Чтение онлайн

Юэйра вскочил, раскрыв рот, и бросился наружу, размахивая руками. Деанта кинулся было за ним, но Сатья задержал его.

— Деанта, господин. Хочу, чтобы ты знал. Земля мертва. Нам неоткуда взять сил, кроме как из себя. На много не хватит, и мы, скорее всего, умрем, и я, и Нельрун, и Науринья. Знай и не очень надейся.

Деанта вздрогнул. Сатья говорил спокойно, буднично.

— Я понял, Сатья. Благодарю тебя.

Женщина и девочка-подросток на бледно-желтой дороге. Они шли странно — почти бежали. Похоже, так было уже долго. Потом появились еще люди. Они шли за женщинами на некотором расстоянии, охватывая их полукругом, не нагоняли и не отставали. Но когда женщины остановились, люди останавливаться не стали. Они опустили копья и так же неспешно, не убыстряя и не замедляя шага, продолжали двигаться. Женщины снова побежали. Люди продолжали идти за ними. Люди были в белом. Их было восемь. Двое были очень молоды. Почти дети. И лица у них были спокойны — ни радости, ни ужаса. Просто спокойствие. У тех, что постарше, была хотя бы злоба, хотя бы ухмылки.

У Деанты вся кровь словно собралась в середине груди и оттуда с жаркой силой ударила в руки и ноги.

Порой из шерга выгоняли преступника в Пустыню, гнали, не давая останавливаться, пока он не падал. Гнали на шилорогах. И оставляли там. Он помнил, как сам гнал в пустыню Шаарху. Ему было не больше лет, чем этим, белым. Но он уже прошел обряд и потому был мужчиной. А мужчина должен отвечать за свои проступки. Мать Шаархи выла и волоклась следом за Малленом, хватая его за ноги. Но великий Маллен не слушал. Если хочешь выжить в шерге — блюди его закон. И если изнасиловал десятилетнюю девчонку — отвечай за свою мерзость по полной.

Но они гнали преступника, пока он не падал, и оставляли там. А эти просто загоняли женщин. Поднимали и гнали, не удосуживаясь прикончить…

А Юэйра уже несся вниз с воплем. Оставалось только рвануть за ним — своих не бросают.

***

Майвэ проснулась от какой-то шумной, тревожной возни и суеты. Вылезла из мехового мешка, пригладила волосы и пошла к невысокой арке. Там шумели. Тревожно, суетливо. Короткие фразы, чей-то плач. Глухие, сдерживаемые стоны. Майвэ на всякий случай нащупала нож на поясе.

На земле лежали тела. Она быстро подошла. Нельрун, Сатья. Оба бледны, словно из них выпустили всю кровь, неподвижны. Руа и Сохора.

— Они живы… госпожа…, - выдохнул почти беззвучно Науринья. Он сидел, его поддерживал кто-то из Дневных. Голова его падала, он не был ранен, но терял сознание на глазах.

Юэйра тоже был ранен. Он дико дергался, куда-то рвался, лицо его было в крови, глаза белые и безумные. Полуголый, растерзанный, словно побывал в клыках у огромного хищника. "Тварь, наверное", — рассеянно подумала Майвэ. Над ним нависал Тэриньяльт, а Юэйра цеплялся за него, что-то сбивчиво бормотал и рыдал.

Адахья молча, скрестив руки, стоял у стены и мрачно смотрел на все это вместе с хмурым старым Эдеанной. Дневные окружали кого-то, сидевшего у стены. Это были девушка лет тринадцати и молодая женщина, обе в странных просторных белых одеждах. Грязных белых одеждах, запятнанных кровью. Еще двое в белом, двое мужчин, связанные, сидели в дальнем углу, и на них молча смотрел Деанта.

— В чем дело? — прохрипела Майвэ. Закашлялась.

Никто не отвечал ей. Все о чем-то говорили — она не понимала слов, возились с ранеными — она не могла понять, кого видит. Деанта, словно ощутил ее взгляд, подошел к ней.

— Сестрица, — сказал он, — давай поговорим с этими женщинами. Ты женщина, идем к ним, им легче будет при тебе.

Они подошли к женщинам.

— Не бойтесь, — сказал Деанта. — Теперь вам никто не причинит зла. Я — Деанта, сын короля и Анье Тианаль, пришел чтобы встать на Камень. А это госпожа Майвэ, дочь короля Ночи, моя сестра. Если мне не удастся, она встанет на Камень.

Девушки смотрели на них в каком-то помутнении. Они словно не могли поверить в то, что живы, что вот это все — на самом деле.

— Ты король? — сказала младшая. — Ты правда король?

Деанта сел на корточки, глядя ей в глаза.

— А ты что-то знаешь о короле?

Девочка-подросток закивала головой, не сводя с него темных распахнутых глаз. Старшая обняла ее и прижала к себе, молча глядя на Деанту.

— Да, в сказках говорят, что он должен прийти и встать на Камень. Но это же сказки. Кто им верит?

— Никто не верит?

— Почти не надеются, — хрипло ответила старшая, прижимая к себе девочку.

Деанта кивнул.

— А эту воду можно пить? — вдруг тихо-тихо сказала младшая, глядя на подземный ручеек в каменном желобе. Майвэ улыбнулась.

— Ты можешь без опаски пить эту воду. Здесь течет сила моего отца, короля Ночи, а он блюдет Уговор. Пей без опаски, сколько угодно пей!

Девушки переглянулись, и старшая осторожно зачерпнула воды горстью и сделала глоток. Застыла, прислушиваясь к себе. затем улыбнулась младшей.

— Пей.

Они пили так, как будто каждая из них была самой иссохшей пустынной землей. Майвэ смотрела на них и с радостью, и с жалостью. А Деанта подошел к раненому Юэйре.

Юэйра стонал и мычал сквозь зубы, еле сдерживая боль, как телесную, так и душевную. Майвэ видела, как он мотает головой, зажмурив глаза, пока из его плеча вырезали обломок зазубренного копья. Деанта стоял над ним вместе с Арнайей, суровый и неподвижный, но Майвэ почти физически ощущала исходящую от него ярость.

— Мне жаль твоих родных, Юэйра, — отрывисто, сухо говорил Деанта. — Но ты ослушался приказа. Из-за тебя погибли двое воинов, а барды, считай, еле живы. А нам нужна их сила завтра. Как ты возместишь урон?

Юэйра снова застонал, потом вскрикнул и обмяк. Деанта отвернулся от него к сидящим у стены двоим. Один был юношей с чистым, жертвенно-бесстрастным лицом. Второй — мужчина в годах, затравленно крутивший головой. Оба были в бригантинах поверх кольчуг, оба в белом, оба связаны. Юноша сидел неподвижно, равнодушный к своей судьбе, мужчина часто, неглубоко дышал и от него пахло страхом.

Деанта молча смотрел на них. Науринья, пошатываясь, подошел и встал чуть позади него и Арнайи, который тоже смотрел на пленных. Он явно видел что-то незримое другим.

— Почему вы гнали этих женщин? — спроси Деанта.

Юноша даже не пошевелился. Он словно не слышал ничего и вообще не осознавал, что происходит. Один из воинов пнул его, но тот лишь шатнулся как кукла, по-прежнему глядя широко раскрытыми глазами неведомо куда.

Науринья хмыкнул.

— Он не ответит, государь Дня. Он пустой. Шелуха. И наполнить ее нечем.

Деанта коротко глянул на него и кивнул.

— Говори ты, — бросил он мужчине в белом.

Мужчина сглотнул, облизнув сухие губы.