Чтение онлайн

Борьба России за освобождение молдавского и других придунайских народов от османского ига, к которой призывал Милеску Спафарий, объективно не противоречила национальным интересам России, а полностью совпадала с ними. В рассматриваемый период перед Россией, как уже отмечалось выше, стояли весьма важные внешнеполитические задачи, разрешение которых создало бы благоприятные условия для дальнейшего развития экономики и культуры страны. Устья почти всех рек, протекавших по территории Русского государства в западном и южном направлениях, и соответствующие морские побережья находились во владении Турции и Швеции, что затрудняло развитие экономических и культурных связей с западными государствами. Вот почему Русское государство не могло мириться, в частности, с пребыванием Северного Причерноморья в составе Османской империи и встало на путь борьбы за вытеснение турецких завоевателей с этой территории. Кроме того, султанская Турция, постепенно теряя свое могущество, стала орудием в руках Англии, Франции и других западных колонизаторов, которые во имя обеспечения собственных торговых интересов все время натравливали султанское правительство на Россию и пытались помешать осуществлению ее планов. Таким образом, объективные результаты русско-турецких войн начиная с конца XVII в. имели огромное прогрессивное значение для угнетенных Османской империей народов, которые справедливо видели в России единственную избавительницу от иноземных поработителей. Следует помнить и то, что в экономическом, политическом и культурном отношении Россия была гораздо более развитым государством, чем отсталая султанская Турция. «Россия, — писал Энгельс, — действительно играет прогрессивную роль по отношению к Востоку… господство России играет цивилизаторскую роль для Черного и Каспийского морей…» (1, 27, 241).

Но Милеску Спафарий понимал также, что Молдавия, как небольшая страна, даже освободившись при помощи России от османского ига, не могла бы долго сохранить свою независимость, находясь в окружении таких агрессивных в то время государств, как Османская империя, Крымское ханство, Австрия и панская Польша. Поэтому он, выражая вековые чаяния молдавского народа, ратует за принятие Молдавией русского подданства.

Наблюдая реакционную роль папства, проводившего теократическую политику, а также идеологическую экспансию католической церкви на Украине и поддержку римской курией агрессивных устремлений польских и немецких феодалов против России, Украины, Молдавии и других стран, Милеску Спафарий резко выступал против католицизма. Критика католической церкви в то время была одной из форм борьбы за независимое, самостоятельное государственное и культурное развитие как Молдавии, так и России.

Необходимо отметить, что в общественнополитической мысли на Украине во второй половине XVII в. главное место также занимала проблема борьбы против иноземных захватчиков — польских и турецких феодалов (см. 77, 59). Это объясняется тем, что захват украинских земель польскими феодалами привел к усилению эксплуатации трудящихся. Социальное и национальное угнетение со стороны польских феодалов сопровождалось духовным порабощением украинского православного населения католической церковью. Чтобы укрепить свои позиции на Украине, польские феодалы, вдохновленные католической церковью, осуществили союз православной и католической церквей на Украине под верховенством папы римского (уния). Протест трудящихся масс против социального, национального и религиозного гнета панской Польши перерос в освободительную войну украинского народа под руководством Богдана Хмельницкого. Народно-освободительная война 1648–1654 гг. окончилась победой украинского народа и воссоединением его с братским русским народом в едином Российском государстве. После воссоединения Украины с Россией Левобережье в административно-политическом отношении стало частью Российского государства, сохранив при этом определенную автономию. Правобережная же Украина продолжала оставаться под гнетом панской Польши. Широкие массы украинского народа боролись за воссоединение всей Украины с Россией. В то же время некоторые гетманы проводили политику отрыва Украины от России и присоединения ее к Польше или Турции. Такая политика вызывала острое недовольство трудящихся масс Украины, которое вылилось в вооруженную борьбу крестьянства и простого казачества, принимавшую одновременно резко антифеодальный характер. В идеологическом плане она приняла форму религиозной антикатолической полемики (там же, 48).

Убежденным сторонником воссоединения Украины с Россией и непримиримым врагом польской экспансии выступил литературный и церковно-политический деятель Лазарь Баранович (1620–1693). Последовательная борьба за укрепление братского союза России с Украиной была одной из важнейших сторон его деятельности. Во многих своих произведениях Лазарь Баранович, как и Юрий Крижанич, обосновывает идею объединения всего славянского мира во главе с Россией для борьбы против султанской Турции и ее вассала — Крымского ханства. Главную надежду в борьбе против агрессии со стороны Османской империи он возлагал на Русское государство. Эти же идеи развивал в своих произведениях украинский писатель и церковно-политический деятель XVII в. Иоаникий Галятовский. Выдающиеся прогрессивные мыслители Украины Иннокентий Гизель (1600–1683) и Феофан Прокопович (1681–1736) последовательно боролись за укрепление политических, экономических и культурных связей Украины с Россией, за прогрессивный путь общественного развития русского и украинского народов и обеспечение их государственной независимости (см. там же, 59–67).

Борьба прогрессивных общественно-политических деятелей и мыслителей Украины, России и Молдавии, в том числе Н. Милеску Спафария, против католицизма велась под лозунгом защиты православия, являвшегося в то время идеологической основой единства трех братских народов.

Страстный поборник идеи самостоятельности и независимости народов, Н. Милеску Спафарий резко выступает против стремления тех или иных правителей к мировому господству и связанных с этим захватнических войн. В своем сочинении «Хрисмологион» он развенчивает идею мирового владычества, указывая, что она не имеет под собой никакого реального основания, а попытка установления мирового господства обречена на провал. В доказательство этого своего положения он ссылается на примеры из истории древнего мира, когда цари ассирийские, персидские, македонские (Дарий, Кир, Александр и др.), а также римские завоеватели, пытаясь достичь мирового владычества, вели захватнические войны, но своих целей не добились и их «мировые» империи весьма скоро распались. При этом кроме теологических доводов о невозможности установления мирового господства Милеску Спафарий приводит светские доказательства, рационалистические аргументы, выдвигая их на первый план (24, 32–34 л.). Указывая, что ни один царь не может владеть всем миром, он приводит в качестве главного довода то, что все народы, любя свободу, «не хотят покоритися главе той», т. е. претенденту на мировое господство (там же, 32 л.).

В своих работах Н. Милеску Спафарий неоднократно обращается к борьбе свободолюбивых народов против иноземного порабощения. Он пишет, например, о борьбе молдаван против своих поработителей, об освободительных войнах китайского и корейского народов против татаро-монгольских, маньчжурских и японских завоевателей и показывает, что эта борьба в конце концов приводит к освобождению свободолюбивых народов от иноземного ига.

Основную роль в истории борьбы народов за свободу и независимость своей родины и в противодействии попыткам установления мирового господства одного государства Н. Милеску Спафарий отводит славянским народам, и в первую очередь великому русскому народу. Он указывает, что северные народы (русские и их предки восточные славяне) никому не покорялись, что русский народ всегда отстаивал свою независимость, подчеркивает могущество и величие Русского государства и непобедимость русского народа. «И паки знаменательно есть, — пишет Спафарий, — яко никогда народ северный никому покорися, но от начала мира даже до ныне своих монархов имях. Обаче не един из северных стран в толикой силе, и державе владетель обретеся, яко великий наш монарх российский» (там же, 33 об.).

Н. Милеску Спафарий резко осуждает тех правителей государств, которые ведут захватнические войны и порабощают другие народы, называя их тиранами и мучителями народов, и, наоборот, восхваляет тех правителей, которые живут в мире с соседними государствами (см. там же, 33–71). К внешней политике московских царей он относится в высшей степени апологетически. Его выступление против идеи мирового господства одного государства, в защиту независимости народов, подчеркивание политического значения России как одного из сильнейших государств современного ему мира имело, безусловно, большое прогрессивное значение.

В тесной связи с философскими и общественно-политическими взглядами Н. Милеску Спафария находятся и его воззрения на историю, которые, несмотря на рамки провиденциализма, содержат прогрессивные тенденции. Он указывает на воспитательное, патриотическое значение изучения истории, пытается понять всемирную историю как непрерывный процесс развития. Его очень интересовало прошлое Молдавии и Русского государства. Он обращает внимание на то, что к тому времени еще не была написана история России, что русский народ недостаточно знает свою героическую историю и многие славные дела предков, к сожалению, забыты. По его мнению, историю России должны писать сами русские, «потому что всякий народ про себя, и про дела свои, и про страну свою лучше умеют списати, нежели чужой» (17, XLII). Эта мысль Милеску Спафария, несомненно, была навеяна тем, что некоторые иностранные историки, писавшие о России (например, Адам Олеарий, сочинение которого «Описание путешествия в Московию» вышло в 1658 г. и, возможно, было знакомо Милеску Спафарию), фальсифицировали историю русского народа, пренебрежительно относились к его традициям, по существу, клеветали на русский народ. В своей работе «Предисловие к исторической книге…» Милеску Спафарий горячо призывает к написанию истории России, считая составление такого труда исключительно почетным и благородным делом, и выдвигает ряд требований к историкам.

Первое требование — это критическое отношение к источникам, использование лишь проверенных и достоверных сведений. При написании истории необходимо, указывает автор, «чтобы он (историк. — Д. У.) историю свою собрал из добрых и достоверных прежних историках, наипаче из тех, которые меж собою согласуются и которые, наипаче от народа того, яко верны восприяты суть… тем историкам, которые только слухом или своим мнением пишут, не верити вовсе», а можно верить только тем историкам, работы которых «согласуются и всенародными повестьми, и где, по обычаю того народа, из-стари верою подтвердились, о которых они пишут» (там же, XXXIX–XL). Критически относясь к авторитетам и самому методу феодальной историографии, к наследию древних, а также к современным ему историкам, летописцам, Н. Милеску Спафарий считал, что некоторые из них во многом ошибались, что не все их утверждения соответствуют действительности, а поэтому должны быть пересмотрены и уточнены. Он обращает внимание на правдивость изложения исторических событий, требует, чтобы историк «правдою б все писал, а не ласкательством или иным каким страстием повинен» (там же, XXXIX). Историк, говорит автор, не должен умолчать ни о добродетелях, ни о злодеяниях «для того, чтобы от после нас будущих была надежна от добрых дел, а страх от злодейств» (там же). Высказанное им требование научного подхода к описанию истории народов, несомненно, прогрессивно. Он также считает, что историк должен выразить и свое отношение к описываемым событиям, давать им свою оценку. «При том подобает рассуждение и ясность от себя историку к делам привести, се есть, сие похвали, только бережно и вкратце… а другое осуди», «чтоб к добрым делам слогом и словом своим будто совеселится, а противным сопечалуется» (там же).

Н. Милеску Спафарий выдвигал передовую для своего времени мысль об освещении в исторических работах всех сторон общественной и государственной жизни и отмечал, что при написании истории необходимо показывать как военные подвиги, так и развитие «дел гражданских — дипломатии, политики, церкви, науки, искусства» (там же, XLI–XLII). История, по его мнению, имеет не только просветительное, но и воспитательное значение. Он писал, что «история гражданскому или домашнему делу пользует» и что «ничего так не украшает человека и душевно и телесно, и всякое человеческое житие, и гражданское пребывание исправляет, и приведет его к ведомости всяких искусных дел и вещей и к совершенного человека, что история» (там же, XXXVI).

По мнению Н. Милеску Спафария, история прошлого должна была побуждать людей к активности, действию. В исторические события, писал он, «аще кто прилежно вникает, удоб приобрести что в своем нраве, и исправити, и от чесого отступити, и чесому последовати, и от чужих напастей опасно пребывати, и ко исправлению жития и ко будущему приближитися может» (20, 2).

Подчеркивая большое значение изучения истории России в воспитании патриотических чувств народа, Н. Милеску Спафарий указывал, что эту историю необходимо писать и изучать для того, чтобы «московскаго народа и российскаго преукрасити всякими добродетелями, и учениями, и искусствами и прославити не токмо нынешние российские народы, но и прежде бывших славных предков своих… потому что дела их славныя бывшия которые были покрыты темностью забвения» (17, XLI). Автор указывает на международное значение написания истории России для правильного понимания другими народами роли русского народа во всемирной истории и подчеркивает растущий за границей интерес к России. «И та есть всенародная польза, — пишет Спафарий, — что не токмо самому себе российскому народу будет ведомость истинная о своих предках, и о приключившихся дел при них и после них, но и иным народам будет познание и ведомость, и познание и оттуда слава московскому и российскому народу, потому что многие ученые люди разных народов издавна желают таковые книги изданию» (там же, XLII). Стремление Н. Милеску Спафария рассматривать историю России в контексте мировой истории опять-таки роднит его с Ю. Крижаничем (60, 273).