Чтение онлайн

Фима, не оборачиваясь, подняла руку и сложила пальцы в знак «окей». Александр остался в одиночестве, зажатый между стен коридора. На обоях угадывались места, где раньше висели фотографии или картины, а настенное бра было лишено лампочки. Здесь не было ничего, кроме его отчаяния и боли. Если он действительно проснулся и выбрался из временной петли, то других попыток уже не будет. И если Фима сгорит – это будет навсегда. И никто не даст ему сгореть следом или уйти в лес для службы духам. Нет, его заставят жить и тащить весь груз вины и боли, пока тот не сломает ему хребет. А когда это случится – оставят лежать на земле, пока время не возьмёт своё. Такими были условия сделки. Краем глаза Александр увидел, как небольшая тень мелькнула за поворотом. Он не стал преследовать, потому что знал – духи за ним приглядывают и следят, чтобы он выполнял свои обязательства. Тогда они будут выполнять свои.

Пиликнул телефон, по бедру прошла короткая вибрация. Александр достал смартфон и смахнул экран блокировки. Пришло одно новое сообщение: новая знакомая писала о том, как идёт её рабочий день и скинула фотографию из лаборатории. Александр сморщился, будто от боли. Ему так чертовски не хотелось ей врать. Делать вид, что рад её сообщению. Он зажал пальцем фотографию и выбрал одну из картинок-реакций. Хотел выбрать сердечко, но палец сдвинулся чуть правее, и рядом с фотографией загорелся миниатюрный огонёк. Александр горько хмыкнул и поставил телефон на беззвучный режим. Сообщения от Ольги вызвали в нём сейчас только раздражение.

Ещё раз глубоко вздохнув, мужчина зачесал пальцами волосы назад и помассировал затылок. Это помогло ещё немного успокоиться.

– Всего пара месяцев, – пробормотал он. – И мы поговорим.

Едва ли кто-то ждал магического совершеннолетия Фимы сильнее, чем ждал его Александр. Даже сама Фима не так ощущала томительное ожидание, ведь оно не причиняло ей боли. А ему – ежеминутно.

– Поговорим, – повторил он ещё раз и наконец ощутил в себе достаточно внутренних сил, чтобы пройти на кухню, где его уже заждались.

Ольга что есть сил старалась сконцентрироваться на тексте, который медленной змейкой рос на экране. Но то и дело глаза соскальзывали на лежавший рядом телефон. Тот не подавал никаких сигналов. Вздохнув, девушка вернулась к работе, но пришлось несколько секунд сосредоточенно перечитывать уже написанное, чтобы вернуться к своему ходу мыслей. В тишине слышались только мерный перестук клавиш, тиканье часов и чириканье стайки воробьёв под окнами. Наконец, телефон издал короткое «динь», на экране высветился пуш с уведомлением. Ольга тут же сняла блокировку и зашла в мессенджер, рядом с которым появилась цифра «один» в красном кружочке. Ей пришло сообщение с одной фотографией. На ней улыбающийся светловолосый парень показывал охапку белых зонтичных цветов.

«Букет, о котором мечтает любая девушка», – напечатала она в ответ и поставила смеющийся смайлик. – Вы огромные молодцы!«

Ответ пришёл почти мгновенно:

«Ну, я старался», – и довольный смайлик с румянцем на щёчках.

– Спроси же у меня что-нибудь, – бубнила Ольга, крутя телефон в руках.

Когда тот снова завибрировал, она вздрогнула и выронила его из рук. Несколько раз безуспешно попыталась поймать гаджет в воздухе, но гравитация была сильнее, и воздух пронзил громкий удар о кафельный пол. Ольга состроила грустную гримасу, глядя на паутинку трещин, которая тут же расползлась по экрану. Но её расстройство мгновенно исчезло, стоило увидеть пуш-уведомление: это снова было сообщение от Александра. И, слава Богу и Богам, душам и духам (она уже успела перенять эту присказку от тётушки Негомилы), в финале сообщения стоял вопросительный знак.

Ольга прижала телефон к груди и посмотрела на настенные часы. Без пятнадцати три. Что ж, она дождётся, пока минутная минует ещё пятнадцать делений, и вот тогда напишет сообщение. Не отвечать же сразу, в самом деле.

– Боже, как школьница, – буркнула она и снова потянулась к телефону. – Ерундой страдаю.

Она быстро набрала текст сообщения и замерла. Палец завис над кнопкой «отправить», будто та была накрыта невидимым куполом. Ольга не могла вспомнить, когда последний раз была увлечена кем-то ещё, кроме Красибора. Девушка нахмурилась и нажала кнопку блокировки, так и не отправив сообщение. Она крепко задумалась, вспоминая год за годом, будто снимая слои с луковицы.

– Да что же это такое, – смущённо проговорила она, судорожно перебирая воспоминания. – Быть не может.

Только сейчас она осознала, что за последние восемь лет не обращала внимания ни на кого, кроме зеленоглазого коллеги. Они встретились на посвящении в первокурсники. Ольга помнила, как к худощавому парню слетелись её новообретённые однокурсницы, и поначалу она даже не могла его разглядеть. Будто охранник на рок-концерте, его рыжий друг старался держать дистанцию между ними и девушками, но получалось у него не очень. Ольга тогда подумала, что это, должно быть, какой-то блогер из «Фотоплёнки» или «Тик-така», и не стоит даже тратить время на знакомство с ним. «Очередной зазвездившийся пустой придурок», – подумала она тогда и, фыркнув, сконцентрировалась на выступлении ректора. Но спустя какое-то время девушка заскучала и снова бросила взгляд на «фан-встречу» со знаменитостью. Девушкам пришлось рассесться по местам после того, как ректор отчитал их прямо со сцены и пригрозил отчислением, и Ольга смогла, наконец, разглядеть молодого человека. Это был обычный парень: тощенький, лохматый, в джинсах и нейтральной футболке с рукавами до локтей. «И чего они налипли?», – подумала Ольга с презрением, а потом Красибор повернулся, и глаза их встретились.

– Тогда-то я и пропала, – проговорила она теперешняя вслух и, несмотря на ощущение неловкости за себя прошлую, продолжила вспоминать.

Природная скромность не позволила ей в тот год присоединиться к девушкам, которые окружали Красибора весь первый семестр. Через полгода их запал поутих, а к концу первого курса все начали относиться к Красибору плюс-минус как ко всем остальным. Все, кроме Ольги. Её чувства не только не прошли, как у других, но ещё и крепли. Бережно оберегаемая внутри и не выплёскиваемая наружу, её влюблённость становилась всё более наполненной и настоящей. Сейчас, размышляя об этом, Ольга понимала, что, вероятнее всего, дар Красибора (о котором ей рассказал Роман всего лишь вчера, и новость о котором она до сих пор не переварила) подействовал на неё попервой, но потом всю работу уже проделала сама Ольга. Вечера за просмотром соцсетей в поисках новых фотографий и видео с Красибором, посещения спортивных матчей и выступлений КВН, в которых он участвовал – всё это было поленьями, которые она закидывала в костерок своей влюблённости.

Девушка вспомнила, как впервые заговорила с ним – это случилось только через пять месяцев после того, как они увиделись на выступлении ректора. Красибор тогда завалил зачёт – это было введение в обработку экспериментальных данных. Он тогда много возмущался, причитал, что вообще-то эта дисциплина должна была быть у них на третьем курсе и неудивительно, что половина группы получила неуд. Ольга же, сдав зачёт идеально, несколько часов набиралась смелости, чтобы подойти к нему.

– П-привет, – выдавила она, не зная, куда деть глаза.

– Привет, Оль, – удивлённо, но при этом дружелюбно ответил Красибор.

На секунду девушка уставилась на него. Это был шок – он знал её имя! На вторую секунду она уже пришла в себя и вспомнила, что вообще-то они однокурсники и имя её – не какой-то секрет. Просто он впервые обратился по имени к ней напрямую. И в тот момент ей показалось, что ничего прекраснее она ещё не слышала.

– Привет! – выпалила она снова. – Я слышала, ты завалил экспериментальные данные…

В ответ Красибор сокрушённо застонал и закатил глаза:

– Не понимаю, зачем было переделывать всю программу! Мы всё равно будем этими приборами пользоваться только через два года! А-а-а, бесит! – он поднял руки на уровень груди, повернул их ладонями вниз и сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. – Ладно, успокаиваюсь, ловлю дзен. Фух. Ты сама-то как, сдала?

– Ага, – выдохнула Оля.

– Класс, молодец! Мне кажется, ты единственная и сдала.

– Спасибо! – просияла девушка. – Если хочешь, я могла бы… Ну, если это нужно, а то, наверное, и не нужно совсем, ты же хорошо учишься, вряд ли тебе нужно… – Она замерла, вся как-то сморщилась и скукожилась, поняв, что несёт что-то несвязное. – Я, наверное, лучше пойду. – пискнула она и собралась уже ретироваться.