Чтение онлайн

– Какое красивое место, – восхитилась я. – Смотрите, вон там, в глубине стоит небольшой магазин. Купите, мне, пожалуйста, воды, если есть нельзя, вот у меня пятьдесят рублей.

Василыч, не слушая возражений Мыколы, повернул к магазину. Петро вошел внутрь, а мы остались в машине. Через несколько минут оттуда послышался выстрел. Мыкола переглянулся с водителем и, пригнувшись, подбежал к магазину. Василыч рывком открыл дверь, а Мыкола с жутким воплем туда ворвался. И тишина

Я не знала, что и думать, мы посидели еще немного, прислушиваясь. Все тихо. «Это что же делается? И на Украине стреляют? Я думала только на Кавказе. Все! И здесь бандиты! Посмотрели Харьков!»

Я заметалась, не зная, что предпринять. Ключи были в машине. Можно бы улизнуть. Но все равно дорог не знаю, опять заблужусь, и потом меня могут догнать, вон девятка стоит, и ребят жалко. Неплохие ребята. Посмотрев в бардачке, я нашла там отвертку, там же лежала зажигалка и тряпки. Пока еще не зная зачем, прихватила это с собой.

Я вылезла из машины и, пригнувшись, спряталась за кустом. Андрей тут же увязался за мной. Велев ему сидеть тихо и не высовываться, сама мелкими перебежками добежала до девятки и отверткой проткнула все колеса. На случай погони.

Оказывается это очень тяжело – проткнуть толстую шину. У меня мелькнула мысль, что машина эта может и не бандитская, хотя не знаю, какие марки машин предпочитают бандиты на Украине. Но, как говорится, дело сделано. Оглянулась на Андрея. Он сидел за кустом и не двигался. «Молодец», – мысленно похвалила его, и стала искать второй вход.

Он оказался позади дома, и дверь была приоткрыта. Может мне сымитировать пожар, тогда они выскочат, а я вначале спрячусь, а потом попытаюсь помочь ребятам. А вдруг их уже того, убили? Не буду думать о плохом. Как я им помогу, – пока не знаю. Вспомнились кадры из кинофильмов, где пленников связывали, а положительный герой, устроив небольшой пожар, чтобы отвлечь внимание злодеев, с ножом в зубах подкрадывался незаметно и перерезал веревки, освобождая пленных. Зажигалка с тряпками для пожара есть, вот ножа нет. «Идиотка! Это же магазин, там наверняка полно ножей» Но эта мысль меня не вдохновила, а наоборот стало страшно, и почему-то задрожали коленки.

Подбадривая себя, я подкралась к двери, вошла и прислушалась. Из соседнего помещения раздавались приглушенные голоса.

Я огляделась по сторонам. Видимо, здесь находилась подсобка и кабинет «в одном флаконе», с одной стороны стояла раковина, разделочный стол, напротив был письменный, заваленный бумагами, и повсюду навалены коробки с продуктами. Нож был один и огромный. Что им делают, таким огромным? Господи! Таким и убить можно. От этой мысли я вспотела и задрожала еще сильнее. Зря я поддалась доброму порыву. Надо сматываться отсюда и поскорее. Только развернулась к двери, как взгляд упал на перочинный ножик. Он лежал на коробе, видимо, им веревки разрезали. Вот этот, пожалуй, подойдет. Так, теперь надо устроить небольшой пожар. Какую-нибудь банку найти. «Вот эта кастрюлька подойдет. Напихаю сюда тряпок, по-моему, от них дыма много и подожгу».

Тряпки задымили, я приоткрыла дверь в торговый зал и просунула туда кастрюльку, а сама, взяв нож в зубы, залезла под письменный стол.

– Ой, лышенько, пожар! Рятуйте! Рятуйте! – Заголосил женский голос, наверное, продавщица.

– Орыся Богдановна! Не рвите себе нервы, – успокаивал ее мужской голос. – Хлопцы помогут.

С жутким грохотом затопали сапоги, и солдаты вбежали в подсобку. Они бестолково метались по комнате, поливая все из огнетушителя. Белая пена красивыми хлопьями покрыла все вокруг. Я осторожно высунула голову и увидела всех троих солдат, в дверях маячила необъятных размеров тетка, а за ней небольшой мужичок, который все время подпрыгивал, поскольку за женщиной ему не видно было, что здесь творится. «Кажется, здесь происходит, что-то не то, – подумала я. – Надо незаметно выбираться отсюда»

– Ой, лышенько, все пропало, все продукты попортили! Шо теперь робыть!? – Продолжала вопить в дверях тетка.

– Орыся Богдановна, не зробите себе давление! – Увещевал ее мужичок.

– Да! – взвизгнула женщина, – Тарас Иванович! Вам хорошо, а хто это убирать будет? А убытки?

Я уже доползла до двери, и тут

– Ой, мамочки, это шо? – Она увидела меня. Я сделала рывок и уткнулась носом в чьи-то сапоги. Подняв голову, увидела нахмуренного Мыколу.

– Шо це таке? – Удивился он, помогая мне встать на ноги.

Он осторожно взял нож, который я с такой силой сжала зубами, что теперь никак не могла разжать их.

– Я хотела вам помочь, – сквозь зубы выдавила я.

– Як? – Он, наконец, осторожно вынул нож.

– Ну, вы же побежали, а там стреляли, я подумала, бандиты грабят, и пошла на помощь.

– Ой, лышенко, еще и храбят! – Опять заголосила Орыся Богдановна.

– Кого охрабилы? – Подскочил мужичок.

– Да никого, – с досадой сказал Мыкола.

– А это хто? – Мужичок из-за плеча продавщицы показал на меня. В ту же секунду входная дверь открылась, в нее просунулась голова Андрея со словами: «Не надо так говорить, она вас сейчас убьет», – и закрыл дверь.

– Убивают! – Завопила, что есть мочи тетка.

– Да, не кричите, женщина, уши от вас заложило! – Гаркнул Петро и обратился ко мне:

– Ты шо? Нас от бандитов спасать пришла?

Я кивнула. Тут комнату огласил хохот. Смеялся Васильич, вытирая слезы, за ним начал смеяться Петро, смешно приседая и хлопая себя по коленкам, Мыкола не выдержал и тоже засмеялся, морща нос и показывая на меня пальцем. Не смеялись продавщица, маленький мужичок, которому удалось, наконец, протиснуться мимо нее в комнату и я. «То ли еще будет, когда они увидят девятку со спущенными колесами». Орыся Богдановна и Тарас Иванович подсчитывали убытки, поскольку коробки с продуктами были залиты пеной.

– А стрелял кто? – Спросила я.

– Та я крысу убил, а, эти прискакали, напухали до смерти. Тьфу, – Тарас Иванович явно был расстроен. «Так и знала, это хозяин, а я колеса проколола. Ну, уж в этом не признаюсь ни за что».

– Ну, звыняйте, нам пора, – Петро взял пакет, две бутылки с водой, и мы вышли на улицу. Там стоял Андрей и задумчиво смотрел на девятку, которая стала несколько ниже.

– Пойдем, Володенька, – ласково обратилась я к нему и потянула его за руку, но он, как назло, заартачился и показал на колеса. Солдаты остановились

– Это ты зробил? – Спросил строго Петро.

– Фаня, – односложно ответил тот и показал на меня.

– Зачем?!

– Я не нарочно, я не знала, чья это машина. Подумала, что бандитская, и чтобы не догнали, ну понимаете… вот, – и отдала отвертку Василычу. Все молча смотрели на меня. «Вот всегда так бывает. Хочешь, как лучше, а получается, как всегда»

– Я думала – вас там убивают! – В отчаянья крикнула я. Они так заржали, что краска бросилась в лицо.

– От, це дивчина! – Василыч хлопнул меня по спине. Я воодушевилась.

– А ну сидайте быстрее в машину, а то хозяин сейчас выскочит, мало не покажется, – повторять не пришлось. Я первая запрыгнула туда. Когда все уселись и поехали, они начали смеяться надо мной, вспоминая все происшедшее.

– На, Фаня, поешь, – Петро достал из пакета хлеба и нарезанную колбасу. Я кое-как смастерила бутерброды, дала Андрею и стала с наслаждением жевать.

А потом я заснула и Харьков так и не посмотрела. А жаль. Когда еще придется. Нас провели в комендатуру. Ребята нас передали вместе с документами другим военным, тепло с нами простились и ушли. Ну, думаю, сейчас опять начнется про Фаню Каплан, но слава тебе Господи нас вызывали по очереди. Вначале, Андрея, потом меня. Передо мной сидел совсем некрасивый немолодой и лысый дядька, но добродушный на вид.