Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Ничто суть все

Парсонс Тони

Шрифт:

Поэтому мы постоянно обнаруживаем, что люди приходят на эти встречи и абсолютно не слышат, что здесь го- ворот. Ту фундаментальную вещь, которую здесь говорят, почти никогда не слышат. Это то скрытое послание, которое доступно, только если существует готовность к этому. Но оно спрятано под ворохом всего остального. Повсюду учат христианству, буддизму, традиционной адвайте, так называемой недвойственности. Существует много книг и учений, которые претендуют на то, чтобы называться учениями адвайты, но которые постоянно идут на компромисс относительно фундаментальной и пугающей тайны, которая содержится в самой сути слова «адвайта». Эта тайна состоит в смерти отдельной личности, а ее игнорирование или компромисс в отношении нее происходят из стремления к выживанию собственного «я».

Имеет ли тогда смысл вообще предпринимать в жизни какие-либо усилия ?

Пока вы в состоянии сновидения, кажется убедительным, что вы — личность, которая может совершить усилие, чтобы добраться из точки А в точку Б. Но если пойти еще глубже, то нет никого, кто может сделать усилие, и никого, кто мог бы перестать производить впечатление тою, что он делает усилие. Трудность в том, что люди предполагают, что это Тони Парсонс говорит, что ничего не надо делать. А дело вовсе не в том, что существует кто-то, кто ничего не может сделать или кому этого делать не надо. Дело вовсе не в этом. Дело в том, что нет никакой отдельной сущности, обладающей свободной волей и выбором. И в этом и состоит фундаментальное различие.

Вы всегда это знали ?

О нет, я этого никогда не знал. И до сих пор не знаю. Но было ощущение этого. Это передача не-знания. Это когда ничто говорит о ничто. Нет никого, кто бы это знал, и нет того, что можно было бы знать.

Но мне кажется, что у меня есть выбор, так как я могу или работать, или спать. Я могу делать что хочу. Поэтому мне кажется, что у меня есть выбор. Если я захочу выйти, то смогу выйти, или встать. У меня есть некий выбор.

В этом и состоит сон. Есть сновидящий, которому снится, что он решает, встать ли ему или нет. Приходит идея вставания, и сновидящий встает и думает, что это он принимает решение встать. В этом состоит сон. Вы никогда ничего не делали. Никто никогда ничего не делал. Все, что есть, это то, что происходит... с «никем».

Это могло бы происходить как-нибудь получше!

(смеется) Да. Это может быть неприятной борьбой. Пока там есть кто-то, который пытается что-то найти, все время неприятно. Когда мы обнаруживаем, что никого нет, то этот «никто» просто прославляет свою жизненность. И этого не избежать. Нельзя убежать от жизненности. Никто не может ее избежать, так как все уже ей являются. Поэтому не имело бы значения, если бы вы сейчас взяли и вышли из комнаты. Вставать и выходить из комнаты — это то, что происходит. Это жизненность. Есть только это. Есть только одно бытие.

А как же тогда ответственность?

Нет никакой ответственности. Никого нет. Никто не несет ответственность. Никто никогда ничего не сделал, поэтому никто ни за что не отвечает. Все, что, по всей видимости, произошло, по всей видимости и произошло.

Но ответственность тоже происходит.

Происходит сновидение и идея того, что существует некто, имеющий отдельное существование. Это сон. И идея о том, что он за что-то отвечает и что есть такие вещи, как причина и следствие, также возникает в этом сне.

+ + +

Что такое смерть ?

При смерти все, что приходит к концу, — это идея времени, всей этой истории, и борьба за поиск освобождения — просто потому, что, пребывая в отдельности, весь механизм организма тела-ума ищет единства. Когда этот мнимый организм перестает функционировать, что и происходит при смерти, то вся эта история с поиском единства заканчивается, и существует единство.

+ + +

Тони, я слышал, ваша жена говорила, что вы очень страстно всем этим увлечены.

Посмотрите на весь этот мир, в котором мы, видимо, живем. Он полон страсти. Он — абсолютная жизненность. И главное в нем — по-детски искреннее изумление перед лицом всего этого. Вот что он такое. В нем нет никакого другого смысла. Это не борьба между добром и злом. Это не история того, как куда-то идти. Это просто страстный взрыв жизненности. Вот и все. Это просто страстный взрыв бытия, который говорит тем, кто считает себя отдельными людьми, что существует лишь свобода.

Постоянно, в эту самую минуту, все в этой комнате буквально бомбардируются любовью посредством чувств, посредством всего того, что есть. И возлюбленный говорит: «Смотри, тебе не нужно ничем становиться или меняться, или что-то делать... Я уже здесь». Видите, как это поразительно. Это так поразительно просто и прямо. Только это и есть. Но мы всегда ищем там что-то другое. Какую-то концепцию, какую-то идею о том, что мы должны быть лучше. «Я должен быть лучше». А возлюбленный, идеальный возлюбленный, сидит у нас на плече, напол- ; няя нас жизненностью, и говорит: «Нет; ничем не нужно быть, то, что ты есть, — это уже целостность».

Есть только безупречная целостность, и это все, что • есть. Это удивительно.

+ + +

Вы говорите, что скука и депрессия — это жизненность?

Скучать... это единство скучает и пребывает в депрессии. Не может быть иначе. Освобождение абсолютно всеобъемлюще.

Этоум видит его определенным образом, правда?

О, да. Например, вся идея просветления видится уму определенным образом. Она состоит в том, чтобы быть очень прекрасным, любящим, прощающим, великодушным, спокойным и безмолвным. Ерунда! Это тюрьма.

Когда я говорю, что есть только это, то ум как бы отпадает, и действительно есть только это. И ум как бы склоняет голову.

Совершенно верно. Падает на колени и сдается.

Отпадает.

И занимает свое место в этом воплощении.

Да. Поэтому все дело — в распознавании?

Оно в том, чтобы быть тем, в рамках которого и происходит распознавание. Однако я пытаюсь сказать, что нет никого, кто бы мог это осуществить.

Да, это как будто «я» узнает само, себя.

Да, такое происходит, однако бытие все же находится за пределами такого распознавания, вместе с тем включая его.

Я слышал, что иногда ум может привести нас в это место.

Нет, безусловно нет. Ум — всего лишь сказочник, и не может постичь безвременное.

Но он может нас немного вести..

Поделиться с друзьями: