Ничейная пешка
Шрифт:
Как он и ожидал, комната оказалась маленькой, но ухоженной. Узенькая, всего метра два, зато вытянутая и с большим окошком в конце. Всё убранство составляли чистый столик, два стула, шкаф, за дверью крючки с разными платьями и полка с женской мелочёвкой. Треть всего места занимала аккуратно застеленная кровать, под ней деревянный тазик с замоченным бельём, метла, щётки и прочий уборочный инвентарь. В конце комнаты, под самым потолком, плотная занавеска отделяла от общего пространства небольшой закуток. За ней, у самого окна, стояла ещё одна кровать. Она то и привлекла его внимание.
Точнее дощечка, лежащая на кровати и торчащая из-под занавески. Соу сделал шаг чтобы взять её, но Найя, опрокидывая мебель, бросилась ему наперерез.
— Нет! Не тронь её!
Глаза женщины горели холодной решимостью, а трясущиеся руки крепко сжимали нож. Из-за занавески выскочила маленькая девочка и зажмурившись от страха обняла тоненькими ручками мать.
Соу аккуратно отвёл острие в сторону, медленно протянул руку и взял с кровати доску, исписанную староимперским алфавитом.
Глава 20. Законы крыс
На следующий день, как только проходы между внутренним и внешним городом открыли, Соу отправился домой. На воротах вместе с Мираей его уже ждал Клаус Фетлир.
Зам декана и глава их Малого Круга начал извиняться ещё до того, как Соу успел поздороваться с ними. Мирая молча стояла рядом опустив голову. Судя по всему, она искренне сожалела, о том вчерашнем срыве.
Клаус Фетлир собирался везти их в академию и экстренно собирать Малый Круг факультета, чтобы помочь двум магистрам мирно и цивилизованно решить возникший конфликт. Но Соу на отрез отказался, заявив, что конфликта нет, и не было.
Магам своё решение он объяснил тем, что всю ночь размышлял и наконец понял причину, по которой некоторые его поступки кажутся им…странными. Керрийцы никогда не встречались с такими как ОН, поэтому неправильно оценивают его сильные и слабые стороны.
Он, в свою очередь, из-за частичной потери памяти и языкового барьера, также не всегда понимал смысл тех или иных поступков уважаемых магов. Вчерашнее недоразумение никак не повлияло на его отношение к магистру Квиллис. Пусть формально она повела себя недостойно, но, в тоже время, она помогла ему посмотреть на ситуацию с другой стороны. И он благодарен ей за это.
По крайней мере, именно такую мысль пытался донести керрийцам Соу. И, видимо, его более-менее поняли, так как лица обоих магов уже не выглядели такими встревоженными.
Вместо академии все трое поехали домой, и, чтобы ещё как-то взбодрить их, Соу даже частично согласился с одной из претензий Мираи. Последнее время, он действительно недостаточно усердно подходил к своим тренировкам. А ведь демон, подобно тому что напал на них в крепости, может появиться в любой момент, даже сейчас.
И, пока внимание Магистров было отвлеченно на того попаданца, Бесстрашный подсунул им другую мысль. Хоть керрийская магическая школа и очень сильна, но, пока Соу не найдёт подходящих для себя формул, он будет тренироваться по собственной методике. Единственное о чём он хотел бы попросить магистра Фетлира, это посодействовать в допуске на тренировочный полигон факультета боевой магии, и найти ему преподавателя по разным видам оружия ближнего боя.
Старший сержант не успел ещё придумать хоть сколько-нибудь разумного обоснования, зачем ему учиться обращаться с колющим, рубящим и режущим, как зам декана уже пообещал сделать всё что в его силах. А затем снова начал извиняться и предлагать собрать Малый Круг. Видимо Соу всё же не до конца поняли…
— Магистр Бесстрашный. Это очень благородно с вашей стороны, но оскорбления…
— Сильного мага не ранит простое оружие, и простое слово. — Выдав эту весьма спорную с точки зрения смысла метафору, Соу постарался сделать максимально мудрое и пафосное лицо, чтобы сидевшие напротив него магистры задумались, и о “семейном” скандале не вспоминали как можно дольше.
Мираю такой исход вполне устраивал, и она даже начала вести себя более-менее обычно. А вот заместитель декана никак не унимался. За общим завтраком Клаус Фетлир всё порывался снова поднять этот вопрос, но Соу каждый раз его одёргивал. Заявляя, что никакого инцидента не было, а если и был, то он полностью исчерпан. Каждый раз при этом приходилось добавлять какую-нибудь идеалистическую сентенцию в духе, магия непостижима в познании; не аура делает мага сильным, а маг ауру; все маги братья; в здоровом теле — здоровая аура…И это отвлекало скрупулёзного любителя формальностей поиском скрытого смысла в каждой глупости.
*
Честно говоря, это Найя натолкнула Соу на идею подыграть магам. Ему, почему-то, даже в голову не приходило притвориться таким же гордым, самодовольным и всезнающим как они. Хотя абсолютно все упорно пытались увидеть в нём эти качества. И начать он решил с козырей…
Если раньше магистр Бесстрашный разговаривал с магами с позиции силы неосознанно, то теперь он планировал, как сказала Мирая, “использовать подобающим образом” местную антинаучную, антигуманную и античеловеческую идеологию (кто сильнее — тот и прав) в своих целях.
Разумеется, в жизни всё было гораздо, гораздо: в разы, на порядок сложнее. Благодаря образованию и воспитанию, маги, хоть и считали себя избранными сверхлюдьми, которые могут и имеют право поступать как считают нужным, всё же вели себя не так нагло и цинично, как должны были бы согласно собственных “догматов”. Самых отпетых, тех кому избранность слишком сильно ударяла в голову, ставила на место инквизиция. Остальные, по большому счёту, вели себя как обычная аристократия. С той лишь разницей, что для сильных магов (чем сильнее маг, тем ярче это выражалось) обычные дворяне были таким же людьми, как и крестьяне…почти такими же.
Окружающие прекрасно видели, что обладающие магической силой не просто говорят о своём превосходстве, но и подтверждают его на практике. Причём во всех аспектах жизни. Начиная с науки и искусств, и заканчивая смертоубийством себе подобных, — везде лучшими были маги. Это могло человеку нравиться или не нравиться. Но вопрос исключительности, силы и права магов повелевать остальными даже не стоял.
В школе Колька смеялся, когда молодая комсомолка в подвёрнутой юбке повязывала ему, хулигану и троечнику, пионерский галстук — символ идей, в которые уже никто из его поколения не верил…В середине девяностых, потеряв страну, пройдя войну, повзрослев и набив шишек, он уже с ностальгией вспоминал своё не самое идеальное детство…Прошло ещё три года, началась вторая война. Страна, кажется, начала вставать с колен, его жизнь вроде бы снова приобрела смысл, но…принципиально ничего не поменялось. Так старший сержант Петровский попал в реальность, где о ВСЕОБЩЕМ (не только для магов) равенстве ещё никто даже не задумался. Он с самого начала остро почувствовал неправильность и несправедливость этого мира. Но, из-за того, что превосходство магов не просто идеологическая надстройка, а объективная реальность, он долго не мог понять в чём ошибка.
За две недели во внешнем городе, исцеляя бедняков и играясь в супергероя, Магистр Бесстрашный ни на шаг не приблизился к ответу. Он даже начал от него потихоньку отдаляться. Зато Солдат Удачи или просто Соу, нашёл его за один вечер.
***
Поняв, что огромный, страшный, богато (по меркам Добряка) одетый мужчина, утверждающий, что он не работает на Червя, не собирается, причинять ни ей, ни дочери вреда, Найя убрала нож (не далеко) и начала говорить.
Сперва она утверждала, что это обычный керрийский, и ей незачем учить дочку мёртвому языку, на котором уже полвека никто не говорит. Для её кота ответ может быть и сгодился, но Соу было всё очевидно — на староимперском не говорят. На нём писали, пишут и будут писать все маги Керрии, Каланда и прочих мелких герцогств и княжеств континента.