. — И глаза зажмурил.

А когда открыл, неслись они уже по воздуху над тёмными скалами, над быстрыми ручьями.

Вот над Каменцем пролетают. Вдруг тряхнуло карету — это они зацепились за колокольню каменецкого собора. Говорят, с тех самых пор на этой колокольне крест и покосился.

Крабат не оглядывается, хлопает бичом, коней торопит.

Вот и дрезденский дворец. Спустил Крабат коней с каретой, грянули копыта о каменную мостовую, искры высекли. А Крабат по широкой лестнице бежит. Вбежал в пиршественную залу.

Как раз вовремя! Изменник-подчаший королю в тот миг серебряный кубок с отравленным вином подносит. А злодеи-заговорщики ждут, чтобы король то вино отведал.

— Остановись, король! — громовым голосом закричал Крабат. — Кто вино тебе поднёс, пусть тот и выпьет.

Удивился король, но послушался Крабата. Велел подчашему выпить вино. Побледнел тот, стал белым, словно полотно. Однако делать нечего. Только пригубил — и пал без дыхания.

Повскакивали тут из-за стола заговорщики, бросились бежать.

Король, конечно, снарядил погоню. Да куда там! Нечистая совесть так их гнала, что бежали они, будто у них под ногами земля горела.

Так в третий раз Крабат спас жизнь королю.

Долго ещё жил Крабат, старея понемногу. А как сравнялось ему восемьдесят лет, почуял, что смерть у порога.

Кликнул он слугу, дал ему свою чародейскую книгу и велел бросить её со скалы в глубокий омут.

Пойти-то слуга пошёл. Как хозяина ослушаться? Постоял на скале, размахнулся… И тут у него рука будто сама опустилась.

«Рыбам эта книга не нужна, а мне после смерти господина сгодится. Будет у меня и власть, и богатство. Я получше, чем Крабат, сумею жизнь прожить. А он без книги про то и не узнает!»

Припрятал слуга книгу и домой вернулся.

— Бросил? — Крабат его спрашивает.

— Всё в точности исполнил, как вы велели, — отвечает слуга.

— И что вода тебе сказала? Как скалы откликнулись?

Молчит слуга.

Покачал Крабат головой.

— Вот послушай меня. Стоял ты на скале и думал, что я плохо жизнь прожил, а ты лучше проживёшь, наколдуешь себе богатство и славу. И сразу первое зло сделал — мне солгал. Волшебство, как любую силу, на две стороны повернуть можно. Пускай лучше та книга никому не достаётся.