Чтение онлайн

Вятский Свято-Троицкий кафедральный собор

По возвращении в Хлынов образ продолжал творить множество исцелений на месте, в Вятском соборе, и во время путешествия его по Вятскому краю. Уцелевшие соборные записи этого времени содержат описание множества их, начиная с 1557 года по 1711-й включительно, по нескольку чудес почти за каждый год. Исцеленные болезни были самые разнообразные: расслабления в руках, ногах, во всем теле, головная боль, немота, слепота, беснование, корчи, икота, больше всего слепота, – и явлены были жителям самых разнообразных мест. В 1711 году 7 августа Чудотворец исцелил от болезни ног Вятского воеводу, стольника царского величества Герасима Дмитриева Плещеева. В другом месте рукописи рассказывается о преподобном Трифоне Вятском следующее: «1563 г. марта в 11 день пришел в соборную церковь помолиться строитель Вятского Успенского монастыря, старец Трифон, три дня не видевший глазами. Он велел совершить молебен великому Святителю и Чудотворцу Николаю пред чудотворным его Великорецким образом. Когда совершили молебное пение, он в тот же час прозрел своими глазами. Впоследствии он был архимандритом той святой обители, пожил богоугодно и в старости маститой преставился в вечные обители». Всех исцелений, только за годы с 1557 по 1614-й, до второго путешествия в Москву, записано в рукописи, хранящейся при Вятском кафедральном соборе, 143.

Часовня в с. Великорецком – место обретения чудотворного образа Святителя

Первый государь из дома Романовых скоро после своего утверждения на Всероссийском престоле, в 1614 году, благодарный Господу и покровителям земли Русской – угодникам Божиим за дивные пути промышления и помощь небесную при избрании его на царство, снова «восхоте со всежеланием… той пречестный образ великого Чудотворца Николая в царствующем граде Москве видети, и чудотворному образу поклонитися, и молебная ему пения совершити». Снова должна была расставаться с своим сокровищем Вятская сторона и провожать в даль образ. Как бы на прощанье пред вторичной временной разлукой Святитель совершил следующее чудо. «В это время, – повествует рукопись, – некоторый человек, по имени Агафоник, Анисимов сын, шесть недель лежавший в расслаблении, услышал, что с чудотворным Великорецким образом Святителя Николая отправляются с Вятки в Москву. Он велел родителям своим вести его в соборную церковь помолиться пред чудотворным образом, чтобы получить исцеление от своей болезни. Когда больного привели в соборную церковь св. Николая, он велел приложить себя к чудотворному его образу. Лишь только приложили его, он тотчас же получил исцеление». Перед «тьмочисленным народом» произошло это чудесное исцеление, и весь священный чин и все люди, мужи и жены с младенцами, возблагодарив Господа и Его чудотворца торжественным молебствием, отпустили образ в Москву в 1614 году 1 сентября. Снова началось торжественное шествие образа тем же путем, по рекам Каме и Волге, до столицы. Так как записи о чудесах образа этого времени уцелели, то мы узнаем теперь подробно о множестве исцелений от иконы Святителя почти во всех лежащих на пути его селах и городах: Рыбной слободе, в Казани, в Чебоксарах, Василе и Нижнем Новгороде, пока не достигла она Москвы.

И на этот раз благочестивый город немало времени молебствовал св. Николаю пред его цельбоносным образом. 23 ноября того же года он был радостно принят Москвою и только 5 мая следующего года отпущен ею. На обратном пути, по записи, были явлены чудеса в Чебоксарах, в Казани, в г. Лаишеве, с. на Омаре, в Полянах, в Уржумском карауле, и, наконец, 30 августа снова святая икона была встречена торжественно в Вятке.

Таково славное прошлое дивного образа. Обратимся далее к описанию дальнейцшего его чествования.

Первый деревянный храм-собор во имя Святителя, в который поместили свою святыню хлыновцы, скоро сгорел. Несчастие это послужило к новому проявлению славы образа: дивная икона, по преданию, сохранилась невредимой в пепле пожара. Кроме того, оно навсегда останется памятно тем, что вместе с этим храмом сгорела и первая древнейшая запись о более замечательных чудесах от явленной иконы. Так как в нынешних записях описание чудес начинается с 1554 года, то можно поэтому думать, что это несчастие произошло до этого года. В 1679 году та же участь постигла и новый Николаевский храм, построенный вместо того первого. Теперь образ находится в Вятском кафедральном соборе с приделом Святителя, заложенным в 1760 году вместо предшествовавшего ему каменного храма, также оказавшегося непрочным. Сюда-то теперь стекается весь христианский Вятский край к Чудотворцу, здесь до сих пор он продолжает изливать свои чудеса, и отсюда-то, вот уже пятый век, совершается обетный исконный крестный ход с ним на место его обретения, в село Великорецкое. [5]

Великими колонистами, просветителями и работниками на пользу Русского государства в первую половину существования его были еще подвижники-иноки с своими обителями. Скажем поэтому о их любви к Угоднику и о покровительстве Чудотворца их великому делу служения земле Русской.

С XIV века начинается новый период в истории земли Русской, период ее государственного возрождения, усиления и возрастания. Кроме того, с этого времени начинается и в течение нескольких веков тянется золотой век в религиозной жизни Русского народа, особенно в жизни иноческой, и иночество и Церковь сослужили в это время неоцененную услугу благу земли Русской. Кроме века святых Антония и Феодосия Печерских никогда на Руси не являлось большого числа святых мужей, построенных ими и для них храмов и обителей, как в это время с конца XIV века и в XV и XVI века. Иноки-подвижники за эти века проникли далеко на север – до самого Белого моря, и на восток – до Урала, селились, хотя и не так далеко, в местах уединенных на юге и на западе от Москвы. Они бегали от мира, искали только уединения, стремились только к Богу, но не могли скрыться от взоров остального греховного человечества, привлекали себе из него послушных последователей-учеников, и около них росли обители. А потом к ним и в эти обители шел и весь народ за их молитвами, благодатной помощью и утешением, и безлюдные места становились людными.

Эта великая служба подвижников народу русскому совершалась также под ближайшим и очевидным покровительством Чудотворца. И вот мы видим, как на Руси у иноков в это время более, чем когда-либо прежде, проявляется любовь к Святителю, и он, скорый в бедах помощник, более, чем когда-либо раньше, являет всю неистощимую полноту своих благодеяний нашей земле на ее обителях, а чрез них и на всех сынах ее. Пред нами много примеров того и другого, – благоговения и любви, милосердия и помощи, примеров самых разнообразных, чудесных и трогательных. Скажем о них в должном порядке.

Начнем с отца и учителя монашества этого времени, нашего русского Пахомия Великого и второго Антония Печерского – преподобного Сергия Радонежского (ум. 1391 г.). Образец русского иночества во всех отношениях он является первым примером и любви и благоговения к великому Святителю Мирликийскому. Об этом свидетельствует сохранившийся до нашего времени в его обители келейный его образ Святителя. [6]

Никола с Илией Пророком и Георгием. Конец XV– начало XVI в.

Никола в рост с житием. Первая четверть XVI в.

Рождение Николы

Чудо о корабельниках

Клейма иконы Никола в рост с житием

Никола в рост с житием. Деталь

Никола Главный. Начало XVI в.

Никола и Троица Ветхозаветная из деисусного праздничного чина. Середина XVI в.

Никола Зарайский с житием. 1551–1552 гг.

Св. Николай Чудотворец. XVI в.

Образ святого Николая (келейный) преподобного Сергия Радонежского. XIVe.

Предание говорит, что эта икона Угодника постоянно была пред глазами преподобного в его келье, и он пред ней творил свои домашние, сильные пред Богом, молитвы. Его святые равноапостольные современники, Лазарь Мурманский и Стефан Пермский, вместе с светом христианства несли и чествование Святителя в среду инородцев, и оба прибегали к нему в трудном деле своей благовестнической деятельности. Так, Лазарь, просветитель лопарей, ищет у Угодника защиты, когда однажды эти злые сыроядцы подобно волкам рыскали по берегам озера мурмы с целью найти и убить его. Святой же Стефан, просветитель зырян и Пермского края, подобно св. Сергию имел у себя образ Чудотворца, и просвещенный им край доселе хранит это священное наследие, вдвойне ныне славное. Теперь этот образ находится в соборе города Чердыни Пермской губернии и особенно чествуется местным населением не только в уважение к памяти великого мужа, но и как чудотворный. Не в этом однако только одном выражалось особенное благоговение преподобного к Святителю. Еще красноречивей о нем говорит то, что имени этого Святителя преподобный посвящает первые храмы, устрояемые им среди язычников. Так, он устрояет один храм в устье реки Выми в благодарность за победу над Намой, жрецом языческим, главным врагом христианства, другой – на реке Вишере.

Преподобный Евфимий Суздальский в XIV веке в новоустроенном им монастыре воздвигает в ряду прочих зданий и храм Чудотворцу при больнице. Преподобный Димитрий Прилуцкий еще до ухода своего в Вологду в 1371 году на берегу Переяславского озера в городе Переяславле-Залесском основывает Николаевскую обитель с правилами строгого общежития. Преподобный Дионисий Глушицкий в начале XV века возобновляет в запустевшей обители на св. Луке храм Чудотворцу. Кроме того, он же строит храм Святителю в селе Двиницы, приходя на помощь желаниям бедных жителей этого села. Св. Арсений, епископ Тверской (1409 г.), освящает храм Угоднику в Твери. Преподобный Александр Куштский (1439 г.) перед смертью завещает ученикам своим построить теплый храм во имя Чудотворца, что и было исполнено теми. Предание гласит, что благоволение Угодника Божия особенно почивало на этом храме. После того многие больные, приносимые в эту церковь для молитв о помощи перед Чудотворцем, видели здесь Святителя вместе с преподобным в молитвенном виде или кадящим храм. Также по завещанию своего учителя ученики преподобного Варнавы (1445 г.) воздвигают храм Святителю над его могилой. Преподобный Евфросин Тверской (ум. не позже 1460 г.) исцеляет умиравшую девушку, приказав петь молебен Пресвятой Богородице и великому Чудотворцу Николаю. Преподобный Иаков Железноборский (1442 г.), возобновляя свою разрушенную татарами обитель, посвящает архиепископу Мирликийскому трапезную церковь воссозданной обители. Вскоре по кончине преподобного Саввы Вишерского (1462 г.) ученик его, подвизавшийся под его руководством 25 лет, преподобный Ефрем (1492 г.), удаляется на западный берег озера Ильменя к устью реки Веренды и на берегу реки Черной ставит себе келью. С течением времени около него образуется целая обитель с каменным храмом во имя Святителя Николая. В начале XVI века она перенесена была на другое, более возвышенное место, неподалеку от первого, и сделалась известна под именем Николаевской Перекомской или Перекопской от того, что преподобный, чтоб доставить обители чистую воду, перекопал местность и провел поток из Веренды в озеро.

Но вот целый ряд обителей, основанных преподобными отцами того времени, существующих доселе и также вверенных ими покрову великого Угодника Божия и хранящих в себе неоскудевающие сокровища, унаследованные от самих отцов или от их времен, – иконы Святителя, прославленные дивными чудотворениями. Преподобный Евфимий (нач. XV в.) еще ранее святых Зосимы и Савватия, просветителей отдаленного нашего севера, около 1410 года, основывает обитель Чудотворцу в той неприветной окраине нашего отечества, у устья Двины, у самого почти берега Белого моря. Находясь среди инородцев – корел, обитель эта и теперь называется Корельской. После того как в 1419 году «мурмана (норвежцы), пришедшие в числе 600 человек войною с моря в бусах и шняках, пожгли его и черненое посекли», обитель совершенно было запустела до времени одного печального события, Промыслом Божиим обращенного во благо обители. Случилось так, что когда в 6979 (1471) году дети знаменитой посадницы Новгородской – Марфы Борецкой, Антоний и Феликс, обозревая по морскому Корельскому берегу свои вотчины, утонули в море, то тела их принесены были водою как раз к берегу разоренного Корельского монастыря. Тут они были погребены, и до сих пор в обители над прахом их стоит часовня с надписью о печальной участи их. Для вечного поминовения их неутешная мать тогда же снова восстановила обитель и щедро наделила и даже обогатила ее своими вотчинами и вкладами, обеспечившими обители сохранение ее даже доселе. Это соединение несчастья с благодеянием устное предание почитает одним из первых чудес образа Угодника Божия, с самых первых лет основания обители хранящегося в ней. Более не сохранилось в исторической памяти никаких известий о чудесных деяниях от этого образа; но местные обитатели глубоко верят ныне в его целебность и усердно притекают в обитель для чествования его. Старинная, 1601 года, опись обители представляет нам эту святыню в таком виде: «Образ Николин местный, на золоте, с деяниями, девяти пядей, венец серебряный, позолочен, с каменьем, стазки деланы сканью; да во облацех на том же образу Спас да Пречистая, венцы да две цаты, выбойка одна позолочена, да гривна витая позолочена, да три золотые на проволоке серебряной».