Чтение онлайн

Убедившись, что исследователи, все таки, удалились, Мист подозвала Воина и провела его обратно в Сторожку, после чего привычно выглянула наружу между досок, оглядывая территорию. Был день, и, значит, шанс напороться на кого-нибудь живого был намного выше — тем более, что с началом каникул нынешних студентов обычно начиналось паломничество студентов будущих, алчущих поступления, в сопровождении мамок, нянек, домашних педагогов и прочих ненужных людей.

В самом деле, так оно оказалось и на этот раз: вероятно, будущие студиозы дожидались конца занятий и экзаменов в окрестных трактирах, чтобы ломануться в Университет в первый же возможный день.

И, несмотря на то, что растущая популярность родного научного гнезда не могла не радовать, сейчас толпы бродящих вокруг создавали нездоровую атмосферу ажиотажа. К тому же, среди взволнованных людей, кажется, промелькнула серая ряса служителя Единого, и, вероятно, даже не одна, что вообще было из ряда вон. Вот с кем Воину не стоило сталкиваться — так это с кем-то из Видящих. Он даже под дурачка закосить нормально не может — да и первая же проверка простых показателей покажет, что сердце у него бьется не так, и дышит он едва-едва, и вообще — кругом ересь какая-то.

— Знаешь что, — сказала она Воину. — Посиди-ка ты тут. Я схожу, возьму вещи, вернусь. Ты отсюда никуда не уходи, разве что прямо нос к носу с тобой будут. Тогда сбегай, и возвращайся позже, только осторожно. Договорились? Кукла проклятущая, — вздохнула она. Воин никак не показал, что ее услышал и выполнит приказ, но Мист знала, что так и будет. За все прошедшее время бок о бок он ни разу не саботировал распоряжения Мист, и выполнял их с достаточно высоким уровнем точности и разделенного понимания. Мист подозревала, что багровая магия каким-то образом создает для них некое общее поле смыслов, когда некоторые вещи даже не приходилось объяснять. Наверняка, с марионетками Ардоры, которые были куда более просты и примитивны, было бы куда сложней. Если такие слова как “простой” и “примитивный” были вообще применимы к конструктам такой сложности и силы.

Оглядев еще раз застывшего, как часть местного хаотичного нагромождения вещей, Воина, Мист вздохнула и пошла наружу, постаравшись выбраться так, чтобы не сразу попасться на глаза людям. Она прошла, пригнувшись, под зарослями, чьему разрастанию поспособствовала за год, обходя Башню, вырулила с другой стороны примыкающего к ней склада побольше, и тут же ощутила неприятный холодок за загривке, словно чьи-то внимательные, пристальные глаза нашли ее среди летнего полдня, несмотря на все ухищрения.

Мист резко обернулась, расслабляя зрение, чтобы поймать движение прячущегося следящего, но вокруг не оказалось ничего похожего. Ни один взгляд, кажется, не был направлен на нее, и ни один человек вообще не обращал на нее внимания. Однако, всегда оставалась вероятность того, что наблюдатель просто был лучше спрятан, чем Мист умела замечать — или же наблюдение было, в той или иной мере, магическим, что, конечно, не прибавляло энтузиазма.

Зато было очевидно, что Воина она оставила прятаться не зря — никакого лишнего внимания к нему она точно не хотела, так что им в самом деле надо было бы сменить обстановку.

— Час от часу не легче, — проворчала она, печатая шаг по направлению к главному корпусу, где было проще всего в такое время отыскать лэри Акринну. То тут, то там Мист продолжала ощущать на себе посторонний взгляд, но источник его так и не смогла обнаружить.

Пойманный за рукав университетский служащий подтвердил, что Акринна ведет беседы с алкающими поступления в зале событий, и Мист двинулась туда, по дороге обходя целую очередь, выстроившуюся в коридоре.

— Куда! — окликнули ее возмущенно, когда она взялась за ручку двери.

— А? — не поняла она, оборачиваясь.

— Тут очередь, барышня, между прочим!

— Я преподаватель, между прочим, — ответила она.

— Видали мы тут таких преподавателей! Мест мало, и вот такие бесстыжие рвутся вперед честного народа, врут в глаза, — продолжила возмущаться объемная дама ростом не меньше самой Мист и в пару раз крупней. — Ну-ка, пошла в конец, шавка паршивка!

Она схватила Мист за куртку, рубашку и даже бинт под рубашкой, оттягивая ее назад. Мист почувствовала, что бинт с треском отрывается от полузатянувшейся раны, срывая корку, и кровь сочится наружу, быстро пропитывая слои ткани, и в голове у нее что-то сдвинулось, быстро и непоправимо. Она шагнула вперед, выбрасывая вперед руку, резко опуская ее на вытянутую руку противницы, заставляя ее согнуться, на секунду переплетаясь и налегая, чтобы от боли в выворачиваемом суставе женщина последовала за подсказкой тела, и, совершив что-то похожее на странное танцевальное па, упала с плюхом на пол.

— Не стоит хватать преподавателей руками, так и скажите своей деточке, — предупредила Мист, отчаянно храбрясь, хотя снова было больно и на плече под плотной тканью куртки растекалось кровавое пятно. — Тут так не принято.

Мист демонстративно развернулась, налегла на дверь и вошла в зал, сопровождаемая гулом опомнившейся очереди.

Так странно, разве кто-то специально учил ее таким вещам? Но общение с Торреном, кажется, оставило на ней куда более глубокий след, чем можно было представить.

Лэри Акринна подняла строгий взгляд на звук открываемой и закрываемой двери, и Мист слабо махнула ей рукой, мол, это я.

Однако, взгляд профессора не стал после этого мягче. Наоборот, кажется, она нахмурилась еще хуже.

— Коллега, продолжайте, — сказала она подслеповатому профессору Шанделу, который вместе с ней вел допрос очередного юного соискателя на предмет хотя бы средней образованности и умеренной культурности. Дождавшись рассеянного кивка Шандела, Акринна остаточно торопливым, совершенно ей не свойственным шагом пересекла зал сама, показав Мист оставаться на месте.

— В Университете кишмя кишат Видящие, — сказала она без приветствия или иных социальных расшаркиваний. — У них пропал на нашей территории воин в чине Блюдущего за скверной, и у него была цель, якобы — беседа с вами, Ле Илант. Что вы об этом знаете, и где вы были, и что у вас с плечом, Эйн Всеблагой?!

— Нет, все-таки не Эйн, — автоматически пошутила Мист, хотя лицо Акринны никак не располагало к шуткам. — Вообще-то у меня в комнате кто-то умер. Но так как я понятия не имела, что это кто-то важный, я подумала, что это какой-нибудь мелкий воришка неудачно шею свернул, и просто его удалила. У него, знаете ли, не было написано нигде, что он Блюющий.

Знаешь, Торрен, ты живешь во мне, — подумала она. — Пока я использую твои приемы и шучу твои шутки. Ты бы мной гордился.

— То есть, вы его убили?

— Я нашла его мертвым. Что мне было делать?

— Вызвать стражников, — Акринна приложила ладонь к своему лбу. На лице ее была написана такая безотчетная тревога, что даже полному бревну стало бы ясно, что дело серьезное. — Где сейчас тело?

— В неизведанных далях. Достать обратно нельзя.

— Почему с вами вечно все сложно? С самого начала, с первого же момента?