Чтение онлайн

Конечно, она промахнулась. Как Акела практически, больно стукнувшись челюстью о какой-то пенек. На память о первой охоте ей осталась лишь шерсть, выдранная из кроличьего хвоста и живописно застрявшая в острых волчьих зубах. Но самым удивительным для нее стало то, что этот же самоубийца (а запах его Кира тут же узнала) буквально через десять минут снова явился за ужином! Вот что делает халява с безмозглыми.

Наученная горьким опытом, недоволчица заставила себя вообще перестать думать. Ее внутренний хищник знал свое дело, и за несколько быстрых секунд глупый ушастый зверек как-то сам превратился в увесистую и божественно пахшую тушку. Мясо!

Облизнувшись, Кира усилием воли заставила себя вспомнить несчастного Виктора. Она поужинает. Обязательно. Но — потом. Сначала спасение этого неформала. Обещала ведь, а волки обещания свои выполняют.

***

Виктор очнулся от странного ощущения чужого нечеловеческого взгляда. Что? Кто? Где он вообще? Ощущения подсказывали, что в постели, да еще и одетый. И в ботинках. Над головой дощатый потолок. Над ухом тяжелое звериное дыхание. Он медленно скосил глаза и невольно вздрогнул: прямо возле лица была внушительных размеров волчья морда. А в зубах у волка был кролик. Вполне себе мертвый, но еще теплый. 

Увидев, что “пациент” очнулся, волк (волчица, если быть точнее) положил на грудь Виктора кролика и довольно-таки тихо, чуть поцокивая когтями по деревянному полу, вышел. И дверь за собой аккуратно прикрыл.

Обалдеть.

Кроль был придушен, а это значит, кровь в нем сохранилась вся. Воровато оглядевшись, вампир поднялся с постели, пошатываясь от слабости и вдруг охватившего его чувства дикого голода, туманящего мозг. Подхватил мягкую тушку и зачем-то пошел в ванную, где над раковиной (чтобы не заляпать пол) мгновенно впился клыками в свой завтрак… обед? Да, пожалуй, обед. Кроль кончился в считанные секунды. Сытости не было, но стало изрядно легче. 

Виктор, бросив тушку в мусорное ведро — вот уж обрадуется уборщица! — сполз по стене на пол, уткнувшись носом в костлявые колени. Ему вдруг отчего-то сделалось очень смешно. Наверное, это откат. Так и сидел, тихо хихикая, пока дверь не хлопнула снова. 

На этот раз кроликов было целых два, и один из них ещё трепыхался. Крупная белая волчица вопросительно поглядела на вампира, и тот кивнул:

— Достаточно. 

На этот раз она не стала уходить, внимательно наблюдая за его «пиршеством». В облике волчицы. Видимо, чтобы смутить несчастного голодного вампира ещё больше. Спрятаться тут было негде, что в голове у зверя, Виктор знать не мог. Он вообще никогда так близко с оборотнями не общался. А вдруг она доест кроликов? Представил, как он выглядит со стороны: бледный, несчастный, помятый, взъерошенный и с окровавленным ртом, усмехнулся и решил, что терять уже нечего. Выпил и этих. Прямо при Кире. В конце концов, она вовсе не трепетная барышня, пусть видит, с кем связалась. 

Трёх кроликов было вполне достаточно, чтобы привести его не только в благодушное расположение духа, но и в нормальное физическое состояние. Порозовел, оживился, старательно умылся. Ещё бы зубы почистить, но гигиенические принадлежности так и не принесли.

— Кир, у тебя проблемы? — весело спросил он у неподвижно сидящей волчицы. — Мне правда достаточно, я сыт. Оборачивайся уже. 

Красивый зверь мотнул головой в сторону дверей. О! Девушка просит удалиться? Хорошо. Имеет право. Хотя, между прочим, ему она не дала такой свободы. Ну да ладно, Виктор побудет джентльменом. Заодно пороется в шкафу, должен же быть тут хоть какой-то халат? Рубашку вон надо постирать и погладить потом. И брюки почистить.

Халат нашёлся, к его вящей радости. Достаточно большой, чтобы укутать худое тело вампира, но недостаточно длинный, чтобы скрыть белые тощие лодыжки. Он разделся, придирчиво обнюхал белье и носки, поморщился и решил — в стирку. Благо, в ванной комнате была небольшая стиральная машина. Впрочем, порошка нет. Но он может и руками. И вообще, после питательного и, наверное, полезного обеда энергии было хоть отбавляй, хотелось куда-то мчаться, творить и вытворять.

Но планам его не суждено было сбыться.

Из ванной вышла Кира. Нет. Вышла наяда, богиня, истинная женщина. С влажными густыми волосами, рассыпавшимися по покатым плечам, с капельками воды на ключицах, соблазнительно стекавшими на роскошную грудь, едва прикрытую небольшим белым полотенцем, с ногами, обнаженными по самый край ее совести, крутыми бёдрами… Абсолютно без смущения она прошлепала к шкафу, достала оттуда дорожную сумку (весьма рискованно наклонившись) и принялась в ней копаться.

Виктор очень хотел деликатно отвернуться, честно, хотел. Но не смог. Сглотнул натужно, прохрипел:

— Тебе не холодно?

— Прикинь, какая-то сволочь между первым и третьим кроликом успела украсть всю мою одежду, — буркнула девушка. — И теперь — вот! — она продемонстрировала и без того весьма взбудораженному мужчине крошечное кружевное нечто, видимо, обозначающее предмет нижнего белья.

Это был запрещенный удар. Ниже пояса, как обычно и бьют эти женщины.

Словно в замедленной съемке Виктор очень внимательно наблюдал сцену проникновения стройной лодыжки в крохотное отверстие этих... наверное, трусиков. И еще один дубль, чтобы уж точно добить. Потом волчица стыдливо втянула всю эту издевательскую конструкцию под полотенечко и с ноги на ногу переступила, расправляя тоненькую паутинку резиночек на ягодицах.

— Ты чего? — озадаченно переспросила, подняв глаза на ошалевшего совершенно вампира.

— А ты как считаешь? — ответил едва слышным хрипом.

— Кролики не больные там были случайно? А то выглядишь ты совершенно бешено! — Она даже на шаг от него отступила. 

— Мы не болеем, — ответил вампир. — Ну… почти.

Будто бы завороженный, щурясь, как от яркого света и громко принюхиваясь Виктор медленно приближался.

— Да что с тобой, кровосос?! — попыталась она до него докричаться. 

От ее пьянящего запаха, от дразнящего вида влажной кожи и волос, от длинных ног с точеными щиколотками Виктора уже просто качало. Даже вид тонких женских пальчиков, с явным трудом удерживавших полотенце и вдруг нервно дрогнувших, будили в нем самые низменные желания.

— Боюсь, я сейчас не самый надежный и безопасный сосед. 

— Ты же не это хотел мне сказать? — Кира смотрела на перемещение ожившего вдруг после кроличьей крови вампира и не могла наглядеться. 

Движения хищные, плавные, словно волны или текучий песок. Грация мощного, древнего зверя. Настоящий гипноз. А когда Виктор зачем-то вдруг начал туже завязывать пояс халата, вся женская сущность Киры… Да что там, они обе две сразу: и женщина, и волчица чуть хором не взвыли. 

— Приличной женщине лучше не знать таких слов... — он стоял уже откровенно вплотную, и тяжелое мужское дыхание шевелило у нее на белом лбу подсохшую темную прядку волос

— А я волчица. Не очень-то и приличная. И… хочу их услышать. 

Кира тоже принюхалась. В последние дни обоняние у нее обострилось: ее волчица вступала в свои права, уверенно наступая на бесхвостую сущность. Хорошо еще, только в мозгах. А то бы сейчас вампиру несчастному точно не поздоровилось. 

Хотя несчастным он не казался, что-то в нем было такое… неправильное, зацепившее их обеих с первого запаха, с первого взгляда.