Чтение онлайн

Однако, едва он убрал руку с ее рта, как монахиня истошно завизжала:

— Немедленно убирайтесь!..

Райли тут же снова зажал ей рот левой рукой, а правую сунул в карман брюк, выхватил оттуда «кольт» и направил его дуло прямо в лицо монахини, чтобы она могла хорошенько разглядеть оружие.

— Думаете, я шучу? — спросил он угрожающим тоном, наклоняясь к самому ее лицу. — Только попробуйте еще раз открыть рот — клянусь вашим богом, тут же пристрелю! Вам ясно? Кивните, если ясно.

Глядя Райли прямо в глаза, монахиня очень медленно кивнула.

— Значит, договорились, — сказал Алекс, разжимая руку. — Тогда давайте побеседуем. Итак, как вас зовут?

Казалось, плотно сжатые губы женщины сдерживали вспышку ярости, и потребовалось время, чтобы они снова раскрылись.

— Кто вы такие? — спросила она, еле сдерживая гнев.

— Здесь вопросы задаем мы, — язвительно ответил Райли, вновь направляя на нее оружие. — Повторяю еще раз: как вас зовут?

— Вы думаете, что можете испугать меня этой пукалкой? — с вызовом ответила монахиня. — Выстрел услышат по всему городу, и уже через минуту сюда сбегутся солдаты.

Тогда Джек выхватил нож, отобранный у одного из караульных, которые, вероятно, так и сидели под деревом — связанные и с кляпами во рту.

— А если вот так? — глумливо спросил он.

Монахиня нервно сглотнула.

— Это дом Божий, — ответила она чуть менее надменным тоном. — Никто не вправе входить сюда с оружием. Здесь нечего брать.

— Мы не собираемся никого грабить, — объяснил Райли.

Но монахиня, судя по ее жестам, так и не успокоилась, более того, была близка к панике.

— А зачем тогда вы здесь? — встревоженно спросила она. — Предупреждаю, если вы поднимете на меня руку, гнев Божий падет на вас...

— Успокойтесь, бабуля, — ответил Джек, растягивая губы в улыбке и убирая нож. — Я вовсе не собираюсь резать вас на кусочки. Поверьте, я не настолько ужасен.

— Скажите, как вас зовут и что это за место, — снова потребовал Райли.

Монахиня как-то странно на него взглянула.

— Монастырь святого Рафаэля, конечно же.

— А вы...

— Сестра Каридад Дивина, — представилась она наконец. — Мать-настоятельница сестёр-доминиканок в Бельчите.

— Рад познакомиться, сестра, — ответил Райли. — Это — сержант Алькантара, а я — лейтенант Райли, мы оба из Интернациональных бригад.

Услышав эти слова, монахиня в ужасе отпрянула, откинувшись на спинку стула, как будто увидела самого дьявола.

— Красные! — ахнула она.

Райли пришлось снова зажать ей рот.

— Не орите, — приказал он твердо. — Мы ничего вам не сделаем. Я лишь хочу задать вам несколько вопросов. Понимаете?

Гордый взгляд монахини сменился испуганным, и на мгновение Алекс подумал, что по отношению к другим монахинями наверняка совершались зверства, раз их приход вызвал такую реакцию. Конечно, черная одежда и покрытые сажей лица, а также появление через окно тоже внесли свою лепту.

— Успокойтесь, пожалуйста, — убеждал он монахиню, дружелюбно ей улыбаясь и убрав оружие. — Мы всего лишь хотим знать, можно ли как-нибудь пройти отсюда в церковь, не выходя при этом на улицу. — Потом он вновь убрал руку и шёпотом произнёс: — Только, пожалуйста, не кричите.

Монахиня, казалось, немного успокоилась, по крайней мере, она смогла говорить.

— В церковь? — спросила она. — Но зачем? Что вам делать в церкви? Вы хотите украсть иконы? Неужели для вас нет ничего святого?

— Мы же вам сказали, что не грабители, — заявил Джек, теряя терпение. — Мы лишь хотим освободить нескольких крестьян, которых арестовали националисты, и думаем, что их заперли в церкви.

Райли искоса взглянул на сержанта. Он не собирался рассказывать монахине подробности, во всяком случае, не сейчас.

— Крестьян заперли в церкви? — удивленно переспросила она. — С чего вы это взяли? В моей церкви никогда никого не запирают.

— А в другой? — спросил Алекс, указывая в окно. — Вон в той, на другой стороне площади?

— В церкви святого Мартина Турского? — ещё больше растерялась она. — Но с какой стати там должны кого-то запирать? Для этого есть комендатура.

— Кто их знает, может быть, арестовали слишком много народа и в камерах просто нет места. В общем, у нас есть основания считать, что их держат именно там.

— Наверняка для ареста есть причины, — воспряла духом монахиня. — Уверена, они тоже красные, — добавила она с презрением. — Поделом им.

— Ах ты ж, чертова су... — не сдержался Джек.

— Сержант! — одернул сержанта Райли, прижав ему руку к груди, а затем, повернувшись к монахине, процедил сквозь зубы: — Сестра Каридад, иногда я забываю, ради чего сражаюсь на этой войне, но всегда находятся люди, подобные вам, которые помогают мне это вспомнить.

— Я ничего вам не скажу, — повторила мать-настоятельница, скрестив на груди руки. — Делайте со мной что хотите, но я не намерена вам помогать.

— Можно подумать, кому-то захочется с тобой что-то делать! — буркнул Джек. — Ишь, размечталась, старая ведьма!

— Уймись, Джек, — бросил Райли. — Все равно это не поможет. — Затем он повернулся к монахине. — Я лишь прошу показать нам, как незаметно проникнуть в церковь. После этого мы уйдём.

Галисиец многозначительно откашлялся и выглянул в окно.

— Мы же вам сказали, — продолжал уговаривать ее Райли. — Поверьте, мы не собираемся причинять вам неприятностей, сестра Каридад, нам лишь нужно найти этих людей и вывести их из города до рассвета.

— Я вам ничего не скажу, — надменно повторила монахиня.

Райли многозначительно посмотрел на сержанта, и тот чуть заметно кивнул.

— Ну что ж, — произнёс Райли и, резко дёрнув за шнур, сорвал штору. — Джек, заткни-ка ей рот!

Галисиец вытащил из кармана грязный платок и завязал монахине рот.

— Как вы сме... — это было последнее, что она успела выговорить.

Райли тут же заломил ей руки за спинку стула, на котором она сидела, и связал их шнуром от сорванной с окна шторы, пока Джек устраивал складывал на полу кучу из бумаги, Библии в красивом переплёте из бараньей кожи и тяжеленного фолианта, посвящённого житию святого Доминика Гусманского.