Чтение онлайн

В уютной гостиной Оксаны Валерьевны мы пробыли минут тридцать. За это время она успела рассказать нам о себе практически все. Так мы узнали, что ей пятьдесят пять лет (надо же, я думал, ей около семидесяти), по профессии она бухгалтер и до недавнего времени проживала с мужем в городе. А пять лет назад, они приобрели загородный дом. Потом муж умер, и Оксана Валерьевна осталась одна. Правда, в городе у нее жила племянница и двое внучатых племянников, к которым она частенько наведывается с подарками.

– Мой муж коллекционировал маски. По работе он часто бывал в разных уголках света, и отовсюду обязательно привозил маски. В коллекции есть очень редкие маски. Хотите их увидеть?

Тоську слова о масках не заинтересовали, она методично уничтожала печенье, шоколад и вафли, запивая всё третьей чашкой чая. А я решил подняться с Оксаной Валерьевной на второй этаж и взглянуть на коллекцию её мужа. Дело в том, что у меня у самого дома есть две деревянные маски. Одну мне привез мой родной дядя из Новой Гвинеи, а вторую подарил друг отца. Её он приобрел, когда был на острове Корфу.

Для масок в доме была отведена небольшая комната, служившая одновременно и мини-гостиной. Оксана Валерьевна открыла дверь и пропустила меня вперед. Я заворожено рассматривал маски, борясь с желанием достать из кармана телефон и начать их фотографировать. Но мне было неловко. Почему-то казалось, Оксане Валерьевне моя идея придется не по душе. Поэтому я просто подходил к маскам и старался как можно лучше их разглядеть.

– Тебе нравятся маски? – спросила Оксана Валерьевна.

– Очень.

– Вот и мужу они нравились, а мне… – она пожала плечами. – Понимаю, что маски ценные, но я в них совершенно не разбираюсь.

Ничего удивительного в этом не было. Например, моя бабушка, когда приехала к нам в гости и увидела в моей комнате маску из Новой Гвинеи, заявила, что такой страхолюдине не место в квартире. Даже родителям сказала, чтобы заставили меня убрать маску из спальни, мол, та несет в себе негативную энергетику. А когда у меня появилась вторая маска, и я сказал, что это настоящее произведение искусства, бабушка предложила показать меня психологу.

Внизу громко загавкал Арни, Оксана Валерьевна занервничала, и я был вынужден спуститься следом за ней в гостиную. Мопс рвался на улицу, Тоська уже стояла у входной двери. Пришлось попрощаться и вернуться домой. По дороге до нас вдруг дошло, что мы даже не поблагодарили Оксану Валерьевну за чай.

– Расслабься, Гарик, она наверняка не обратила на это внимание.

Вечером, посмотрев кино, мы не спешили расходиться по комнатам.

– Найти бы нам какое-нибудь занятие, – сказал Ярик.

– Желательно с приключенческим уклоном, – кивнул Мотька.

– У вас утром уже было приключение, – заулыбалась Виолетта. – Неужели снова потянуло на подвиги?

– Газонокосилка – ерунда. Это не приключение, а так, баловство. Понимаете, ребят, как только мы сюда приехали, я сразу понял, что нас ждут приключения.

– И я об этом подумала, когда мы вышли из машины, – сказала Тоська.

По ее лицу нельзя было сказать, говорит она правду или сочиняет на ходу.

– Для приключений место не самое подходящее – ответил я. – Если бы мы оказались на необитаемом острове, тогда другое дело.

– Гарик, ты берешь крайности. Не обязательно тащиться на необитаемый остров, чтобы почувствовать себя Робинзоном Крузо. Достаточно включить фантазию и…

– И что? – Кира выжидательно посмотрела на Мотьку.

– А то! Приключения можно найти везде, главное, хорошенько осмотреться.

Тоська замотала головой.

– Осмотрелась. Ничего здесь нет.

– Моть, говори конкретно, – попросила Виолетта.

– Хорошо. Ну допустим… – Мотька постукивал пальцами по колену. – Кир, вы купили уже готовый к проживанию дом или строили его с нуля?

– Дом был построен и частично меблирован.

– Вот вам и приключение.

– Прикалываешься, Мотька?

– Дом огромный, есть цокольный этаж, множество помещений и коридоров. А если призвать на помощь воображение, и представить на минутку, что прежние хозяева, те, которые построили дом, имели много тайн, можно сделать следующий вывод. В доме имеются потайные ходы и комнаты. Мы можем заняться их поисками.

– Матвей, нет у нас потайных ходов, – смеясь, ответила Кира.

– Ты проверяла?

– Нет, но…

– И потом, Кир, – перебил её Мотька, – потайной ход потому и называется потайным, что не бросается в глаза. Даже твои родители могут о нём не догадываться.

– Вот понимаю, что Мотька несет чепуху, но мне уже не терпится спуститься на цокольный этаж и начать исследовать каждый сантиметр, – признался Ярик.

– И что нам мешает это сделать?

– Ребят, час ночи, давайте потерпим до утра.

– Кира права.

Чуть погодя девчонки ушли. Мы посидели немного, поболтали и тоже решили пойти к себе.

Прежде чем лечь, я шире открыл окно, чтобы было больше свежего воздуха.

– Зря, Гарик, комары налетят.

– Да их нет сейчас.

– Посмотрим на тебя завтра утром, будешь весь искусанный.

– Меня комары не кусают, у меня кровь невкусная.

– Ну-ну. Сказочник.

Сев на диван, я спросил:

– Моть, ты на самом деле планируешь искать на цокольном этаже потайные ходы?

Мотька рассмеялся.

– И ты повелся? Да я в шутку это сказанул, а вы восприняли всерьез.

– Я не воспринял, а вот Ярик клюнул. Да, Ярик?

– Он спит.

– Опять? Как ему удаётся отключаться за минуту?

Помолчав, Мотька проговорив:

– А с другой стороны, Гарик, чем чёрт не шутит, вдруг в этом доме действительно есть свои тайны?

– Даже если и так, нам вряд ли удастся их разгадать.

– Недооцениваешь ты себя.

Я лег, зевнул и закрыл глаза. Прошло минут пять, и я уже решил, что Мотька уснул, но вдруг услышал его шепот: