Чтение онлайн

Я повернулся к спросившему. Эмиль, рослый парень, любимец публики из-за виртуозной игры на гитаре. В городе где делать многим нечего он сродни богу, ведь практически каждую неделю дает концерты, где он вроде бы оттачивает мастерство, а для людей, которым нечем заняться его музыка, как манна небесная.

Он стал пробираться сквозь толпу и без стеснения поднялся ко мне на сцену. Конечно же, он к ней больше привык, все же я тут всего третий или четвертый раз, а он тут каждую неделю, но все же сейчас его присутствие неприятно, будто он ровня мне.

– Если уйду я, то хорошо, – ответил я, все же пытливые взгляды толпы требовали ответа.

– Кому хорошо? – громко спросил Эмиль. – Кто тогда будет возвращать умиротворенных в сознание?

По толпе пошла волна одобрения его слов, народ зашушукался. Начались выкрики, что да, мне нельзя уходить. Гул стал нарастать, все больше людей соглашалось, что мне надо остаться. Я уселся в сконструированное кресло из корней, знаю, если останусь на ногах, то лишь выдам свою нервность. Великан Егор обеспокоенно посмотрел на меня, во взгляде читается «боже, только бы он не разозлился». Я попытался ему улыбнуться, но получилось неестественно, криво, будто оскалился.

– Хватит орать, – рявкнул я, помощники продублировали и на площади наступила тишина.

– Я пришел пригласить вас, – сказал я жестко. – Чтобы вы присоединились к походу!

Я сошел на ноги, корни расползлись за спиной как длинный плащ, четко чуют, когда я хочу пройтись ногами. Ходьба взад-вперед немного успокоила, корни вынуждено шевелились, давая мне свободу действий, Бушрут уже идеально подстроился под мои привычки, так что улавливает настроение порой даже быстрее, чем сам на что-то решусь.

– Да, я пришел пригласить вас, – повторил я, – НО, – тут я перешел на крик, – НО ВЫ МОЖЕТЕ ОТКАЗАТЬСЯ.

Помощники постарались также зло прокричать, точнее у них получается лучше, все же они взрослые мужики с хорошими голосами, мощными, громкими, тяжелыми, а не таким как у меня детским и писклявым.

– Но ты не можешь уйти, – громко и нагло возразил Эмиль, его слова продублировали помощники.

Толпа вновь шевельнулась, как живой организм, что пытается податься вперед, будто его зовут.

– Что-то я не пойму, – произнес я, пытаясь сдержать гнев, – с чего вы вдруг решили, что МОЖЕТЕ ЗА МЕНЯ РЕШАТЬ?

Помощники также вторую часть передали озлобленным криком.

– С ЧЕГО ВДРУГ РЕШИЛИ, ЧТО МНЕ ТРЕБУЕТСЯ ВАШЕ РАЗРЕШЕНИЕ? – заорал я, не в силах себя сдержать.

Сестры, что столпились у трибуны собрались, их мужья уловили настроение и тоже приготовились к бою. Народ от них шарахнулся на пару шагов, в такой тесноте особо не разойдешься, но тут все будто чувствуют общий настрой, вокруг них само собой возникла пустота.

– МНЕ НЕ ТРЕБУЕТСЯ РАЗРЕШЕНИЕ!!! – крикнул я. – НИЧЬЕ!!!

– ТЫ ДОЛЖЕН ОСТАТЬСЯ, – закричал Эмиль уверенно и властно.

Я повернулся к нему, боясь поверить, что он на такое решился. Высокий, красивый, любимец публики, женщины от него таят, мужчины уважают, а его музыка и правда хороша.

– Ты что-то сказал? – спросил я сквозь зубы.

– Да, – ответил он уверенно, – ты единственный кто может возвращать умиротворенных, ты не можешь уйти!

От злости я заскрежетал зубами. Боже, как я это ненавижу. Даже в реальной жизни меня это всегда бесило. Насколько же приток внимания меняет людей. Вот спрашивается кто он такой? Музыкант, певец. Но из-за того, что его творчеством наслаждаются тысячи людей он считает, что его мнение более весомо, чем чье-то еще. Как же, ведь его знают все, его самомнение раздувается как воздушный шар перед полетом. Но если у обычных людей это состояние быстро проходит, а вот у него это обычное состояние, а чем больше поклонников, тем шар больше. Подобное принято называть звездной болезнью, но тут нечто иное. Звездная болезнь это ощущение того, что тебе все обязаны. А непомерно раздутое эго это уже когда ты считаешь, что твое мнение весомее всех остальных. И вот здесь именно такой случай. Умение играть на гитаре и хорошо поставленный голос не дает права лезть в политику, указывать как кому жить, но раздутое эго до космических величин рушит все разумные ограничители и подобные люди не понимают пределы допустимого.

– Ты все сказал? – выплюнул слова я зло.

– Нет, – ответил он гордо.

– Ты все сказал, – выпалил я и корни без подсказки мигом его окутали.

Я рывком бросил себя в его мирок. Без зазрения совести, каких-либо разговоров, с ходу его атаковал, разорвал тело на мельчайшие кусочки, гнев все не хотел уходить, заставлял рвать его плоть руками. Но постепенно вроде бы отпустило. Окинул взглядом ворох частей, что разбросаны в пространстве, если он не трансформер, то собраться точно не сможет. Вернулся в общий мир.

Все завороженно смотрят на сцену. Со стороны ничего им не видно, они лишь ждут результата. Я отпустил Эмиля и безвольная тушка упала на сцену.

– ЕЩЕ ЕСТЬ ЖЕЛАЮЩИЕ МНЕ УКАЗЫВАТЬ? – прокричал я вопрос. Помощники продублировали, пытаясь на меня не смотреть.

– Если вопросов больше нет, – попытался вернуть голос к нормальному состоянию, – то через часов у главных ворот мы уходим, кто хочет можете идти за нами, нет значит нет.

– А права на город? – спросил Великан Егор.

– Я уже передал их, – ответил я. – Во-о-он ему. Подыми руку, люди должны видеть героя.

Мужик в испуге поднял сразу две руки, народ от него шарахнулся, будто он заразный.

– Почему ему? – спросил Великан Егор.

– Ни почему, он просто попался на дороге, – ответил я. – Так что все вопросы к нему. Теперь меня ничто не держит в этом городе.

– А умиротворенных можешь собрать? – спросил Великан Егор.

– А смысл? – ответил я, чтобы слышал только он, передавать крикунам подобное уже не надо, выступление закончилось, далее обычная беседа. – Потрачу я время, через месяц или год они опять станут такими же, это бесполезно.

– Так что пусть умирают? – спросил Великан Егор.

Я пожал плечами.

– Знаешь, я тут месяцок побегал по округе, – произнес я. – Оказывается мир меняется, люди привносят что-то новое, как-то развиваются. А здесь, – я обвел рукой вокруг, – здесь все застыло, люди никуда не спешат, ничего не хотят. Полагаю именно от отсутствия стимула жизни люди и становятся умиротворенными, им просто незачем жить, нет рвения.

Великан Егор задумался.

– Но как бы то ни было я приглашаю присоединиться к походу всех, – на последнем слове сделал ударение.

Великан Егор ухмыльнулся.

– Само собой я пойду, даже если придется возвращаться одному, но посмотреть на подобное точно стоит, – сказал он.

– Хорошо сказал, – улыбнулся я. – Пошли к главным воротам, а то вдруг еще кто вздумает спрашивать.

Великан Егор кивнул на безвольно упавшее тело Эмиля.

– А с этим что?

– Ничего, – ответил я. – Закончились его пятнадцать минут славы. Каким бы ты ни был популярным все же не стоит выходить перед камазом, мчащемся по трассе.