Чтение онлайн

В прошлом наш стратегический союз с США был обусловлен холодной войной — противостоянием Восточного и Западного блоков. Сам факт этого противостояния создавал общность наших интересов с США, но с распадом СССР многое изменилось. Анализ ситуации приводит к выводу, что со временем интерес США к Израилю как к стратегическому партнеру сойдет на нет. Уже сейчас Израиль во многих отношениях представляет собой для США стратегическую обузу. Это особенно проявилось во время войны в Персидском заливе 1991 года. Ныне внешнюю политику США определяют не военные, а, прежде всего, экономические соображения. И очевидно, что экономическая заинтересованность США в Саудовской Аравии или в Объединенных Арабских Эмиратах неизмеримо выше, чем их экономические интересы в Израиле.

Однако мы не можем обойтись без поддержки США, особенно в военно-стратегическом плане. США — единственная держава, разработавшая системы защиты (пусть и не абсолютной) от ракетной угрозы. Ее система спутникового наблюдения и оповещения заблаговременно извещает о пуске и траектории полета баллистических ракет. Израильские разработки в этой области тоже представляют немалый интерес и даже впечатляют, но они, в лучшем случае, могут стать полезным дополнением американских систем и никак не могут их заменить.

Бесспорно, что в системе международных отношений Израиля Соединенные Штаты Америки занимают самое важное место. Поэтому, стараясь расширить сферу наших международных связей, мы должны искать страны и блоки, сотрудничество с которыми не ущемляло бы существенных интересов США. Поэтому нам следовало бы всемерно развивать отношения с Украиной, Венгрией, Узбекистаном. В этом вопросе мы могли бы поучиться у самих американцев: в списке государств, получающих американскую стратегическую помощь, первое место занимает Израиль, за ним следует Египет, а третьей идет Украина. Причина очевидна: Украина граничит с Россией. Что же мешает Израилю наладить самое тесное сотрудничество с этой страной?

Свято место пусто не бывает. И вакуум, образующийся вследствие нашего «значимого отсутствия» в таких странах как Украина, немедленно заполняется такими странами как Иран, которые под прикрытием экономического сотрудничества проникают в самое сердце бывшей советской «оборонки» с целью заполучить самое лучшее, что было наработано ею в последние десятилетия.

Наши отношения с США никогда не строились только на общих стратегических интересах — они всегда обусловливались также огромным политическим влиянием еврейской общины США. Но это влияние тоже постепенно снижается. Постоянно растет влияние арабского лобби. ЭЙПАК — еврейское лобби в Конгрессе США — уже далеко не та могучая сила, которой была прежде. Утрачивает сплоченность и сама еврейская община, снижается и ее вес в экономике США. Добавьте к этому все увеличивающиеся масштабы ассимиляции, поглощающей американское еврейство и приводящее к утрате чувства общности с Израилем. Нельзя сбрасывать со счетов и такой фактор: в течение первых десятилетий после Второй мировой войны весь и, тем более, еврейский мир жил под страшным впечатлением Катастрофы. Американское еврейство испытывало чувство острой вины за то, что не сделало достаточно для спасения своих братьев и сестер в Европе. Активная помощь Израилю и лоббирование его интересов помогали американским евреям в какой-то степени заглушить угрызения совести. Но теперь, по прошествии шестидесяти лет, этот фактор, разумеется, практически перестал существовать.

При всем при том, несмотря на всю важность отношений с США, Израиль должен научиться говорить «нет» и своему могущественному другу. Наши интересы совпадают не всегда и не во всем. К сожалению, слишком часто мы покорно молчали тогда, когда должны были сказать Америке «нет». Например, во время войны в Персидском заливе, когда мы под нажимом американцев не ответили на ракетные обстрелы наших городов.

Из всего сказанного следует, что Израиль должен занять на международной арене куда более активную позицию, ориентируясь в своей внешней политике не только на США. Не ущемляя существенные интересы нашего могучего союзника, мы должны найти и другие, альтернативные направления деятельности, чтобы избавиться, наконец, от американской зависимости. В этом плане перспективным выглядит, например, индийское направление. Сотрудничество с Индней отвечает самым разнообразным интересам наших стран и ни в чем не пересекается со стратегическими интересами США. Индия — страна с богатейшей, интереснейшей культурой, обладающая огромным потенциалом практически во всех сферах экономики, и нам надлежит серьезнейшим образом проанализировать возможность налаживания самых конструктивных и плодотворных контактов с этой великой страной.

Правительство Израиля обязано пересмотреть отношение к собственной внешней политике, вернуть МИДу и его профессиональным дипломатам статус и вес, которым это ведомство должно обладать в силу своего названия и, главное, уделять больше времени анализу ситуации, оценке возможных последствий тех или иных шагов.

«Законоучитель вправе простить нанесенное ему оскорбление, но оскорбление, нанесенное законоучителю, не может быть прощено» — говорится в Талмуде. Это положение объясняется так: оскорбление законоучителя равнозначно самому страшному святотатству — оскорблению Торы. Этот принцип в равной мере применим и к отношениям между народами: если индивидуум, частное лицо вправе прощать нанесенные ему оскорбления и явные проявления неуважения, то народ, нация себе этого позволить не может.

В этом смысле нам не повредило бы начать брать пример с наших арабских соседей, и раз и навсегда усвоить, что наша готовность поступаться собственным национальным достоинством наносит огромный вред нашему международному престижу, в первую очередь, в арабском мире.

Еще совсем недавно Давид Леви и р. Овадья Йосеф были желанными гостями во многих арабских странах. Но после того, как Давид Леви провозгласил во всеуслышание, что Израиль должен придерживаться в своей политике принципа «кровь за кровь, дитя за дитя», а р. Овадья Йосеф сравнил арабов со змеями, им обоим дали понять, что отныне они являются в арабском мире персонами поп §га1а.

Мы постоянно поступаемся собственным достоинством в наших отношениях с арабским миром. Арабские деятели любых рангов соревнуются в публичных оскорблениях в адрес нашего народа и нашего государства, а мы живем по принципу «ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу». Самым явным тому примером являются наши отношения с Египтом.

В наших отношениях с Египтом давно не осталось и следа от принципа билатеральности — основополагающего принципа дипломатии и нормальных взаимоотношений между суверенными государствами. В этом деле равно грешны и «левые» и «правые» наши правительства. Никто ни разу не поставил на место зарвавшихся египетских политиков и не потребовал от нашего соседа уважения к элементарным нормам международных отношений. При этом важно понимать, что наша готовность поступаться этим принципом не приносит нам ничего, кроме вреда: арабы толкуют такое поведение как слабость и позволяют себе в отношении нас все больше и больше откровенного хамства, раз от разу ужесточая свою позицию и свои требования к Израилю.

Египетский министр иностранных дел Амру Муса кроет нас, на чем свет стоит, «не взирая на лица» и не давая себе труда задуматься о том, какую реакцию с нашей стороны может вызвать его откровенное хамство. Зачем ему стесняться, если мы раз за разом проглатываем любые оскорбления?

Египет последовательно добивается всемерного ослабления нашего государства, его руководство предпринимает решительные меры для ликвидации стратегического отставания от Израиля. И, действительно, это отставание становится все менее явным. Чтобы изменить ситуацию нам надо решительно изменить практику наших отношений с арабами. Чем раньше мы это сделаем, тем будет лучше для нас. Следует стукнуть кулаком по столу и четко объяснить египтянам, что мы не потерпим проявлений неуважения к себе. Иначе никакие проблемы в наших отношениях с арабскими соседями решены не будут — напротив, они будут все более усугубляться. В качестве первого шага нам следует прекратить практику «визитов в одном направлении» — паломничество наших руководителей в Египет при полном отсутствии ответных визитов с египетской стороны. На Востоке с его традиционным мировоззрением подобное поведение однозначно воспринимается как признание вассальной зависимости, старшинства: вассал отправляется «на поклон» к сюзерену — обратное невозможно. Другими явными примерами вопиющих нарушений норм международных отношений является упорное нежелание Египта в течение без малого пяти лет (2000–2005) возвращать в Израиль отозванного посла и прямое вмешательство руководителей египетской разведки в дела ПА. Мы просто не вправе смотреть сквозь пальцы на подобные демарши.

Нам также следует выдвинуть ряд требований (а не челобитных, не слезных просьб) к Египту: прекращение египетских интриг и подстрекательства среди бедуинов Негева; пресечение поставок наркотиков через египетскую границу и отказ от разнузданной антиизраильской и антисемитской пропаганды. Мы должны недвусмысленно дать понять египтянам, что применим все свое влияние в Конгрессе и в общественном мнении США для того, чтобы оказать соответствующее давление на Египет. Именно Египет — первая арабская страна, с которой мы заключили мирный договор, выполнив все ее требования к нам, стала источником самых серьезных наших проблем со стороны арабского мира, во всяком случае, во всем, что не касается оружия массового уничтожения.

Наши бесконечные уступки египетской стороне отнюдь не умеряют ее аппетиты: напротив, они только разжигают их и делают Египет все более несговорчивым и требовательным в отношении Израиля. Уже в истории тяжбы о жалком клочке земли в Табе египтяне наглядно продемонстрировали всем, на каких принципах они намерены строить свои отношения с нами. Упорное нежелание египтян поступиться парой квадратных километров спорной земли (после того, как мы уступили им огромные территории Синайского полуострова, со всеми его природными богатствами, выстроенными нами объектами и даже городом) — это ли не было явным выражением презрения к нам и нежелания видеть в нас равноправных партнеров. Как и во множестве случаев впоследствии, Израиль поступился собственным национальным достоинством, собственными интересами, покорно уступив египтянам все, что они потребовали. Подобное наше поведение вопиюще противоречит соображениям здравого смысла, элементарным нормам государственного мышления и уважения к себе как к нации и суверенному государству.