Ничего личного. Книга 3
Шрифт:
Томас виновато развел руками.
– Прости, друг, ничего не могу поделать. У нас тут четкое разделение обязанностей: я заведую бизнесом, а мой брат – людьми. Он не лезет в мои дела, а я – в его. Так что поищи другого, поверь, в городе полно бездомных.
– Да! – выкрикнул Генри, выпячивая грудь. – Черта с два я его отдам, это теперь мое! Ай!! Паршивец, как ты смеешь кусаться?!
Мальчишка едва не полетел на пол от сильной пощечины, но Генри крепко держал его за руку.
– Я тебе щас руки переломаю, гаденыш, и зубы выбью, чтоб больше не смел… Э? Ты! Свинья! Че творишь?!
Амадео метнулся вперед и выхватил мальчика из лапищи Генри.
– Не смейте его бить, – голос оставался таким же – без чувств, без эмоций. Ксавьер, услышав этот тон, посоветовал бы Томасу не перечить компаньону, но Ксавьера тут не было.
– Да с какого перепугу, это моя собственность, что хочу, то и делаю! А ну отдай мне мальца, ты, девка с улицы! – Раскинув руки в стороны, Генри надвигался на Амадео, как медведь, готовясь задушить в смертельных объятиях.
Тот отступал к окну, прижав к себе ребенка, и нащупывал пистолет под пиджаком.
– Ты его не получишь, чертов садист.
– Охрана!! – заорал Томас, бросаясь к двери. – Сейчас же… – Позади раздался выстрел и звон стекла, и он разочарованно топнул ногой. – Сто раз просил перенести мой кабинет на второй этаж! Охрана! Он дал деру, догнать!
– Этого длинноволосого урода можете грохнуть, мне плевать! – бушевал Генри. – Подстрелите мальчишку – три шкуры спущу!
Томас бухнулся обратно в кресло и нервно хихикал.
– Какой позор, у двух взрослых мужчин украли мальчика. – Он взял папку со стола и отправил в мусорное ведро. – Обойдется. Я не потерплю такого оскорбления. А чтобы не мешала эта чертова линия, возьму и уничтожу ее на хрен! Идиотская страна с идиотскими людьми!
Амадео гнал так быстро, как возможно, беспрестанно поглядывая в зеркало заднего вида. К счастью, в это время дня дорога не была загружена, и он быстро добрался до Северного квартала. До офиса Ксавьера оставалось еще несколько улиц, но Амадео счел неразумным ехать прямиком туда.
Неразумным? С губ сорвался нервный смешок. Испортить отношения с партнером во время первой же встречи – вот что неразумно. И опасаться пули в спину, так как по-другому разрешать конфликты эти звери, похоже, не приучены.
Заглушив мотор, он повернулся к сидевшему на заднем сиденье, как мышка, мальчугану.
– Мы приехали.
Тот ответил несмелой улыбкой.
До офиса добрались без происшествий – видимо, Томас Хендриксон был не таким дураком, чтобы нападать посреди улицы, и Амадео позволил себе немного расслабиться. Мальчик обвивал ручонками его шею и с любопытством оглядывался по сторонам.
Ксавьер жутко разозлится, что Амадео провалил задание, но теперь это казалось неважным. Гораздо важнее было то, что Генри больше не притронется к этому ребенку, не изобьет его…
В затылке вспыхнула боль, а перед глазами – мелкие звездочки. Амадео осел на асфальт, чувствуя, как ноша выскальзывает из рук. Словно сквозь толстый слой ваты до него донесся громовой голос Генри:
– Получил, поганый ворюга? Держи еще.
Левая сторона лица моментально онемела от удара. Во рту появился привкус крови. Амадео кое-как сфокусировал взгляд, изо всех сил стараясь не потерять сознание, и искал глазами мальчика.
– Мало? – Генри хрустнул костяшками пальцев. – Сейчас добавлю. Будешь знать, как красть у меня!
Амадео дернулся, но вырваться из железной хватки двух дюжих молодцов не удалось. Генри замахнулся, и следующий удар наверняка размозжил бы Амадео нос, но тут прозвучал выстрел.
После наступила полнейшая тишина. Только шорох шагов идущего к ним Ксавьера нарушил ее. Йохан держал пистолет наизготовку, целясь в Генри. Мрачно обозрев открывшуюся картину, Ксавьер вперил взгляд в Томаса, который выскочил из автомобиля, как ошпаренный.
– Что здесь происходит?
– Господин Санторо! – залебезил Томас. – Какие люди! Генри, поздоровайся, как я тебя учил!
– Че? – рыкнул тот. – С этим? Ых… – После хорошего тычка под ребра он поклонился едва не до земли. – Здрасьте, вашу мать…
Ксавьер даже не взглянул в его сторону.
– Выражаться будете у себя на родине. А я еще раз спрашиваю, что здесь происходит.
– Мы… Мы всего лишь хотели забрать свою собственность, господин Санторо, и только! – продолжал унижаться Томас. – Ваш посыльный забрал у нас мальчонку, а это нехорошо, ой как нехорошо…
Глаза Ксавьера сверкнули серебряными молниями, ладони сжались в кулаки. Йохан крепче стиснул рукоять пистолета и не отводил дула от Генри.
– Какого еще, к черту, мальчонку, я спрашиваю, кто позволил вам поднимать на него руку!
Всхлип, раздавшийся у ног, заставил Ксавьера опустить на мгновение голову. Мальчуган, весь в грязи, перемешанной со снегом, в уголке губ запеклась кровь. Левая щека подозрительно побагровела, кажется, скоро тут будет хороший синяк. Он вскинул голову и уставился на Ксавьера невероятно большими зелеными глазами.
– Простите… – Он шмыгал носом, грязными кулачками размазывая слезы, градом катившиеся по лицу. – Это все из-за меня… Простите… Он не виноват, пусть его перестанут бить, пожалуйста!
– Да отпустите вы меня уже! – Амадео снова дернулся, но никто и не подумал послушаться. Громилы только таращились на босса.
Приказав Йохану ни в коем случае не убирать оружие, Ксавьер поднял мальчика на руки. Дорогой костюм тут же пропитался дорожной грязью, но он не обратил внимания на досадную мелочь. Ребенок доверчиво прижался к нему, перестав плакать.
– Раз мой друг привел его, значит, этот мальчик здесь и останется. Если будут какие-либо вопросы у тебя, Томас, или у твоего тупоголового брата, я быстро их решу, поверь мне. Так и знал, что с тобой будут проблемы.
– Какие проблемы, господин Санторо, – слащавости голоса могла бы позавидовать бочка меда. – Мы просто подумали, вдруг пацан будет вам мешать… Вы же все-таки деловой человек, зачем вам дети… Вы, двое! Убрали свои грабли, идиоты!
Амадео наконец смог подняться. Его слегка пошатывало, левая скула пульсировала болью, но в остальном он чувствовал себя вполне сносно.
– Заходи в офис, Амадео, я сейчас буду. – Ксавьер потрепал мальчишку по волосам и передал его другу. Дождавшись, пока они скроются внутри, выхватил у Йохана пистолет и двинулся к Томасу, на ходу передергивая затвор. – Какого черта. Ты. Трогаешь его своими руками, кто позволил тебе спускать своих псов на моего человека!