Чтение онлайн

— Девочки, извините, у вас сейчас тут занятие? — спрашивает она.

— Да.

— Мне нужна Соловьева Николь. Она ваша одногруппница?

— Это я, — отвечаю с удивлением.

— Ректор просит Вас заглянуть к нему после первой пары. Я — его секретарь.

— Что-то случилось? — беспокоюсь я.

— Мне не сообщают, кого для чего вызывают, — дежурно улыбаясь, говорит секретарь. — Знаете, где находится кабинет?

— Найду.

— Тогда до встречи.

Женщина уходит, а мы с подругами в недоумении поглядываем друг на друга.

— Интересно, что ему от меня надо?

* * *

Еле дождавшись завершения первой лекции, я отправляюсь к ректору.

— Добрый день. Вы меня вызывали? — спрашиваю, заходя в кабинет.

— Вы — та самая Николь, как я понимаю? — улыбается мужчина. С виду ему лет 55–60, но выглядит он хорошо. Чем-то даже напоминает мне папу.

— Видимо, да, — нервно улыбаюсь я в ответ.

— Почему у Вас такой испуганный вид? Присядьте. Надолго не задержу, — успокаивает меня ректор.

Я присаживаюсь в кресло напротив и напряжённо жду, что он скажет дальше.

— Меня зовут Фёдор Иванович, и я наслышан от Вашей тёти о произошедшем с Вами, Николь. Надеюсь, Никита Громов Вас больше не беспокоит?

— Нет, спасибо, уже всё в порядке.

— Ну и отлично. Я вот по какому вопросу Вас вызвал… Понимаете ли, случаются разные ситуации… Администрация университета несёт ответственность за каждого учащегося, поэтому, у нас должны быть номера телефонов контактных лиц наших студентов. То есть тех людей, которым мы можем позвонить в случае необходимости. Например, в Вашей ситуации, после разговора с Ольгой Павловной, я позвонил отцу Никиты. Но, позже, заглянув в Вашу анкету, я увидел там лишь номера телефонов Ваших родителей. А ведь, как оказалось, вы живёте в Киеве с родной тётей. И раз она является родственником, который первым может среагировать на любую возможную ситуацию, (лучше пусть таких ситуаций не возникает, но всё же), то было бы неплохо, если бы её номер телефона также был указан в анкете.

— Фух, я уже было испугалась, что что-то случилось… — выдыхаю я. — Мне нужно оставить номер тёти секретарю?

— Ваша анкета всё еще у меня, так что можете продиктовать номер телефона мне и больше я Вас задерживать не стану.

Какое облегчение! Ему просто понадобился номер тёти, чтоб обеспечить мою безопасность. Мне даже не приходится доставать мобильник, номера всех своих близких я знаю наизусть. Недаром у меня лады с цифрами и математикой.

* * *

Какая же всё-таки Майя хорошая подруга! Я сейчас даже благодарна Громову за то, что запер меня тогда в раздевалке, и мы с Майей познакомились. Мало того, что она нашла для меня подработку, так ещё и везёт на собеседование, а перед этим свозила домой переодеться. Сейчас на мне сиреневые лосины, такого же цвета маечка в обтяжку и молочного цвета батник с капюшоном размера оверсайз.

В клубе нас встречает Алёна. Она стройная симпатичная девушка лет тридцати пяти. Красивая осанка сразу же выдаёт в ней человека, имеющего отношение к хореографии.

— Познакомьтесь, Алёна — это моя подруга Ника. Ника — это Алёна, руководитель шоу-балета Идиго, — представляет нас друг другу Майя.

— Приятно познакомиться, — говорю я.

— И я рада знакомству, — улыбается Алёна. — А если окажется, что ты ещё и классно танцуешь, так вообще несказанно обрадуюсь.

— Надеюсь, не разочарую…

— Тогда давай скорее переходить к делу.

Алёна проводит нас в основное помещение. Оно просторное и красивое. У дальней от входа стены расположена длинная барная стойка, слева — достаточно большая сцена, и ещё несколько подиумов находятся посреди танцпола, на них, видимо, танцуют пиджеи. Столы расположены в два яруса по периметру зала, но есть ещё и второй этаж. Оттуда спускается молодой мужчина, на вид ему до тридцати, симпатичный, стильный шатен с аккуратным ровным каре до подбородка.

— Это Сергей — наш арт-директор и, если всё сложится, то ещё и твой непосредственный работодатель, — знакомит нас Алёна.

— Вы не против, если я тоже понаблюдаю? — спрашивает парень. — Смущать не буду?

— Нет, конечно, — говорю я. Если меня будет смущать один человек, тогда как я смогу танцевать перед сотней? Хотя в этом клубе явно помещается намного больше.

Сергей усаживается за ближний к проходу стол и зависает в своём телефоне. А мы, тем временем, продолжаем общаться с Алёной.

— Какой у тебя размер ноги? — интересуется она.

— Тридцать шестой, — отвечаю, не совсем понимая, зачем ей это надо.

Алёна указывает на мои белые кроссовки и просит:

— Снимай их, мы как раз закупили новые туфли, там есть тридцать шестой. Ты же сможешь танцевать в туфлях?

— Смогу.

— Окей, минутку, сбегаю за ними, а ты пока ещё и кофту сними. Мне нужно видеть твою фигуру.

Майя присаживается за столик, а я снимаю толстовку и кладу её на диванчик рядом с подругой. Та ободряюще улыбается.

— У тебя всё получится, — говорит она.

Я улыбаюсь в ответ и снимаю свои кроссы. В этот момент возвращается Алёна с туфлями по типу стрипов на прозрачной платформе. Первое — хорошо, что платформа и каблук не слишком высокие, второе — хорошо, что я какой-то период занималась стрип-пластикой и уже знакома с такой обувью.

— Поднимайся на сцену, можешь размяться, а я пойду за диджейский пульт, выберу музыку. От тебя требуется импровизация, — ставит задачу Алёна.

Мы вместе с ней поднимаемся на сцену, потому что именно там расположен музыкальный пульт. Я делаю лёгкую разминку, разогревая мышцы и разрабатывая суставы. За это время успеваю привыкнуть к новым туфлям, придя к выводу, что они достаточно удобные. Видно, что Алёна ответственно подходит к выбору «экипировки» для своего балета. Это радует.

— Скажешь, когда будешь готова, — говорит хореограф.

— Уже, — отвечаю я, глядя на Майю, которая показывает, что держит за меня кулачки.

Я глубоко вдыхаю, и, как только раздаются первые аккорды, выбранной Алёной музыки, сразу же её узнаю. Это песня Highly Suspect под названием "16". Чувствую, как во мне пробуждается предвкушение, оно мелкими мурашками проносится по телу, сигнализируя о том, что скоро я получу свою дозу кайфа. Ох, как же я люблю это чувство! Музыка и сцена помогают мне выпустить наружу ту часть меня, которая обычно скрыта глубоко внутри. Я закрываю глаза, слегка улыбаюсь и начинаю двигаться. Какое прекрасное совпадение, что выбор Алёны пал именно на эту песню. Она мне очень нравится, и я рассказываю об этом своим телом. Ловлю на себе восторженные взгляды, что заводит меня ещё больше, купаюсь в энергии музыки и той энергии, которую даёт мне мой немногочисленный зритель. Когда до конца песни остаётся секунд тридцать, я разворачиваюсь и завершаю свой танец спиной к залу. Музыка заканчивается, но я не спешу оглядываться. Делаю несколько вдохов-выдохов, успокаивая сердцебиение и наслаждаясь аплодисментами, надо же, они мне аплодируют! А потом, широко улыбаясь, поворачиваюсь лицом к залу. Но моя улыбка тут же застывает и превращается в нервно натянутую. Рядом со столиком, за которым сидит арт-директор, стоит уже знакомый мне брюнет-аристократ, и с восхищением смотрит на меня.

— Ну ни фига ж себе! — читаю я по его губам, когда к парню приходит осознание того, кого он видит перед собой на сцене.

Костя, кажется, так зовут брюнета. Пока мы с ним стоим, уставившись во все глаза друг на друга, в моей голове лихорадочно мечутся мысли. Как он тут оказался? Что делать? Он же теперь обо всём расскажет своим друзьям! О нет! Ну почему?! Не стоило мне сюда приходить… Время, как будто замедляется, давая мне возможность переварить произошедшее.