Чтение онлайн

Стремительность продвижения советских войск наконец вынудила японское командование признать бессмысленность сопротивления. Вечером 17 августа, то есть всего на 9-й день наступления, командующий Квантунской армией генерал Ямада обратился к главкому советских войск на Дальнем Востоке маршалу Василевскому с предложением прекратить боевые действия. 18 августа, после обмена телеграммами, японское командование отдало приказ о капитуляции.

19 августа в штабе 5-й армии была получена директива фронта о прекращении боевых действий.

Через три месяца и десять дней после Дня Победы закончилась Великая Отечественная война и для генерала-полковника Николая Ивановича Крылова. И хотя до подписания акта о безоговорочной капитуляции Японии оставалось еще почти две недели, долгожданный мир, к которому советский народ шел долгих четыре с лишним года, был уже установлен.

Через много лет после описываемых событий Маршал Советского Союза А. М. Василевский вспоминал: «Как представитель Ставки на различных фронтах, как командующий 3-м Белорусским фронтом в последние месяцы войны с гитлеровской Германией, а затем главнокомандующий советских войск на Дальнем Востоке, я могу засвидетельствовать, что 5-я армия генерала Крылова внесла весомый вклад в дело разгрома врага как на западе, так и на востоке».

Погашены два очага войны, агрессоры получили ужасающий урок, горести и беды пали на народ, а не на истинных поджигателей войны. В огненном смерче, пепле Хиросимы и Нагасаки зарождалась новая эра существования человечества рядом с оружием массового уничтожения, с оружием, как уже тогда начинали понимать, применение которого может привести к гибели всего живого на планете и самой планеты.

Для людей военной профессии спокойствия не наступило.

Николай Иванович Крылов последний раз объезжал соединения и части 5-й армии, его назначили на новую должность – заместителем командующего войсками Приморского военного округа.

Еще в середине октября Крылова неожиданно вызвал Мерецков. Едва поздоровавшись, он перешел к делу:

– Мы решили назначить вас заместителем командующего войсками округа. Как смотрите на это?

– Я солдат и готов служить всюду, куда бы ни послали, – ответил Николай Иванович, не задумываясь, и добавил: – Хотя, конечно, расставаться с армией, с которой прошел такой путь, очень нелегко.

Эти слова командарма вызвали у Мерецкова добрую улыбку, и он сказал:

– Расставаться, Николай Иванович, не придется. Ваши люди остаются в составе нашего округа. Будете, так сказать, шефствовать над ними.

В начале ноября назначение состоялось.

«С тяжелым сердцем уезжал я из маленького маньчжурского городка Дуньхуа, где располагался штаб армии, – вспоминал впоследствии Крылов. – Трудно было расставаться с армией, к которой не то что привык, а с которой сроднился, не мыслил себя вне ее и без нее. Но особую боль вызывала мысль, что могу уже не встретиться с людьми, которые мне были близки и дороги. Я уходил на новую должность, они разъезжались к новым местам службы. И подсознанием мы чувствовали, что для многих из нас – это последние встречи. Сначала не будет времени, чтобы встретиться, потом наши связи ослабнут, и, наконец, станет просто неудобно напоминать о себе после долгой разлуки. Кстати, так со многими и получилось. Пожалуй, крепче всего оказались наши связи с уехавшими еще до моего перехода на новую должность из армии Александром Игнатьевичем Казарцевым, Николаем Яковлевичем Прихидько, Басаном Бадьминовичем Городовиковым, Яном Яновичем Лейманом…»

Попрощавшись с теми, с кем прошел по трудным дорогам войны, Николай Иванович Крылов с женой, дочерью Лидой и младшим сыном Борисом переехал в Ворошилов-Уссурийский, так назывался тогда город Уссурийск.

На этот раз – семейный переезд. Незадолго до нового назначения в Дуньхуа приехали Анастасия Семеновна с детьми. На предостережение мужа о том, что здесь, на только что освобожденной маньчжурской земле, очень трудно наладить семейное хозяйство, она категорически ответила:

– Это я возьму на себя. Главное, что все мы опять вместе!

И как ни убеждал Николай Иванович жену вернуться в уют московской квартиры, пока его не переведут в любой из внутренних округов, Анастасия Семеновна стояла на своем: в мирное время все трудности пополам.

Семья Крыловых поселилась в небольшом домишке неподалеку от здания штаба округа.

По всему округу шло переформирование частей и соединений. Многие из них полностью расформировывались, другие переходили на штаты мирного времени. Естественно, все это требовало пристального внимания со стороны командования округа.

В Приморье не хватало необходимого жилого фонда для личного состава, боксов или хотя бы крытых стоянок для боевой техники, стрельбищ и полигонов для учебы, хранилищ для вещевого имущества и продовольствия… Решение всех этих вопросов в большей степени, чем от многих других, зависело от заместителя командующего округом. Крылов связывался с крайкомом партии, райкомами на местах, с местными Советами и просил, а иногда и требовал помочь. И благодаря его усилиям рядом с землянками, где жили многие солдаты и офицеры, поднимались казармы и парки для вооружения и техники. Постепенно налаживался быт войск.

Устройство быта – это одно, но нельзя было забывать и о боевой подготовке. Мерецков и Крылов подготовили приказ, в котором определялись задачи обучения. Основным требованием этого приказа было – все вопросы отрабатывать с учетом фронтового опыта. Позже, бывая в частях и подразделениях округа, Крылов обязательно проверял, как организована боевая учеба, насколько учтен опыт организации марша, встречного боя, наступления или обороны, накопленный нашей армией за годы войны.

В работе прошло чуть больше года. И вдруг – новое назначение. На этот раз командующим округом.

После победы над милитаристской Японией в состав СССР вошли исконно русские земли – южная часть Сахалина и Курильские острова. Они-то, объединенные с остальной сахалинской территорией, а также Камчаткой и Чукоткой, и составили новый Дальневосточный военный округ. Первым его командующим был генерал армии А. Н. Пуркаев. В январе 1947 года на его место был назначен Крылов.

Прежде чем выехать в Южно-Сахалинск, где располагался штаб Дальневосточного округа, семья Крыловых собралась на домашний совет. Николай Иванович был склонен ехать к новому месту службы один.

– Обоснуюсь там, обживусь, а потом и вы приедете, – говорил он жене.

Но Анастасия Семеновна возразила:

– Что ты, Коля, как же одному. Едва собрались вместе после стольких лет разлуки и снова расставаться? Нет, так нельзя.

– Трудно будет, там все только организовывается, налаживается, – пытался все же убедить жену Николай Иванович, однако она стояла на своем:

– Труднее того, что пережили, уже не будет. Надо перебираться всем вместе. И чем скорее, тем лучше. Лида устроится на работу, для Юры как автомобилисту и там служба найдется, а Борьке, где ходить в школу, все равно. Так что, Коля, поедем все вместе.