ЖАНРЫ

Ничто человеческое мне не чуждо
Шрифт:

Отойдя от холодильника, Дерек услышал треск как от помех телефона или телевизора. Покрутив головой, парень догадался, что источник звука находится в его мозгу. “Опять!” - мрачно подумал он. Однако, поверить в то, что он сходит с ума, было трудно. Внезапно голова взорвалась болью, невыносимой, жгучей, от которой мгновенно взмокла вся спина и на лбу образовались капельки пота. Дерек задыхался, и, пытаясь не закричать, укусил свою руку. В сознании звучало набатом: “Ты мой, Дерек, навсегда! От судьбы не уйти, расплаты не миновать! Слышиш-ш-ш-ш-ш-шь?!” - могильный голос порождал панику, сулившую помутнение рассудка.

Где-то рядом послышались торопливые шаги. “Сейчас заберут в психушку”, - была последняя мысль перед тем, как чувство осознания себя покинуло его. И он повалился на холодный пол.

Двери автоматически раскрылись, впуская низкого кругленького человека с водянистыми глазками и противной ухмылочкой, которая появлялась, как только Дерек попадался ему на глаза. Юноше этот человек не понравился с самой первой встречи, и он интуитивно старался держаться от неприятного типа подальше. Хотя весь остальной люд хвалил его за старательность и быстроту исполнения поручений.

Теперь мужчина гадко улыбнулся, видя бездыханное тело с безвольно раскинувшимися руками и ногами. Подойдя вплотную, он достал короткую деревянную палочку и, ткнув ею в себя, прошептал : “Ревелейт”. Тотчас с него как слой краски сползла кожа, а вместо человека довольно-таки терпимой наружности появился другой, с не вызывающей доверия физиономией - нос стал острее и чуть двигался, будто вынюхивая что-то, щеки расплылись жирными складками, тонкие губы кривились в застывшей навеки угодливой гримасе. Питер Петтигрю, по прозвищу Хвост, заклеймивший себя предателем единственных друзей за всю его жизнь.

Хозяин будет доволен. Верный слуга принесет желаемое хозяину, и тот наградит Хвоста за хорошую службу. Высоко подняв волшебную палочку, Петтигрю произнес заклинание переноса. Полыхнула белая вспышка.

========== Глава 3. Череда воспоминаний. Часть первая ==========

<right><i>Горе - самое стойкое из всех чувств</i></right>

После ужина Клэр зашла к сестренке, чтобы уложить её спать. Та заартачилась, не желая засыпать, не поиграв. Пришлось девушке побегать за ней, строить дворцы из кубиков и наряжать кукол, хотя жуткая слабость мучила её с… А когда же все началось? Скорее всего, после возвращения домой… Потом Мэри попросила сестру почитать ей сказку на ночь. Делать нечего, пришлось читать сказку про Золушку.

Поудобнее устроив сестру и подоткнув одеяльце, Клэр тяжело опустилась на пол рядом с кроватью четырехлетней Мэри.

– Жила-была девочка. Росла она в достатке, неге и холе, отцом и матерью воспитываемая… - но девочка прервала её:

– Что такое “в неге и холе”?

– Это значит, что девочку любили, оберегали и заботились о ней. Так вот, жила это девочка с… - но опять зазвучал детский голосок.

– А как звали эту девочку?
– на этот вопрос девушка чуть не зарычала в ответ. Сестренка любимая-то любимая, но всё же бывает такой приставучей! И тут же спохватилась - если плохое настроение, не стоит срываться на близких.

– В сказке не говорится об этом, но ты вполне можешь придумать ей имя сама, - тоном учительницы младших классов предложила сказительница. Девочка завизжала от восторга, даже подпрыгнула на кровати, так что Клэр пришлось силком укладывать разошедшуюся сестрёнку.

– Может, Анна? Нет, не слишком класивое. Лучше пускай будет Дженни! О! О! О! Я знаю - Малия! Плям как я!
– гордо посмотрев на старшую сестру, страшно довольная собой Мэри закрыла глазки. Полежав так с полминуты, девочка открыла глаза и строго посмотрела на девушку.

– Ну, я жду!
– и столько серьёзности было в её голосе и взоре, что девушка, запрокинув голову, расхохоталась.

– Клэл! Не смейся, а лассказывай мне сказку пло Малию!
– девочка нахмурила тонкие бровки.

– Ладно-ладно! Всё, перестаю смеяться, - закашлялась девушка. Сделав пару глубоких вздохов, она широко улыбнулась, всё ещё посмеиваясь.

– Итак, продолжим, - нарочито заунывным голосом затянула Клэр.
– Как-то раз мать девочки уехала. Далеко-далеко, - заметив, что Мэри открывает рот, Клэр приложила палец к губам, заставляя её замолчать.
– А мама пообещала Марии, что, когда приедет, заберет дочку с собой. Когда отец привёл в дом новую жену, его дочь долго не могла поверить, что отец разлюбил свою первую жену, её мать. Но девочке пришлось это сделать. Поверить в то, что отец неожиданно оказался под властью мачехи, что две её дочки теперь будут жить в замке, и, самое главное, в своё полное подчинение оказавшейся злой женщине. Мария теперь вставала раньше солнца, ибо мачеха приказывала с утра переделать кучу домашней работы, накормить-напоить животных во дворе, успеть принести завтрак в комнаты двух злобных дочерей, которые намеренно задевали и оскорбляли Золушку - так теперь звали Марию за её грязный, оборванный вид, - Клэр услышала писк сестрёнки:

– Ой, какая стлашная сказка!..
– но девушка её успокоила:

– Ничего, зато конец будет счастливый. Также мачеха приказывала Золушке тщательно выскрести всю посуду, прогладить, накрахмалить, постирать всю одежду, работать вдвое тяжелее слуг. А отец бедной девочки ничего не мог сказать против властной жены. Так вот и жили они: девицы наряжались, ездили на балы, ели роскошно, спали до обеда, а Золушка работала не покладая рук. Но девочка не унывала. Она ждала приезда своей настоящей мамы и каждую ночь рассказывала ей в письмах весь свой день, а потом клала под подушку - так она верила, что мама прочтет ее письма.

Так прошло несколько лет. Однажды правитель того королевства пригласил всех дворян на бал по случаю совершеннолетия принца. Семья Золушки тоже собралась на праздник. Разумеется, без самой Золушки. А Марии пришлось много похлопотать в эти дни: шить мачехе и её дочерям бальные платья, так как девушка слыла искусной мастерицей, закупать в модных магазинах все предметы туалета, - на этом месте Мэри сонно хмыкнула, но разговаривать у неё, похоже, сил не было, и Клэр принялась дожимать, - сама Золушка отчаянно хотела попасть на бал, но не посмела ослушаться мачехи, ночами мечтая о нём. Сама возможность увидеть короля и принца была настолько будоражащей, ведь девушка в душе осталась романтиком. И вот, день бала настал, - здесь Клэр заметила ровное дыхание сестрёнки, улыбнулась, поцеловала её в лобик и ушла.

Счастливый конец должен быть у каждой истории. Но его нужно… выстрадать. Так учат сказки. А вот что в реальной жизни?

***

Рухнув на кровать и подпрыгнув по инерции, Клэр замерла, нежась в тишине. Последние пару часов получились уж слишком шумными из-за капризов Мэри. Рассказывая сестре сказку, девушка сама не поняла, как у неё получается так гладко повествовать. Она никогда не говорила так хорошо, как сегодня.

Сладко потянувшись на кровати, она зевнула. Внезапно какая-то мысль проскочила у неё в голове. Что-то, что натолкнуло на мысль о Маргарет Стьютс - давней врагине Клэр. Именно из-за неё у девушки не было хороших друзей в классе. Именно эта белобрысая была инициатором всех ссор, драк и публичных оскорблений Клэр. Девушка сначала не оставалась в долгу, словом, словно хлыстом, осаживая особо настырных прихлебал Стьютс. Но, поговорив с родителями, перестала обращать на них внимание, сдерживая свою огненную натуру. И тогда, чтобы вылить свою злость без последствий для кого-нибудь, девочка начала заниматься всякими видами спорта: она ходила и на бокс, побывала на уроках дзюдо и карате, её видели и на занятиях по самбо, художественную гимнастику она легко освоила (правда, на начальном этапе попереломав себе некоторые кости, не специально, конечно же), её хвалили мастера спорта тхэквондо - но все виды боевых искусств Клэр рано или поздно бросала. Это случалось из-за неосторожных применений чрезмерной физической силы или порой входишь в такой раж, когда не видишь и не слышишь ничего, кроме спарринг-партнера. Ты желаешь причинить ему как можно больше боли. Хочешь, чтобы страдал. Ярость перехлестывает через край, погребая под собой чувствующего человека. Тогда даже у опытных и лояльных к девочке тренеров не оставалось иного выбора, как выгнать её из зала. Навсегда.

После смерти родителей, Джессики и Фрэнка Рэндомов, бабушку назначили их опекуном, и Клэр с с Мэри переехали в Литтл-Унгинг. Девушке пришлось искать работу - на бабушкину пенсию втроем долго не проживешь. Она долго не выбирала место работы, сразу решив работать в почтовом отделении. И тому есть причина.

Два лета назад 13-летняя Клэр гуляла по небольшому городку, в который приехала погостить у бабушки. особой цели не было - так, прошвырнуться. Подпрыгивая и напевая, девочка скакала по улице. Жара стояла несусветная, да плюс ещё пора отпусков - и движение машин было слабым. Поэтому девочка провожала взглядом каждый автомобиль, не забывая, впрочем, об осторожности. Оглянувшись посмотреть ещё одно авто, она замерла в восхищении: ярко-красная машина “Ferrari 599 GTO” бесшумно проехала в метре от девочки. Следя за движением машины, Клэр не сразу заметила паренька на коляске, сидевшего возле кирпичного магазинчика продуктов. Замедлив шаг, она подумала: подходить или нет? Отец ведь учил её помогать инвалидам и ни в коем случае не насмехаться над ними. Иначе судьба накажет за это. Клэр не очень-то и верила в рок, карму и так далее, но раз папа так сказал, значит, так и надо. К тому же, девочка, по своей сути, была добрым ребенком и в любом случае не обидела бы того, кто слаб и нуждается в помощи.

Поделиться с друзьями: