Чтение онлайн

Дамиан стоит посреди идеально круглого, ровного участка двора, раскинув руки, словно крылья, и, запрокинув голову, смотрит не то на рваные облака и прячущуюся за ними луну, не то на дождь и вспыхивающие то и дело в небе молнии.

Ромион, скорчившись за каменным холмом, жмётся в комок. Холм содрогается, перед Дамианом то и дело появляется и тут же исчезает серебристая сеть, её пронзают чёрные копья... Красиво, в общем. Что б такого сделать, чтобы они прекратили и смогли, наконец, по-человечески поговорить? Ромион же умный, он убедит Дамиана забрать сердце обратно и не становиться Тёмным Властелином!

– Правда, он прекрасен?
– звучит рядом знакомый голос.

Я оборачиваюсь: Туан стоит рядом, спиной привалившись к камню и, улыбаясь, смотрит на Дамиана.

– Клянусь, ему и самому это нравится, - добавляет Туан, и глаза у него при этом полыхают алым.
– Между прочим, молодец, что пришла, феечка.

Я пискнуть не успеваю, как он хватает меня за плечо и толкает к Дамиану.

Сеть, копья и прочие спецэффекты немедленно гаснут, пока я кубарем качусь под ноги Дамиана. Тот отмирает, наклоняется ко мне и... Стоп, а вот это уже плагиат! Я такое видела в «Звёздных войнах»! Дарт Вейдер обожал так делать. Ну, когда человека поднимают в воздух и вроде как душат, а он за шею хватается, дескать, опусти.

Я тоже хватаюсь, в ушах звенит, но я кое-как различаю голос Дамиана: он говорит, что если Ромион не сдастся, меня убьют...

Как это типично и шаблонно, задыхаясь, думаю я, скребя ногтями шею. А потом рубин-сердце ярко светится - и я падаю, с размаха, больно ударяясь спиной о каменные плиты двора. Сверху нависает изумлённый Дамиан. Я кашляю, весело думая про себя: «Ха, а ты думал, Ромион из-за меня тебе уступит? Щас!». Потом на нас падает серебряная цепь, и Дамиана отбрасывает в сторону.

А дальше случается сразу две вещи. Во-первых, рядом появляется Ромион и не хуже своей скрипки орёт мне на ухо: «Зачем?!» А во-вторых, он ещё успевает оттолкнуть меня под защиту своего каменного холма и окружить белым сиянием - прежде чем его пронзает чёрное копьё Дамиана.

Всё случается буквально в мгновение ока: я успеваю только поднять голову, а свет Ромиона гаснет и, нелепо подняв над головой руки, король Сиерны застывает. В прямом смысле. Статуей. Каменной.

Наступает оглушительная тишина.

Дамиан, встряхнув руками, подходит ближе. Сначала, кажется, с опаской, потом всё увереннее. И, улыбаясь, говорит:

– Вот так, братец, ты выглядишь намного лучше.

Я отчётливо понимаю, что сейчас самое время где-нибудь спрятаться, помолчать, переждать... Но когда волнуюсь, мозги у меня просто не работают и чувство самосохранения куда-то пропадает. Так что не думайте, что я окончательно свихнулась (хотя чего уж там, я и сама так думаю). И сама себе тоже говорю: «Куда ты лезешь, тебя уже раз чуть не придушили!» Это всё очень красноречиво и в тему, но абсолютно не помогает и не убеждает. Сейчас.

– А ну расколдуй его обратно!

Дамиан поворачивается ко мне, удивлённо смотрит и вдруг спрашивает:

– Ты кто?

Нормально - он меня ещё и забыл! Это мою злость только подстёгивает.

– Твоя совесть!
– кричу я в ответ.
– Он твой брат, Дамиан! Ты не можешь так просто взять и превратить его в камень!

Дамиан наклоняет голову к левому плечу и задорно усмехается.

– Ах да, я вспомнил тебя, фея. Теперь ясно, почему я не смог тебя убить... И да, Виола, вообще-то могу. Видишь ли... Я могу всё, - и выбрасывает вперёд руку.

Мимо меня летит чёрная волна, какая-то жуткая, потому что в ней ещё что-то колышется, дёргается и даже не то стонет, не то жужжит. И этой волной относит обратно к дворцу гвардейцев Ромиона и, кажется, его придворного мага.

Дамиан улыбается.

– Видишь, фея? Всё просто.

– Но... но...
– Ладно, признаюсь, аргументы кончились. На самом деле, очень сложно их найти, эти аргументы, когда стоишь в порванной сорочке на ветру, под дождём, ладони и колени расцарапаны в кровь, шея - один сплошной синяк, а твой бывший парень швыряется людьми, как куклами.
– Дамиан, но послушай! Давай... Давай решим всё спокойно! Ты же не хочешь править миром, ты же не такой...

Дамиан в ответ удивлённо изгибает бровь

– Да нет, фея. Хочу. И с каждым мгновением всё больше, - он делает пару шагов ко мне, а я почему-то отступаю, пока не упираюсь спиной в каменную стену.
– А ты забавная, фея. Пожалуй, я не буду тебя убивать.

– Дамиан, да ты с ума сошёл!

Он усмехается, подходит ещё ближе и резко хватает меня за руку.

– А это я, пожалуй, всё-таки заберу, - он дёргает кольцо, чуть не ломая мне палец.
– На случай, если кто-нибудь такой же глупый, как ты или мой брат, снова решит запереть меня в клетке. Не выйдет.

Я ахаю, вжимаясь спиной в стену. Дамиан тем временем жёстко хватает меня за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.

– А я бы сделал тебя шутом, фея. Как думаешь, будет весело, когда я буду убивать всех твоих друзей, одного за другим, у тебя на глазах? Да, думаю, это будет весело.

Говорила Ромиону не запирать его в темнице! Теперь у Дамиана окончательно поехала крыша.

– Дамиан, ты же не такой!..

– А я изменился, Виола. Ты умудрилась и это не заметить? И знаешь, мне нравится быть...
– он смотрит мне в глаза и улыбается. Ромион превращён в камень, за его спиной гвардейцев мотает, как былинки на ветру, а Дамиан улыбается, - таким.

Я вижу за его спиной Туана, Дамиан замечает, наверное, как меняется мой взгляд, и оборачивается.

– Ну наконец-то. Ты заставил себя ждать.

– Молю о прощении, повелитель, - смиренно отзывается Туан.

Дамиан отмахивается - или просто так колдует, потому что меня вдруг поднимает в воздух. Правда, невысоко.

– Отнесите фею в темницу. И следите, чтобы она не умерла там раньше времени, - приказывает Дамиан непонятно кому. Может, своим подручным-духам?
– Когда я захочу шуток, она мне понадобится, - и, уже застывшему Туану: - Чего ты ждёшь? Превращайся. Это королевство должно узнать, что у него новый правитель.

Меня уносят - словно порыв ветра, мягко и аккуратно (правильно, Дамиан же сказал пока не убивать). И небыстро, поэтому я успеваю, вывернувшись, разглядеть, как тает фигура Туана, как он весь превращается во что-то, напоминающее громадный зажжённый факел; увеличивается в размерах, обрастает чешуёй. В тишине, под расчистившимся небом, в свете луны это скорее жутко, чем красиво. Но отчего-то очень уместно.

Потом ветер бросает в лицо горячие капли, я вскрикиваю и растираю их по щекам, а когда смотрю снова, перед Дамианом, склонив рогатую голову, стоит дракон. Такой, какого я ожидала бы увидеть в кино, а не такой, какие здесь вместо автобусов используют. Изящный, высокий, матово-чёрный, с очень знакомыми зелёными глазами.