Чтение онлайн

Я поднял и хотел отнести железяку в сторожку, но тут смотрю лестница к стене приставлена и так удобно, как раз напротив того места откуда флюгер свалился, ладно, думаю, сейчас поднимусь, вставлю штырь в гнездо и всё это пяти минут не займёт, так и вышло, да вот только, когда начал спускаться с крыши, чуть шею себе не свернул.

Шарю это я ногой, хочу лестницу внизу нащупать, а её нет. Что такое? Куда делась, ведь только что была? Уже и падать стал, в последний момент ухватился за ржавое кровельное железо..и повис, болтая ногами. Силы-то во мне слава богу много, подтянулся на руках и забрался обратно на крышу.

Сижу и думаю, какая же это сволочь моей смерти так возжаждала; поздно, на кладбище уже никого нет кроме меня, – последним ушёл Козлов – но ведь кто-то же лестницу специально убрал пока я с флюгером на крыше возился..не покойники ведь из могил повылазили – тут меня не проведёшь – а живой человек это сделал, конкретный, с таким расчётом, чтобы угробить Николая.

Посидел я на крыше, обдумывая своё глупое положение: кричи не кричи, кто теперь услышит? Хотя да, покричал немного для порядка, а потом влез в слуховое окно, пробрался через него на чердак – всё-таки там потеплее и просидел всю ночь на какой-то полуистлевшей лисьей шубе (уж не поляка ли безумного?), среди голубиного помёта, строительного мусора и подозрительного шороха.

Некто вонючий в темноте явно ходил вокруг меня кругами и костями пощёлкивал. Утром пришли могильщики, услышали мои крики и поставили лестницу на прежнее место.

Спрашиваю на следующий день Козлова: “Твоя работа? Ты это подстроил?”. В ответ он невразумительно пробурчал что-то вроде: откуда я знал что ты на крыше, смотрю лестница приставлена к стене – не положено это, вот и убрал.

Дни шли, на кладбище ничего особенного не происходило, покойники были там, где им и положено и если бы не постоянное присутствие Лизы, то и вообще скука была бы смертная. Козлов перестал со мной разговаривать, Лизавета Климовна тоже не приходила ни с какими проверками, не обращалась ко мне и даже ни разу не посмотрела в мою сторону. Я только издали наблюдал как она приезжала на дорогой чёрной машине, выходила и шла в свой кабинет на втором этаже замка, как раз над ритуальным залом. “Я гляжу ей вслед – ничего в ней нет, А я все гляжу – глаз не отвожу”. Так кажется в песне поётся..

Но всё же один странный случай со мной произошёл, впрочем может он и не такой уж странный, судите сами. Как-то раз вечером, сижу я в сторожке за столом и пью чай, и вот вижу в окно с неба спускается чёрный человек, далеко правда, плохо видно, но споро так к земле летит и с таким расчётом, чтобы прямиком, значит, на кладбище ему приземлиться. Я кружку с чаем в сторону и выбегаю на крыльцо. На небе ни облачка. Вечереет. Из-за елей луна вывалилась, и вот словно с луны этот господин и спускается.

Бросился я туда, куда он нацелился сесть, это же мои прямые обязанности порядок на кладбище поддерживать, палку взял для острастки – мало ли что, ведь такие гады бывают..А когда на место добрался, вижу висит на ограде пакет мусорный. Большой такой чёрный мешок, с какими обычно дворники по утрам выходят на работу. Вот так наваждение, что же это..соображаю, где-то в воздух его ветром подняло, переместило и сюда приволокло прямиком на могилу Анфисы Веригиной. Есть в этом странность?..Да вроде нет, вот только вокруг ни ветерка. Полное безветрие. Штиль, как говорится. Теперь смотрю на могилку, на памятнике фото юной девушки со скрипкой в обнимку. Её историю все знают. Играла она в камерном оркестре в нашей городской филармонии, но старый дирижёр в неё влюбился, умолял, клялся, ползал на коленях, она ни в какую, зачем ей такой любовник, тогда он подкараулил её после концерта и надругался в гримёрной..А скрипачка, что..полуребёнок, позора не выдержала и руки на себя прямо там и наложила. А может и сам маэстро Анфису придушил. Опросить его не удалось, он после этого совсем обезумел, да вскоре и умер. Смерть их развела по разным концам кладбища. Могила дирижёра заброшена, там одни сорняки.

Я смотрю на её фотографию, да это же вылитая Елизавета Климовна только на 10 лет моложе. И губки, и щёчки и глаза её.. А когда этот старый чёрт в любви ей объяснялся, она, наверное, покраснела от стыда и хлопала своими большими глазами. Да, трудно ребёнку мир понять, а миру понять ребёнка ещё труднее. Про это место мне кое-что рассказывали. Вот, например, земляника в лесу только-только цвести начинает, а у Анфисы на могилке уже налитые ягодки висят. Большие, красные как капельки крови. И так каждый год. А ещё кто-то в день её смерти живые розы приносит. А почему всё так? А кто ж его знает, видно кому-то так надо. Эх, прожить бы жизнь, чтобы рядом с тобой и травинка не шелохнулась..а никак не проживёшь. Если у смерти на тебя ордер выписан – нигде не спрячешься!..Даже безвредный старик и тот на твоей шее пальцы сомкнёт. Но это я так, для примера.

Не успел я вернуться в сторожку, как зазвонил телефон, и наглый голос в трубке заявил:

– Ты зачем к Анфисе на могилу ходил?

– Ну был, а ты кто такой?

– Больше не ходи туда…

И так этот голос меня вдруг разозлил, что я психанул и закричал в трубку:

– Ходил и буду ходить!..А хошь бы и сам Иван Грозный там лежал. Это моя работа, пока я на дежурстве, все могилы под моим присмотром. Понял, ты?

Но трубка уже молчала. И вот подумал я, а не устроило ли мне начальство таким образом проверку. Я человек новый, можно сказать ещё на испытании, а они порешили: узнаем, годится ли хромой Николай в сторожа. Спорый ли, умён, проворен, а может труслив и зря деньги получает?.. Начальство оно изощрённо в этих выдумках. Было у меня однажды… устроился я электриком в магазин, так директор мне такую проверочку устроил..Позвал в кабинет, якобы розетку починить, разложил везде деньги, банки с чёрной икрой…мол, давай Коля, работай, а я пойду пока покурю; а сам в замочную скважину сел подглядывать, – не проколется ли новенький, не даст ли слабину, а ну как засунет банку икры к себе в карман. А что, везде они одинаковые эти начальники, думают что деньги только для них придумали, а работяги свои гроши за зря получают.

Но, забегая вперёд, скажу: никаких последствий от этого звонка не последовало.

Но чтобы уж окончательно развеять сомнения, отправился я к Петру. Пётр, наша местная знаменитость, был он когда-то оперным певцом, люди ещё помнят афишы, Пётр Блинов – лучший баритон края. Но случилась беда, Петя запил по-русски и, изгнанный из театра, пустился во все тяжкие. В непотребном виде однажды попал под поезд, не подфартило, остался без ног. Вот так жизнь враз перекрутила Петруху, как прачка жилистыми руками половую тряпку. Теперь бедолага ездит на колёсиках, отталкиваясь деревянными утюгами.. При кладбище Петр лет 15, пожалуй, а то и больше, спит в коробке из-под телевизора, замаскированной в кустах, в дождь накрывается клеёнкой; по вечерам из коробки доносятся арии, то про какого-то морского гостя, то про царя Соломона. Но когда Петя поёт романс “Не спешат мои бедные кони”, слёзы не только у меня текут ручьём. Кажется, вот она, вся жизнь твоя гадкая на ладони уместилась.

Место здесь доходное, поговаривают что денежки у него забирает кто-то там на самом верху кладбищенской администрации, а за это уборщица ему каждый день шаурму приносит и водку, а иногда и поливает из шланга, для гигиены и от вшей; видимо дневная добыча безногого того стоит. На само кладбище его не пускают, но и от ворот, где он с утра до вечера сидит на своей каталке, не прогоняют. А ему больше и не надо. Все кто мимо идёт, кладут денежку ему в рваную шапчонку. Петя задубел на свежем воздухе: рыжая борода слилась с ноздрястой кожей апельсинового цвета, а от оперного певца остался разве что зычный голос, да грязный галстук-бабочка на шее.

Конец ознакомительного фрагмента.