Ни за кого и ни с кем, кроме совести
Шрифт:
Всё, до последней пули в Николая,
Отныне будет только возвращать.
И ширится шестая часть планеты
Молитвами космических высот.
Сменяются вожди и президенты,
Но продолжает царствовать Народ.
Спираль веков проходим, как свеченье,
Как пуля ствол проходит нарезной.
И тот, кто выбирает нас мишенью,
Уже сражён своею же войной.
Расколотая русская равнина
Срастается у мира на виду.
Подняться евразийским исполином
Начертано России на роду.
И вновь свои распущенные орды
Скликает Русь. И бьёт в набат звонарь.
И Русский Дух имперскую свободу
Дарует всем, как вечный государь.
И этот мир вникает понемногу,
Что против нас уже не повернуть.
Одна у человечества дорога —
Загадочный, как Млечный, Русский Путь.
2014 г.
Ответ украинке
Да, вы – крайние, мы – бескрайние.
Но я рядом с тобой стою.
И я знаю, моя украинка,
Каково тебе на краю.
То бросаться на поле дикое,
То – под свастичную броню…
Если хочешь быть – будь «великою»,
Только дай сперва заслоню.
Ты напугана и растеряна
И не те говоришь слова;
Только грудью своей простреленной
Дай прикрою тебя сперва.
Я всегда это делал вовремя.
Но теперь времена не те.
И в когтях полосатых воронов
Ты не чувствуешь их когтей.
И забыла про наших пращуров.
И кричат в тебе боль и страх.
Мы с тобою – «родня незрячая»,
Потому что глаза в слезах.
Но, обиду смахнув украдкою,
Я тебя к груди притяну,
И за счастье твоё, украинка,
Я пойду на твою войну.
Ты нашла во мне виноватого.
Я желаю тебе добра.
Никогда ты не станешь братом мне,
Потому что ты мне – сестра.
2014 г.
Возвращение памяти
Постройте павших на парад.
С победным кличем и со стонами,
Неся огонь и дымный смрад,
Пойдут убитые колоннами.
В дырявых касках из войны
Пойдут коробками парадными
Отчизны верные сыны,
Звеня посмертными наградами.
В повязках, цвета спелой ржи,
Они пойдут по Красной площади.
А впереди – желанье жить,
Как генерал на белой лошади…
А вы, потомки, вы потом,
Торгуя славой исполинскою,
На них обрушите бетон —
Стеной придавите берлинскою.
… И марширующая смерть,
Держа равнение из темени,
В упор на вас начнёт смотреть
Очами, выжженными временем.
И вы, не поднимая глаз,
Поймёте целым поколением,
Что те, кто шёл в огонь за вас,
О вас другого были мнения.
2014 г.
Новороссия
Сиротеют дома ополченцев.
Горсть земли и поклон до земли.
Жили бедно, но умерли честно, —
Это всё, что покуда смогли.
И отдали последние силы
Той мечте, что зовёт и зовёт:
Новороссия – образ России,
О которой мечтает народ.
До которой последнего шага
Не хватало всегда… И опять
К справедливости вечная тяга
Заставляет идти умирать.
За Россию, какой не бывало,
В безответно любимой стране
Сколько верило, столько и пало
В бесконечной гражданской войне.
За декреты про землю и волю…
За звезду без креста… За Донбасс…
Отзывается старою болью
Новороссия в каждом из нас.
Снова верим во власть без обмана,
В то, что жизнь не дороже идей,
Что прольётся небесная манна
На простых работящих людей.
И в рождение новой России —
Вековечной народной мечты —
Верим так безнадёжно и сильно,
Как цветут на могилах цветы.
Только траур до дыр не носите
И не плачьте над «ратью святой»…
Новороссия станет Россией.
А мечта так и будет мечтой.
2014 г.
Крайняя минута
Последнее желание мужчины,
Пока ещё глазами не померк:
Простить врага, принявшего кончину,
Влюбиться в ту, которую отверг.
И пожалеть о молодом да раннем,
Когда рубил под корень и сплеча,
Когда любил и в то же время ранил
И был, как лёд, холодным сгоряча.
А память на дыхании последнем
Уже прощальный делает виток,
Забыв о тех, кому ты стал спасеньем,
Но помня тех, кому помочь не смог.
Перебираешь в крайнюю минуту
Не то, что можно взять на пьедестал,
А начинаешь думать почему-то
О том, что ты нечаянно сломал.
2014 г.
Севастополь
Мне в Севастополь – позарез!
Там под асфальтом – Херсонес.
Там на таврический манер
Стихи читает сам Гомер.
Там отдыхает от атак
У Македонского Спартак.
И в каждой глыбе там, как миф,
Живёт мой предок – тавроскиф.
Его суровые черты
В обрывах скальной красоты.
И скифским золотом горит
Над морем солнечный зенит.
Прибойный блеск. Причальный плеск.
Мне в Севастополь – позарез!
Там в потускневших орденах
Всплывает память на волнах.
Корнилов там и Ушаков
Стоят в разрыве облаков.
А в горле бухт – солёный ком —
По тем, кто стал бездонным дном.