Чтение онлайн

Первым признаком зрелости человека должно быть сознание того, что не в его силах добиться всего, чего он желает. И как нелегко человеку перестроиться внутренне в этом отношении! Новорожденный ребенок сосредоточен исключительно на собственных желаниях. Ребенок не понимает, что мир не перевернется из-за того, что ему хочется есть. Он начинает понимать это, подрастая и сталкиваясь с фактами жизни, причем столкновения эти бывают иногда довольно болезненными. Подростку приходится понять, что Земля отнюдь не вертится вокруг него и что его "Я" не стоит в центре Вселенной. Зрелость приходит к человеку по мере того, как он понимает, что его желания должны быть согласованы с желаниями других людей. Многие до конца дней отказываются понять эту простую истину, и вся их жизнь проходит в борьбе с окружающими, с обществом. Они руководствуются концепцией о том, что человек должен только брать, не давая ничего взамен. Эта жизненная концепция нередко усаживает их в кресло психиатра.

Нежелание обуздать свои страсти, справиться со своим эго наделяет человека разрушительной силой. Иудаизм не рассматривает человека как существо изначально грешное. Человек может подняться выше ангелов, но он способен также опуститься до уровня животного. Человек наделен свободой воли, ему дана возможность выбора между добром и злом. Иудаизм учит нас самодисциплине, умению подчинять свои истинкты стремлению к добру.

Идя на поводу у своих желаний, человек не остановится перед тем, чтобы нарушить любые нормы морали. Такой человек представляет реальную опасность для окружающих, для всего общества. Способность владеть собой, сила воли и готовность бескорыстно помочь ближнему — это и есть святость. Но достичь святости — не такое простое дело, для этого требуются время и тяжелая работа над собой. Невозможно стать большим актером, ограничившись изучением учебников по театральному искусству. Нельзя стать художником, не беря в руки кисть и краски. Точно также нельзя стать праведником, ограничившись чтением лекций о праведном образе жизни. Стать праведником можно, лишь ведя праведный образ жизни. А для того, чтобы такой образ жизни стал естественным, "вошел в привычку", нужны постоянный самоконтроль, настойчивость и самодисциплина. Работая над собой изо дня в день, человек может воспитать в себе силы для служения высшим идеалам.

Иудаизм предписывает еврею выполнять заповеди Всевышнего, "мицвот". Система из многих десятков заповедей определяет ежедневное поведение еврея, направляя каждый его шаг. "Мицвот" учат нас владеть своими порывами и желаниями, помогают нам преодолевать наши недостатки, делают нас зрелыми людьми.

Иудаизм предписывает нам молиться трижды в день, утром возлагать "тфилин", произносить благословение, приступая к еде. Иудаизм обязывает нас позаботиться о том, чтобы еда эта была кашерной. Иудаизм обязывает нас не заниматься в субботу и праздники будничными делами и поститься в определенные дни, он обязывает нас соблюдать в семейной жизни особые законы ритуальной чистоты. Вся жизнь еврея должна определяться словами Священного Писания: "Во всех путях своих познай Его".

Это те самые "мицвот", которые еврею "нового типа" показались столь несовременными, бессмысленными, дикими. Это те "мицвот", которые наполняют смыслом жизнь каждого еврея и ведут его к высшему идеалу — к святости. Еврею "нового типа", сгибающемуся под тяжестью своего комплекса неполноценности, всеми силами стремящемуся обеспечить себе "хорошую жизнь” эти "мицвот" представляются ненужным пережитком средневековья, непонятно как сохранившимся реликтом древности. Ему не просто скучно соблюдать эти "мицвот" — ему кажется, что они тянут его назад, в затхлый мрак прошлого. В наш век прагматизма все, что не может быть научно доказано, следует выкинуть в помойное ведро, а к тому, что не имеет прямого утилитарного предназначения, нельзя относиться серьезно…

Современный американский еврей имеет весьма превратное представление о "мицвот". Не будучи знаком со всей системой заповедей, он приходит к совершенно ошибочным выводам относительно еврейской религии. Большинство американских евреев абсолютно безразличны сегодня к своей религии и культурному наследию. Все, что они знают об иудаизме, — это убогий суррогат из отрывочных фактов и расхожих полуправд. Они подобны слепому, уверенному в том, что он знает, как выглядит окружающий мир. Но "мицвот" составляют стройную систему только в своей совокупности. Чтобы понять их смысл и величие, надо познакомиться с иудаизмом во всей его полноте. И тогда нам откроется великолепие каждой заповеди, ведущей человека к добру и святости.

Шабал, еврейская Суббота создает в жизни еврея особую атмосферу, требующую от него отказаться в этот день от будничных дел и мыслей и посвятить время более возвышенным предметом, отдавая себе отчет в том, что его материальное благополучие зависит только от воли Всевышнего. Всевышний заповедях нам войти в этот день в царство спокойствия и гармонии, которое не должно нарушаться никакими посторонними действиями. В этот день за празднично накрытым столом собирается вся семья, чтобы обменяться впечатлениями за неделю, поделиться своими мыслями, услышать мудрые слова Торы из уст отца, который не убегает из дома на рыбалку или на футбол… Семья собирается вместе, чтобы в особой субботней атмосфере восстановить духовный заряд на следующую неделю. Субботние свечи, субботняя хала, субботние песни — во всем царит возвышенность и любовь. Как верны слова о том, что больше, чем евреи хранили Субботу, Суббота хранила евреев!

И вот эта еврейская Суббота показалась Сэмми ненужным пережитком прошлого… И не менее бессмысленными показались ему законы "каш-рута" — обременительные и мелкие ограничения требований его желудка… Ну, действительно, не являются ли они анахронизмом, когда на всех продуктах стоит знак качества? Сэмми не желает понять, что законы "кашрута" даны нам, чтобы отделить человека от животного, чтобы облагородить его природные инстинкты, придать им духовный смысл.

"Кого можно назвать героем?" — спрашивают мудрецы Талмуда и дают ответ: "Человека, управляющего своими желаниями". Удовлетворение голода — одна из важнейших биологических потребностей человека. Но для еврея еда означает нечто большее. Нет, иудаизм не призывает к аскетизму, напротив, он осуждает подход, согласно которому радости жизни классифицируются как "грех". Все, что Всевышний создал для пользы человека, не может быть греховным, и Талмуд говорит, что когда человек предстает перед Высшим Судом, ему задают, в частности, такой вопрос: "Насладился ли ты на земле всем, что создал для тебя Творец?"

Иудаизм не требует от человека отказаться от своих естественных желаний и потребностей. Он требует, однако, чтобы человек оставался человеком и не уподоблялся животному. Животным управляют его инстинкты, человек же обязан быть хозяином своих желаний. Иудаизм не требует от человека отказываться от тех удовольствий, которые представляет ему жизнь, но поведение его должно регулироваться четкими рамками морали.

Еврей, который готов потратить час или два на поиски кашерного мяса, проходя мимо мясных лавок, где продается высококачественная свинина, — такой еврей уже овладел искусством самодисциплины. Такой еврей найдет в себе силы пойти и на более тяжелые жертвы, если в том будет нужда. Человек, соблюдающий "мицвот", готов пройти нелегкие испытания во имя возвышенных идеалов. И если раздается крик о помощи и от нас требуется предпринять решительные действия, которые, возможно, принесут с собой неудобства, расходы, осложнения для нас самих, то куда труднее будет решиться на это еврею, привыкшему плыть по течению, привыкшему быть рабом своих желаний, чем тому, кто готовится к испытаниям каждый день, каждый час.

Смысл законов ритуальной чистоты, затрагивающих наиболее интимные стороны жизни, заключается в том, чтобы возвысить сексуальные инстинкты человека до величайшего из духовных понятий — любви. Упоминание об этих законах вызывает у современного скептически настроенного ассимилированного еврея презрительную усмешку, сопровождаемую пошлыми шутками. А тем не менее, именно благодаря этим законам еврей освобождается из плена одного из наиболее цепких инстинктов, получая возможность направлять его на самые благородные цели. И тогда супружеские отношения наполняются взаимным уважением и освещаются подлинным светом любви. Супружеская пара, соблюдающая законы ритуальной чистоты, избавлена от рабского угождение животным инстинктам и от многочисленных разочарований. Нет более прекрасных, гармоничных отношений между мужчиной и женщиной, чем те, что царят в настоящей еврейской семье. Талмуд говорит, что муж обязан любить жену, как самого себя, а уважать ее больше, чем самого себя. В окружающем нас мире любовь вытеснена сексом, а уважение к женщине отсутствует напрочь. К женщине относятся как к объекту удовлетворения сексуальных потребностей. О каком уважении, о какой любви здесь может идти речь? Если человек использует кого-либо в своих эгоистических целях, он не может питать к нему ни уважения, ни любви.

При помощи законов о ритуальной чистоте иудаизм учит нас строить свое отношение к женщине на совершенно других основах. Отношение мужа к жене основано на чувстве уважения. Женщина — личность, а не объект. Иудаизм учит человека относиться к своей жене как к полноправному партнеру и другу, с которым делятся мыслями, впечатлениями, переживаниями.

Так живет еврей. "Мицвот" ограничивают его, и они же делают его свободным. На протяжении всей своей жизни еврей несет нелегкое бремя заповедей, но бремя это дает ему возможность быть господином своих желаний. К сожалению, американо-еврейский Сэмми, чей кругозор ограничен удовлетворением животных инстинктов и горячечной погоней за деньгами, карьерой и преуспеванием, вряд ли поймет, о чем мы сейчас говорим. В поисках благополучной, свободной от антисемитизма жизни он отворачивается от богатейшего культурного наследия своего народа и от законов, данных нам Всевышним.

Только возвращение к еврейской традиции, к нашему многовековому культурному наследию может дать современному еврею понимание того, что такое hадар и что означает чувство собственного достоинства.

Пришло время пересмотреть, наконец, те концепции, которые евреи с такой страстью отстаивали — потому что им очень хотелось в них верить. Пора понять” что антисемитизм является неотъемлемой частью обществ, в которых мы живем, и объясняется это целым букетом причин: завистью, конкуренцией, шовинизмом, религиозной пропагандой и, наконец, — просто иррациональностью человеческого мышления. Все те идолы, которым современный эмансипированный еврей воскуривает фимиам, не помогли ему обрести покой и безопасность, которых он так жаждет.